Путь Кочегара II
Шрифт:
— С чего вдруг такие перемены?
— Я действовала необдуманно. Как служительница Ордена я обязана блюсти присягу и не покидать сюзерена без веских причин.
— Хорошо, а твои истинные мотивы?
Сати посмотрела на меня своими багровыми глазами, опасно блеснувшими.
— Без присмотра господин Кон попадет в беду, принесет несчастье окружающим. Если я буду рядом, многих неурядиц удастся избежать.
— И что, ты считаешь, что я вот так просто поверю тебе на слово? Чтобы в критической ситуации ты снова сбежала? — хмыкнул я.
Сати сдвинула брови сурово и, помедлив, произнесла:
— Клянусь своим Дао, что не оставлю господина в беде и не буду ставить каких-либо препон на его пути.
Ого, похоже, она настроена серьезно.
— Я все еще не понимаю, почему ты изменила свое решение?
— Я должна отслужить положенный срок, иначе столкнусь с последствиями…
— Но ты давно мечтала о том, чтобы уйти. Если не скажешь правду, о принятии обратно не может идти никакой речи.
Бхоль вздохнула и словно нехотя достала из-за пазухи серебряного змея.
— Вы дали мне эту монету, господин Кон.
— И что?
— Прежний Ли Кон никогда бы не стал делиться деньгами, особенно в такой ситуации.
— Что значит “прежний”? Считаешь, что я реинкарнированный?
— Мне неизвестно, настоящий вы Ли Кон или нет, но я все равно желаю служить вам до конца отмеченного срока.
— А если снова нападут войска цзы или гуна, ты встанешь на мою сторону?
— Да.
— Поклянись своим Дао.
— Клянусь своим Дао, что буду на стороне сюзерена, кем бы ни был его противник. Но…
— Но?
— Я оставляю за собой право избегать участия в авантюрах, порочащих честь последователя Ордена Семи Облаков.
— Подобную вещь можно трактовать довольно широко, не находишь?
— Я не смогу заставить себя принимать участие в разбоях, заказных убийствах и тому подобных вещах. Простите, господин, — покачала она головой.
Звучит довольно складно. Клятвы Дао, оставляющие рубцы на душе, насколько мне известно, нарушать не любит никто. Особенно такие праведники, к коим себя причисляет Бхоль. И все-таки, чего она так ко мне привязалась? Неужто в ней проснулись дремавшие доселе чувства?
Я задумчиво почесал заросший подбородок, рассматривая сидящую рядом максимально серьезную девушку:
— Втюрилась в меня что ли?
Сати моментально вспыхнула:
— Д-да как вам в голову только могло прийти подобное?! Святые духи, неужели мое решение о возвращении было ошибочным?!
— Ладно-ладно, не кипятись. С умелым вассалом путешествовать намного легче, спору нет, но… но… Хорошо, устроим тебе испытательный срок! Если я пойму, что от тебя больше вреда, чем пользы, ты отправишься прочь. До тех пор разрешаю тебе следовать за мной. Сати Бхоль, я принимаю твою службу!
— Благодарю, господин Кон. Я не подведу вас!
Я отогнал кошака, который пытался найти способ запрыгнуть на крышу, чтобы поймать ненавистного хургла. Вернувшаяся напарница будет, с одной стороны, полезна. С другой, я все еще не уверен до конца, что ей можно доверять. Клятва Дао — это одно, реальные поступки — совсем другое. Придется смотреть в оба. Лишь критическая ситуация покажет, что ей дороже: клятва и вассальная присяга или кодекс поведения Ордена.
Мы разыскали писаря в городе и за небольшую плату воспользовались писчими принадлежностями и бумагой, обновив контракт сюзерена и вассала на новом чистом пергаменте. Сати убрала его в свой пенал, плотно закупорив. В один из моментов клешня показалась из-под рукава халата. Писарь обратил на нее внимание, но ничего не сказал.
— Надо по-быстрому закупиться провизией и уходить, — резюмировал я, покинув скромную лавку.
Ткачи Пекла были небольшим поселением. Из интересного здесь находилась разве что одноименная школа боевых искусств, а также храм Гатхи. Мы направились на местный рынок, чтобы пополнить запасы. Как вдруг на площадь перед базаром, являющейся центром города, прискакал взмыленный всадник в желтых одеяниях. Глашатай гуна, как его окрестили шепчущиеся вокруг нас.
Спешившись, мужчина прошел к возвышению, затем развернул широкий свиток и принялся читать:
— Уважаемые жители великой провинции Чайфу! Войска провинции Хень-Тань вероломно вторглись в наши северные территорию. Враги жгут города, убивают мирных крестьян. Воины славного гуна делают все возможное, чтобы отбить вторжение, но нам нужна помощь каждого из вас. Все, кто может держать в руках оружие, в особенности практики, могут поступить на военную службу и принять участие в спасении Чайфу. Благополучие провинции зависит от каждого из вас! Военная служба — это быстрый способ получить возможность стать пламетворцем, доступ к духовным зельям и доходным офицерским званиям! Распространите информацию по деревням и соседям! Желающие поступить на военную службу — записываемся у глашатая. Два серебра аванс!
После последних слово народ одобрительно закивал и потянулся к глашатаю. То ли желали получить деньги нахаляву, уверенные, что за обман им ничего не будет, то ли действительно решили вступить в ополчение.
— Значит, Хень-Тань объявил войну Чайфу, — покачал я головой. — Видимо, Кровавый Харудо что-то знал об этом, либо его специально наняли, чтобы посеять хаос.
— Между провинциями давно возникла напряженность, — заметила Сати. — Господин Кон, как я понимаю, вы не планируете поступать на военную службу.
— А разве Сумасшедший Генерал Ли не звучит?
Глава 42
— Сильно сомневаюсь, что господина можно научить субординации. К тому же, после многолетних скитаний по миру в вас не осталось тяги к Родине.
— Вообще, я служил в армии, — припомнил я нашу военную подготовку. После того, как срочную службу сократили с полугода до двух месяцев, уклонистов не осталось. Два месяца не шесть — почему бы и не сходить? — Не слишком веселое времечко…
— Служили? — удивилась Сати. — Когда?
— Давно. Еще в прошлой жизни… Ладно, нечего глаза подданным гуна мозолить. Надо договориться с учителем о контрактном духе и уходить отсюда…
К Чайфу каких-то особых чувств я не питал, как и прошлый Ли Кон наверняка. Недаром же он свалил в многолетнее путешествие по разным странам. Так что и рисковать головой ради защиты провинции я не горел желанием. Пускай вояки между собой сами разбираются.
— Учителем? — переспросила Бхоль. — Господин, вам не стоит обращаться к разным проходимцам. До меня доходили слухи, что некоторые такие мастера подкидывают договорного духа и затем с практиком происходит неладное: пропадает без вести или его находят грабители.