Чтение онлайн

Индуистское слово дэва обозначает человека-ангела, а суфийский термин для него – Фариштахаслат. Первое выражение любой души происходило в ангельской жизни, и поэтому неудивительно, что человек проявляет в своей жизни ангельские черты, ибо они спрятаны в глубине его души. Душа, проходящая сквозь различные сферы и планы существования, наделяется разными свойствами. Свойства низшего мира настолько скапливаются и собираются вокруг души, что она почти совсем забывает свой первый опыт самосознания своего чистейшего существа. Душа, которая, несмотря на весь мирской опыт, имеет склонность обратиться к своему истоку, своему ангельскому состоянию, показывает характер, отличный от обычного, свойственного человеческому существу. Такая душа показывает свойства компаса, который всегда указывает в определенном направлении, как бы его ни перемещали и ни поворачивали, и то же самое происходит с душой, чья природа состоит в том, чтобы указывать на свое происхождение и исток, из которого приходит каждая душа.

Итак, эта душа может проявить подобную тенденцию с самого детства или с юности, она и во взрослом состоянии может все еще обладать той же тенденцией, она может развиваться все дальше и дальше, но такая тенденция рождена вместе с душой, и магнетизм ее велик. Она привлекает к себе любую другую душу, потому что пребывает в контакте со своим истинным «я», а это истинное «я» является истинным «я» и других душ, поэтому она магнетически действует на эти души. Дэва – вот имя этого чистого типа человеческой души.

Следующий тип души, который мы рассмотрим, – это джинн. Этот тип характерен для души, состоящей в контакте с внутренней областью, которая во внешнем мире отражается во всем, что красиво. В то время как душа каждого человека ищет внешней красоты, внимание души джинна направлено не столько на красоту, которая отражена вовне, сколько на источник этой красоты, пребывающий внутри.

Среди тех, кто живет внутренней жизнью, в основном встречаются эти два характерных типа: дэвы и джинны, потому что они меньше погружены в жизнь этого мира, и, следовательно, их больше привлекает внутренняя жизнь. Это не значит, что они не заняты мирской жизнью, это не значит, что они не интересуются этим миром. На самом деле именно интерес к внешней жизни притягивает к ней душу. Если бы душа не интересовалась миром, она не пришла бы, ее приводит интерес. Но для такой души внешняя жизнь хотя и представляет интерес, но одновременно приносит и разочарование. Все, что интересует утонченную душу в этом мире, интересует ее до той поры, пока она с этим не соприкоснется, но, как только такая душа соприкасается с этим, она теряет всякий интерес. Ее естественной склонностью в этом мире является устранение. Вещи, привязывающие к себе среднюю душу, такую душу не могут удержать, они лишь привлекают ее, потому что такая душа ищет чего-то, она видит его отражение вовне, но как только дотрагивается, то сразу понимает, что это была лишь тень, а не реальность, и отходит, разочарованная. Таким образом происходит жизнь дэва или джинна.

Рассмотрим характерные черты поведения оленя, так, как описывают его поэты Индии: он бежит в поисках воды через лес, он радуется, заслышав раскаты грома, и бежит, подгоняемый жаждой, но бывает, что после грома дождя нет или же он проливается скудно и напиться не удается, и тогда олень остается со своей жаждой. Такова и жажда утонченной души в этом мире. Душа человека, склонного к духовности, постоянно жаждет, пребывая в поиске чего-то, и когда ей кажется, что она уже нашла это, тогда то, что она нашла, оборачивается совсем другим. Таким образом, жизнь – это постоянная борьба и разочарование. И в результате вместо того чтобы проявлять интерес ко всему на свете, человек начинает чувствовать своего рода безразличие. И тем не менее в истинном характере такой души нет безразличия, есть только любовь.

Несмотря на то что жизнь, кажется, сделала такую душу безразличной, она не может по-настоящему стать безразличной, ибо именно такое состояние проживания жизни дает человеку особое чувство, которое можно описать одним только индуистским словом – ни в каком другом языке такого слова нет, чтобы выразить адекватно его особый смысл. Индусы называют это Вайрагья, откуда и произошел термин Вайраги. Вайраги – это человек, ставший безразличным, и все же «безразличие» – это не совсем верное слово для него. Оно описывает скорее человека, в глазах которого потеряна ценность всего, что привлекательно для людей. Его больше ничего не привлекает, его ничто не пленяет. Он может все еще интересоваться всеми вещами, какие только есть в этой жизни, но он к ним больше не привязан. Первое чувство Вайраги – от всего отвернуться. Он показывает природу оленя, который убегает прочь, заслышав трепетанье листа, ибо он становится чувствительным, его убеждают разочаровывающие результаты, происходящие от ограниченности и изменчивости жизни в миру. Задетый за живое, он становится чувствительным, и первое, что приходит ему на ум, – улететь, спрятаться где-нибудь, уйти в пещеру в горах или в лес, где он никого не встретит. Никакие дела этого мира, никакие связи, никакие отношения, никакая дружба, никакое богатство, никакой ранг, положение или комфорт – ничто его не удерживает. И все же это не значит, что ему в какой-то степени недостает любви или доброты, ибо если он живет на этом свете, то только ради любви. Его не интересует этот мир, и лишь любовь удерживает его здесь, любовь, которая выражается более не в привязанности, но только в доброте, прощении, щедрости, служении, заботе, симпатии, готовности помочь – во всех возможных формах, любовь, никогда не ожидающая отдачи от мира, но делающая все, что может, сожалея об условиях, зная ограничения жизни и ее непрерывную изменчивость.

Когда такой Вайраги достигает большего развития, он становится подобен змее: мудрый, как змея, он ищет одиночества, как змея ищет одиночества. Змею не интересует толпа, у нее всегда есть дом, где она прячется. Она выходит оттуда лишь тогда, когда голодна или хочет пить. Но когда она утолила голод и жажду, она долго не захочет есть и пить, не в пример кошкам и собакам: вы можете давать им пищу снова и снова, а они будут хотеть еще. Когда змея насытилась, она сразу теряет всякую прожорливость, она уползает в свою нору и остается там до тех пор, пока снова не захочет есть.

Так же и душа Вайраги: он хочет жить в этом мире только для других, не для себя. Его связь с людьми в этом мире направлена на то, чтобы служить им, не требуя от них служения, любить их, не требуя взамен любви, дружить с ними, не прося о дружбе. Он никогда не позволяет обмануть себя более одного раза, одного разочарования для него достаточно. Если Вайраги осознал фальшь обыденной жизни, он ни за что не даст снова обмануть себя. Он видит мир глазами опыта и говорит: «Я не ожидаю от вас ничего, если я пришел к вам, то для того, чтобы дать вам, но не для того, чтобы взять у вас. Я все для вас сделаю, но не буду к вам привязан». Вот девиз Вайраги.

Когда Вайраги развивается дальше в своем ощущении Вайрагьи, тогда он превращается во льва. Он больше не змея, ищущая уединения, хотя и любит его, он больше не олень, убегающий от толпы, он – лев, который остается на месте и противостоит всем невзгодам. У него более нет той чувствительности, но со всей своей силой и мощью, со всей уравновешенностью и терпением он выдерживает напор и, наделенный храбростью духа, стоит посреди толпы в миру. Для чего? Чтобы вынести все, что выпадет на его долю, все раздражающие воздействия, которые мир оказывает на чувствительного человека, чтобы посмотреть в глаза каждому, будучи храбрым духом, укрепленным в истине, с чистой совестью.

Именно так подобная льву душа дэва – ангела-человека – приходит во спасение человечества. Тот, кто зовется Учителем, или Святым, или Пророком, или Мудрецом, – это развитый Вайраги. Он подобен плоду, созревшему на ветви дерева с помощью солнца. Такова эта душа, вызревание которой определяется жизненным опытом, которая не позволила себе от этого опыта разложиться, но защищает истину, соблюдая равновесие с надеждой и терпением, направляемая любовью к человечеству и желанием служить Богу, лишенная желания оценки или отдачи как в этом мире, так и свыше. Именно такая душа дэвы приносит Божественное Послание обществу, нации или миру, когда бы оно ни приходило.

Живущим внутренней жизнью приходится принимать определенные внешние формы жизни в миру среди людей самых разных типов. Есть пять основных видов образа жизни, которые принимают духовные существа, чтобы жить в миру, хотя, вообще говоря, этих видов значительно больше. Очень часто эти души обретаются в таких формах жизни, что невозможно даже на мгновение представить, что эти существа живут внутренней жизнью. Именно по этой причине мудрые люди всех эпох учат уважать каждое человеческое существо, как бы ни проявлялся его внешний характер, и советуют человеку задуматься, кто скрывается под этим обликом и что он собой представляет.

Из пяти основных характеров духовного существа первый – религиозный характер. Он живет религиозной жизнью, жизнью ортодокса, как любой другой человек, внешне не проявляя ни следа более глубокого знания или более широкого кругозора, хотя осознает все это в себе самом. Внешне он ходит в свой храм или церковь, как и все другие. Он воссылает молитвы Божеству так же, как и все, читает религиозные книги тем же самым образом, что и все другие, подходит к причастию и просит благословения в церкви точно так же, как любой другой прихожанин. Он не показывает никакого отличия, никаких особых свойств, внешне демонстрирующих, что он духовно развит, и тем не менее тогда как другие производят все упомянутые действия чисто внешне, он осуществляет их в своей жизни реально. Каждое религиозное действо для него представляет собой символическое откровение, молитва для него – медитация, Писание – меморандум, ибо Святая Книга соотносит его с тем, что он читает в жизни и в природе. И поэтому, будучи внешне всего лишь религиозным человеком, как любой другой в мире, внутренне он является духовным человеком.