Чтение онлайн

Брикс-младший зашел в зал ночного клуба около одиннадцати часов вечера. Зал был прямоугольной формы. В центральной части располагался подиум, на котором весь вечер и всю ночь пели и плясали эстрадные артисты, а также местная танцевальная группа. К этому часу веселье было в самом разгаре, и все столики вокруг подиума заняты. Однако один из столиков, располагавшийся в удобной ложе, был свободен. Это место хозяев клуба, братьев Брикетовых. Брикс-младший, пройдя вальяжной походкой между столиками, плюхнулся в мягкое кресло. В тот момент, когда он расслабленно откинулся на спинку, в ложе появился управляющий клубом, пожилой мужчина по фамилии Штейнберг. Охрана на входе уже доложила, что в клубе появился хозяин и что он явно не в духе.

— Добрый вечер, — вежливо поздоровался Штейнберг.

— Здорово, коли не шутишь, — ответил ему Брикс, вглядываясь в танцующих на сцене полуголых девиц.

— Что будете пить? — спросил заботливый Штейнберг. — Водку, коньяк, вино, может быть, пиво?

— Да пошел ты на хер со своим пивом. Водку, конечно. Видишь, я весь на нервах. В ментовке продержали пять часов.

— Что, какие-то проблемы? — обеспокоенно проговорил Штейнберг, подзывая жестом официанта.

— Не твое собачье дело, еврейская рожа, — огрызнулся в ответ Брикс.

Штейнберг пропустил это мимо ушей и спросил:

— Есть что-нибудь будете?

— Давай салат и омаров, — скомандовал Брикс.

Штейнберг отдал приказания подошедшему официанту и еще кое-что шепнул ему на ухо. Он был опытным человеком, знал, на кого работает, и прекрасно понимал, что если Брикс-младший приходил в таком настроении, то ничего хорошего за весь вечер у Штейнберга не случится. Его будут гонять и пинать весь вечер, и дело может дойти до зуботычин. Но он был хитрый старый еврей и, зная слабости Брикса-младшего, научился вовремя строить громоотводы, отводившие молнию от его умной лысой головы. Именно такой громоотвод приближался сейчас к ложе. По залу шла фигуристая рыжеволосая официантка с симпатичным простодушным личиком. Она была одной из недавно принятых на работу девушек. Штейнберг знал, что Евгений Брикетов любит новеньких. Официантка вошла в ложу и, улыбнувшись Брикетову милой улыбкой скромницы, поставила перед ним бутылку «Смирнова», рюмку и две тарелки: большую с омарами и маленькую с салатом.

Брикс даже не посмотрел на принесенные яства. С самого начала, как только появилась в ложе официантка, он смотрел на нее.

— Кто это? — произнес он, едва официантка вышла из ложи.

— А, это… Это Люба, наша новая официантка, — как бы невзначай проговорил Штейнберг и при этом хитро улыбнулся, но Брикс не заметил, так как полностью был поглощен пышными ягодицами официантки, которая в данный момент, наклонившись, забирала с соседнего стола пустые бутылки.

— И давно она здесь? — продолжал спрашивать Брикс.

— Четвертый день как.

— И как она в работе? — спросил Брикетов.

— Как официантка? — осведомился Штейнберг. — Пока без жалоб.

— Значит, так, — проговорил Брикс, наливая себе стопку «Смирновки», — снимай ее на сегодня с заказов и давай ко мне. Она должна еще и у меня приемку пройти.

— Хорошо, — тяжело вздохнув, проговорил Штейнберг. — Только я хочу предупредить, — добавил он, — что она не в курсе заведенных вами правил. Могут быть некоторые проблемы.

— Вот и хорошо, что не в курсе, — сказал Брикс. — А о проблемах ты не беспокойся.

Штейнберг кивнул и вышел из ложи.

Со своего места Брикс видел, как Штейнберг подошел к молоденькой официантке и что-то шепнул ей на ухо. Та сначала удивленно посмотрела на него, потом перевела взгляд на Брикса. Брикс в этот момент широко осклабился.

Девушка поставила поднос на дежурный столик, сняла с себя фартук, служивший ей униформой, и неуверенной походкой отправилась в ложу составлять компанию молодому бандиту.

Все работники данного заведения знали, что значит для новой сотрудницы «пройти приемку» у младшего хозяина заведения. Это означало, что женщине придется как минимум сделать Бриксу-младшему минет. Дело в том, что сексуальным вниманием Евгения Брикетова были охвачены все хоть сколько-нибудь значимые женские особи, работающие в публичных заведениях братьев Бриксов. Евгений не был сексуальным гигантом, просто он считал для себя делом принципа пропустить через себя не только проституток, но и технический персонал. Официантки, барменши, администраторши — все чувствовали на своем затылке мягкую и потную ладонь Брикетова-младшего, склоняющего женщину к своим чреслам.

Для большинства это было своеобразной данью за дальнейшую спокойную работу в заведении Брикса, но были и те, кто шел на это с охотой. В случае сексуального успеха можно было на несколько недель «зависнуть» в статусе официальной любовницы Брикса. Последний давал его обладательнице высокую вероятность того, что ближайшую зиму она встретит в новой песцовой шубе или получит другой дорогой подарок. Евгений был щедр, когда был доволен.

С подобными намерениями и направлялась к ложе новенькая официантка, которую на этот счет проинформировал предусмотрительный Штейнберг. Последний сообщил ей также о том, что Брикетов, как пресыщенный легкодоступными женщинами мужчина, ценил в слабом поле еще и скромность, и даже непорочность.

— В общем, поприкидывайся наивной дурочкой поначалу и даже можешь немного сопротивляться, но с этим ты уж не перебарщивай, — выдал последние наставления хитрый Штейнберг.

Следуя наставлениям, а также желанию во чтобы то ни стало понравиться хозяину, она послушно уселась на указанное Бриксом место рядом с ним и, скромно потупив глазки, произнесла:

— Ефим Александрович сказал, что вы хотели со мной поговорить.

— Да пошел он, этот жид, к чертовой матери… — проговорил Евгений в сердцах, — ты лучше скажи, как тебя зовут.

— Люба, — тихо ответила она.

— Ну и как тебе, Люба, нравится работать у меня в клубе? — спросил Брикс.

— Да, конечно, — живо ответила она, поднимая на собеседника глаза. — Работа интересная… с людьми, — добавила Люба, снова потупив взор.

Брикс налил себе стопку водки и махом ее выпил. После чего встал и, подойдя к выходу из ложи, задернул занавеску.

Вернувшись обратно, он плюхнулся на свое прежнее место и бесцеремонным движением сгреб официантку в охапку.

— Ну, что, — произнес он, — хочешь и дальше здесь работать?

— Конечно, — произнесла она, не поднимая глаз от пола.

Брикс шумно выдохнул и сказал:

— Ну, тогда соси.

Люба удивленно вскинула глаза на своего хозяина. На сей раз она была искренне удивлена, так как подобного ускорения в их отношениях не ожидала.

— Нет, нет, я… — начала было вставать Любка. — Ефим Александрович сказал… Я и не думала, что так…

— Давай, давай, голубушка, минетиком займись, — добродушно и по-свойски проговорил Брикс, кладя ей ладонь на затылок. — Будешь губы корчить, выкину на хрен. Сделаешь как надо, не пожалеешь.

После этих слов и жеста Любка поняла, что сопротивляться дальше не стоит. Об этом ее предупредил Штейнберг.

«Ну, пацан, — подумала про себя Любка, — держись. Сейчас я тебе покажу небо в алмазах».

В этот момент в зале громко заиграла бойкая музыка. Любка, согнувшись над коленями Брикса, рванула «молнию» на его брюках и двумя ловкими движениями расчехлила уже начавшее приобретать боевой вид сексуальное орудие.

Из всех опытов, имевшихся в жизненном багаже Любы, сексуальный был самый обширный. Поэтому, когда она, схватив рукой член, ловким и страстным языком обволокла крайнюю плоть влажным теплом, по всему телу Брикса пробежала первая волна истомы.