Чтение онлайн

Под ногами ничего не было. Пальцы скребли стену, дотянуться ни до чего Вовка не мог.

Нелепость, подумал он ещё отчётливо. И понял, осознал наконец, что не может дышать. Это было так ужасно, что он хотел закричать, но вместо этого захрипел, вцепился в горло и понял, что куда-то очень быстро бежит...

...потом он мешком рухнул в снег. И начал дышать широко открытым ртом, понимая только одно - он дышит - и думая лишь об одном - как это здорово: дышать!!!

– Вовкаааа, ты живооой?!
– склонилось над ним лицом Мелкого. В правой его руке был автомат, в левой - нож...

...Они долго сидели, и старший мальчик кашлял, крутил головой и отплёвывался, а младший ревел. Потом старший вдруг обнял младшего за плечи и спросил сипло, чуть покачнув:

– Тебя как зовут?

Младший поднял голову, хлюпнул носом и ответил тихо:

– Петька...
– и снова заплакал, но теперь уже не просто так, не сам по себе, а - уткнувшись лицом в грязный бушлат старшего, руки которого обняли Петьку. Вовка что-то бурчал - сердитое, с матом - но Петька слышал в его голосе только ласку, только признательность, и от этого было больно и сладко где-то в сердце и хотелось сказать что-то вроде того, что Вовка ему самый-самый родной человек... но это так глупо прозвучало бы, правда?
– Мы их всех... убили?

– Сейчас проверим, - Витька встал, потёр горло. Кивнул: - Держись от меня слева и сзади.

– Знаю, - Петька перехватил оружие.

Целясь в тела на снегу, они пошли к ним. Каждый шаг - медленный, плавный, тихий. Шли и целились. Поэтому, когда одна из женщин вскинулась, выбрасывая вперёд руку с пистолетом - Вовка выстрелил и попал точно в лоб раньше, чем рука выпрямилась. А Петька тут же выстрелил короткой очередью в метнувшегося в сторону... то ли пацан, то ли девчонка, не поймёшь. Тот упал, взвыл тонко, нечеловечески, закрутился в снегу, взвихривая его... потом замер и длинно, жалобно всхлипнул. И застыл в такой позе, что было ясно - он мёртв.

– Всё, кажется, - Вовка подошёл ближе.
– Надо стволы и боеприпасы перетаскать. А трупешники в подвал скинуть, вдруг это разведка, а не просто банда.

– Вов... а он живой, - вдруг жалобно сказал Петька...

...Они стояли по обе стороны тихо попискивающего свёртка на снегу. Вовка отстегнул замызганную "кенгуровку" от живота убитой в шею женщины, положил сумку на снег, и её теперь заметало. Малыш внутри ощутил, что исчезло внешнее тепло и чувство безопасности и стал проявлять недовольство.

Вовка достал пистолет и прицелился. Петька заплакал, ничего не говоря, только кусая губы и стискивая кулаки. Вовка сощурился, тоже прикусил губу. Сильно, чёрная ленточка выползла из-под клыка. Опустил пистолет. Поднял. Прицелился. Опустил, выругался громко, яростно.

Свёрток на снегу уже плакал вовсю. Рёв малыша стран звучал на вьющейся снежными дымами мёртвой улице - и казалось, что в домах по обе её стороны происходит что-то... что-то странное. То ли смотрят они, то ли слушают... и вроде бы... вроде бы как... что-то...

– Пошли отсюда, - сказал Вовка.
– Потом вернёмся. Он быстро...

– Вов, Вов...
– Петька присел на корточки.
– Вовка, миленький, он живой же...
– лицо Петьки кривилось, он молитвенно сложил на груди руки.
– Вов, я больше тебя ни о чём никогда... не бросай его тут... он живой же, он же маленький...

– Блинннн!!!
– лопнувшей струной прозвенел Вовка и ударил Петьку сапогом в грудь. Ну, не ударил - пихнул. Петька отлетел, тут же поднялся, броском добрался до плачущего взахлёб обиженным малышовым плачем грудничка и закрыл его собой. Окаменел, и даже под тёплой курткой было видно, что он ждёт одного - пули, и готов её принять в спину, только не сходить с этого места, не отдавать того, что закрыто...
– Задушишь его, встань, - сказал Вовка и сел рядом на корточки.

– Ты его убьёшь, - глухо раздалось из-за края воротника.

– Слово даю - не убью.

– Тогда бросишь тут.

– Да б...ь еб...ая, вот привязался! Не брошу! Петька, а если они его человечиной кормили, ты головой подумай?!

– Да какой человечиной, такие никакого мяса не едят!
– Петька осторожно сел, с усилием перетащил "кенгуровку" себе на колени.
– Они только это... ну...
– Петька вдруг покраснел и не договорил.
– И ещё смеси разные...
– он просиял.
– Ой, у нас же в подвале есть! Полно же!

– Коп-п-пать дрыном - "у нас в подвале"!
– возмутился Вовка. Но Петька не смутился. Он даже немного улыбнулся, хотя и несмело - заметил, поганец, что Вовка уже не сможет убить малыша.
– Забирай его и тащи в подвал!
– прикрикнул Вовка на этого улыбающегося шкета.
– Я тут сам справлюсь, приду - будем думать, что там делать теперь...

– Ага, я сейчас!
– Петька вскочил, осторожно поднял "кенгуровку", неуверенно потряс её, что-то такое изобразил губами. И потащился вслепую "домой", то и дело проваливаясь в снег глубже обычного.

– Колыбельную ему спой, названный папаша, - проворчал Вовка, берясь за ноги убитой людоедки...

Из докладной записки.

Обнаружены в .................. 17 сентября 4-го года Безвременья и доставлены в ..................... 17-м патрулём "витязей" РА следующие люди:

– - Владимир Анатольевич Серов, 17 лет.

– - Валерия Петровна Серова (Разина), 16 лет.

– - Пётр Владимирович Серов (Денисов), 10 лет.

– - Михаил Петрович Серов (Разин), 7 лет.

– - Найдён Владимирович Серов, примерно 2 года.

– - Антонина Владимировна Серова, 1 год 7 мес.

– - Вадим Владимирович Серов, 22 дня.

Оказали активное сопротивление (огневой контакт, рукопашная), проистекавшее от неясности обстановки - пометка: ненаказуемое. Потерь у "витязей" нет, ран и серьёзных травм у обнаруженных нет. В.А.Серов опознан его бывшим одноклассником кадетом "РА" Александром Шевчуком, свидетельство об опознании прилагается.

Признаков тяжёлых болезней, каннибализма, истощения, опасных психических расстройств ни у кого не зафиксировано.

Признаков мутаций у рождённых после наступления Безвременья детей не выявлено.

Список изъятого с пометками о желательности возвращения по пунктам прилагается...