Чтение онлайн

Вика сидела на диване, скрестив перед грудью руки и с недовольным видом уставившись в телевизор. Лика стояла немного поодаль от Вики, следя за девочкой и думая: 'Что же творится в её маленькой головке?'

– Вика, зачем ты так с ним?
– спросила Лика.

В это время Роман спускался по лестнице из своей комнаты. Увидев, что между Ликой и Викой происходит серьёзный разговор, он, решив не мешать, сел на ступеньках. Зная прямолинейность Лики, он решил, что оставлять их нельзя, как бы что не произошло.

– Ты о ком, о нашем бывшем отце или о Мише?
– спросила Вика.

– Не дерзи, а то ты не поняла, о ком я тебе говорю. Он маленький ещё, а больше тебя понимает, что надо уметь прощать, - сказала Лика.

– За что прощать?! За то, что он тебя выгнал из твоего дома, за то, что тебе пришлось умереть, хоть и не по правде, за то, что он чуть не убил твоего ребёнка, и ты за всё за это можешь его простить?!
– выкрикнула Вика, разгорячившись.

– Послушай меня, какой бы ни был твой отец, но он твой отец! И запомни впредь, ты можешь всё игнорировать, что о нём говорят, и будут говорить. Но слышишь, никогда ты не должна говорить о нём плохо! Лучше смолчи, - произнесла Лика.

– Хорошо, я буду делать, так как ты хочешь, но только ты мне скажи, ты могла бы простить его за всё то, что ты пережила и твои дети?

– Да, я простила его! Я считаю, что ни один человек не должен судить другого, потому что не имеет на это право. И не знает, как судьба повернёт. Может завтра, он окажется на месте того, которого осуждал сегодня. А судит пусть его Бог, я думаю, он лучше знает, как это сделать, - сказала Лика.

– Знаешь, что я думаю о тебе, лучше б ты тогда умерла! Таким идиоткам, как ты ни место в нашем мире, мать Тереза нашлась!
– зло сказала девочка и побежала к выходу.

– Вика, вернись сейчас же!
– крикнула ей вслед Лика.

Вика выбежала из дома плача и не обращая внимания на Лику. Вика выбежала из ворот особняка, и, подбежав к автобусу, стоявшему на остановке, села в него и поехала.

Лика стояла растерянно посреди гостиной.

– Вот и выяснили отношения, - сама себе сказала Лика, и, выключив телевизор, направилась к себе в комнату.

Лика проходя мимо лестницы на второй этаж, увидела Клемина, уже стоявшего опёршись о перила. Он смотрел на неё осуждающим взглядом. Когда она проходила мимо него, он схватил её за руку.

– Так ты его простила!?
– сердито сказал Клемин.

– Да, простила!
– твёрдо ответила Лика.

– Может, ты и меня простишь, раз ты у нас такая милосердная?

– А ты простишь мне мой долг?!
– спросила она, испытующе глядя на Клемина.
– Нет, не простишь!
– после молчания сказала Лика.

Клемин стоял, всё так же, держа её за руку, и осуждающе смотрел на неё.

– Неужели ты не способна на благодарность?

– О какой благодарности идёт речь!
– выкрикнула Лика, выдернув свою руку из его руки.

– Об элементарной человеческой благодарности.

– Скажи мне, почему ты без спросу всё время лезешь в мою жизнь. Благодаря тебе я осталась жива, благодаря тебе я живу почти как королева или рабыня. Благодаря тебе мои дети рядом со мной. Мой сын меня боготворит, потому что не научился осуждать. А вот моя дочь, то льнёт ко мне, как котёнок, то выпускает свои шипы. И в этих шипах столько осуждения и ненависти, что я от них задыхаюсь. Благодаря тебе я должна выйти за тебя замуж, что бы мои дети стали законно моими. И ты знаешь, я выйду за тебя и ничего более. Никаких семейных отношений между нами не будет и быть, не может, и на этом хватит!
– сказала Лика и ушла к себе в комнату.

* * *

Вика сидела в кафе за столиком и пила кофе из чашечки. За соседним столиком сидела компания ребят и некоторые из них посматривали в сторону Вики.

– Сашка, глянь какая девочка!
– один из ребят, поглядывающих на Вику, сказал своему другу.

– Ого, какая, пьёт одно кофе, а держит себя как принцесса. Я сейчас, - сказал Сашка, встав со своего места и направившись к стойке бара.

– Ты куда?
– с недоумением спросили его друзья.

Мальчишке было лет семнадцать, по всему было видно, что он здесь был частым гостем, так как, подойдя к стойке, он напрямую обратился к бармену.

– Вася, какие у тебя там пирожные самые свежие? Положи мне штук пять на тарелку, - сказал Александр бармену.

Оплатив заказ и взяв тарелку с пирожными, он направился к Викиному столику.

– Привет, - сказал Саша, поставив на Викин столик пирожные.

Вика посмотрела недовольно на мальчишку и промолчала.

– Красивая, а невоспитанная. Тебе разве не говорили родители, что когда с тобой кто - то здоровается, ты тоже должна поздороваться, - сказал Вике Саша.

Вика внимательно оглядела Сашу. Он был красив. Сложен как Бог, белокурый красавчик, с голубыми, как небо глазами.

– Нет, не похож, - осмотрев парня, произнесла Вика.

– Извини, ты что - то сказала? Я не понял.

– Я говорю, что всему меня родители учили и даже тому, что с чужими людьми разговаривать ни следует. Они могут оказаться маньяками. Вот я и говорю, что на маньяка ты не похож, - ответила Вика.

– Ну, раз не похож, тогда угощайся, - улыбаясь, сказал Саша, придвигая поближе к Вике пирожные.

Ему понравилось, что у девушки есть чувство юмора.

– Нет, не ем, - сказала Вика, помотав отрицательно головой.

– Почему? Боишься потолстеть?
– спросил парень.

– Нет. Боюсь, что зубы к двадцати пяти посыпятся, - ответила Вика.

– Фу, какая гадость. Как ты только можешь об этом думать? Как тебя зовут, ты скажешь, пока у тебя ещё зубы есть?

– Виктория!
– ответила Вика с гордостью.

– Ого, как произнесено. Видать мне и правда везёт, раз мне послана 'Победа'. Вот ты уже и улыбаешься, а меня зовут Александр.

– Я думаю, оно так и должно быть. Что 'Победителю' послана 'Победа', - сказала Вика, шутя.

– И кто же тебя так обидел, что ты была такая мрачная?
– спросил Саша.

– Никто меня не обидел, просто с матерью поссорилась. Она всё учит и учит, как надо жить.

– У меня тоже самое, мать учит себе, отец себе, - сказал Саша усмехнувшись.

– У меня нет отца.

– Тем более ты заряд жизненных знаний получаешь вдвойне от своей матери, это тяжеловато.

Они ещё долго болтали. Вика глянула в окно, уже темнело.