Чтение онлайн

— Далеко ещё до командного пункта? — вполголоса поинтересовался Вершинин.

— Ещё далековато — ответил сталкер, взглянув на дисплей КПК- Нужно преодолеть вот этот коридор, потом пройти мимо экспериментального вивария, после этого будет павильон, затем химическая лаборатория, хозблок, узел связи, только за ними начинается командный пункт.

"А где-то впереди должно быть логово бюреров" — подумал Дон Кихот — "Бобр упоминал, что эти твари устроили гнездо где-то на втором ярусе за виварием. Военные пытались через него пробиться до командного пункта, только кровью умылись. Было ещё предложение затопить бункер каким-нибудь отравляющим газом, но по ряду причин оно принято не было. Нарваться на гнездо бюреров — верная смерть".

Отряд преодолел обширный подземный павильон, заставленный каким-то оборудованием. Кожухи огромных электроприборов покрывала пыль и плесень, стрелки на мутных циферблатах замерли навсегда. В корпусах некоторых приборов зияли рваные дыры из которых свисали обрывки проводов. Внутренности были выпотрошены, Дон Кихот решил, что это скорее всего сделали бюреры. Какой-то аппарат непонятного назначения размером со шкаф был по диагонали прошит пулевыми отверстиями, неподалеку от него в потолок ухмылялся скелет в армейском бронежилете, держа на груди искореженный автомат-бесшумку "вал". Из проломленного шлема торчал увесистый стальной штырь. Видимо, погибший пал в бою с бюрером. Поодаль валялись останки ещё одного военного.

Выход из павильона оказался перекрыт мясорубкой, которую Дон Кихот опознал интуитивно. Пришлось идти через дополнительный выход, пройдя через виварий. Путники двинулись через новый павильон, обходя ряды клеток с толстыми прутьями. За решётками белели скелеты собак, ещё каких-то животных, миновали пару закрытых камер, где за дверями из бронестекла виднелись уже человеческие скелеты в синих робах.

— Ставили опыты над заключёнными-добровольцами — мрачно пояснил Дон Кихот, почему то чувствуя неловкость, словно он сам был к этому причастен — Не знаю, насколько это соответствует представлениям о морали и человечности. Один повёрнутый на религии сталкер утверждал, что персонал этих лабораторий постигла божья кара за людоедские эксперименты. Не знаю, я всё же к этому скептически отношусь, хотя порой тоже подобные мысли посещают. С другой стороны, эти люди повинны в тяжких преступлениях и содействием учёным искупали грехи перед обществом. Кроме того, когда речь идёт о развитии науки, способном принести счастье всему человечеству, стоит ли считаться с жизнями нескольких отбросов общества? Правильно я рассуждаю, Игорь?

— Мне самому трудно однозначно ответить на этот вопрос — сказал Никольский — С одной стороны, развитие науки, с другой — жизнь человека, пусть даже и опасного для общества. Я лично думаю, что на добровольцах, согласившихся участвовать сугубо по своей воле, опасные эксперименты проводить всё же можно. Необязательно над преступниками, можно например искать добровольцев среди неизлечимо больных. А в целом вопрос всё же очень спорный.

— Здешние былые хозяева похоже этой достоевщиной не заморачивались — прорычал сквозь зубы Сотнич — Кстати, вот откуда пошла вся эта нечисть, что Зону населяет.

Он махнул рукой в сторону ограждённого стекляной перегородкой участка павильона, где среди медицинского оборудования возвышались ряды высоких прозрачных цилиндров. Сквозь частично побитые стекляные стенки различались ссохшиеся человекообразые трупики эмбрионов, подвешенные на каких-то шлангах. Жидкость, которой когда-то были заполнены эти сосуды, давно вытекла сквозь пробоины. Несмотря на то, что заключённые в них тела сгнили или ссохлись до неузнаваемости, на нижней половине лица ближайшего зародыша можно было отчетливо различить пучок щупалец. Маленький кровосос, так и не успевший вырасти.

— Так вот кто выращивал всех этих тварей — произнёс Вершинин.

— Это давно было известно — ответил Дон Кихот — Биологические исследования в области вооружений. Программы "универсальный солдат" и "универсальное животное-защитник". Искусственные живые существа на базе человеческого генома.

— Выращивали тварей-убийц — сказал Сотнич — Тоже поди для счастья человечества?

— Увы, проблемы, которые не сумела или не хочет изжить современная цивилизация, приводит к тому, что научный прогресс работает в первую очередь на создание новых вооружений — задумчиво изрёк Гарев — Атомная бомба родилась раньше атомного реактора, первые реактивные двигатели нашли применение в военном деле и лишь потом в освоении космоса, даже Интернет зародился как средство военной связи. В человеке ещё много от зверя, склонного к агрессии, готового перегрызть глотку соседу за лишнюю порцию пищи, поэтому достижения науки и техники сразу приспосабливаются им под задачу уничтожения себе подобных. Увы, такие правила игры, тот социум, что попробует в одностороннем порядке жить иначе, долго не проживёт.

— Ну да — согласился Сотнич — Не создай наши деды в своё время свою атомную бомбу, возможно весь бывший Союз был бы большим Чернобылем.

— Мы кажется говорили про этичность опытов над людьми — напомнил Вершинин.

— А что тут говорить? — криво усмехнулся Дон Кихот — Когда речь идёт об интересах государства, такие мелочи, как права и свободы отдельно взятого индивида, и юридические, и моральные, в расчёт не берут.

— Если бы всегда в интересах государства — проворчал Гарев — А то обычно в интересах какой-нибудь корпорации или кучки жадных политиканов. Кстати, интересы государства и интересы общества — вещи не всегда тождественные, а бывает даже и противоположные. Особое когда государство выступает не как механизм организации общества, а как совокупность политиков и чиновников всех рангов, стремящихся как можно туже набить карманч за счёт этого самого общества.

— Господа туристы! — Дон Кихот решил, что пора призвать подопечных к порядку — Где-то рядом логово бюреров, поэтому предлагаю всем заткнуться и внимательней смотреть по сторонам.

Покинув виварий, отряд двинулся черешен очередной полутёмный тоннель, заваленный брошенными обломками. Удалось обойти искрящую в темноте "электру", затем быстрым бегом преодолели зону действия "душилы" — аномалии, разбрызгивающей в воздухе какой-то нервно-паралитический состав. К счастью, лица людей были закрыты респираторными масками, в противном случае коридоры бункера пополнил бы ещё пяток трупов в спецснаряжении. Затем осторожно обошли какое-то странное место, над которым воздух дрожал и клубился, словно над горящим костром.

Неожиданно Дон Кихот велел всем спрятаться за штабель каких-то ящиков и замереть. Сам сталкер сел на корточках у самого края, незаметно выглядывая из-за укрытия.

Воцарилась тишина, которую вскоре нарушили тихие шлёпающие по бетону шаги. Они раздавались всё ближе, прежде чем на освещённом отблесками "жарки" месте появилось странное существо — жирный человекоподобный карлик, ростом едва переваливавший за метр, облачённый в какой-то бесформенный балахон, явно перешитый из лабораторного комбинезона. Короткие руки существа оканчивались толстыми пальцами, из-под капюшона виднелась жирная бородавчатая морда с обвисшими щеками.

Дон Кихот замер, напрягшись. Несмотря на малые размеры, это существо было пожалуй поопасней кровососа, во всяком случае на большом расстоянии. Застыв за пластиковым контейнером, Дон Кихот отчаянно молил высшие силы, чтоб карлик их не заметил, или хотя бы был один.

Секунду постояв на месте, бюрер зашлёпал дальше, приближаясь к укрытию людей. Судя по всему, карлик действительно был один, но если начнётся стычка, он позовёт сородичей, которые где-то неподалеку.

Бюрер прошёл мимо ящиков. Сталкер уже подумал, что тварь их не заметит, но в этот момент карлик повернулся к ним. В полумраке сверкнули красные шлаза, налитые злобой.

Дон Кихот метнулся вперёд как снаряд из катапульты, прежде чем бюрер успел осознать увиденное. Он сбил карлика с ног, но мутант умер прежде чем коснулся пола — сталкер по самую рукоять вогнал ему десантный кинжал аккуратно под колышущийся жиром второй подбородок. Бюрер судорожно дёрнул короткими толстыми ручонками и затих. Подхватив тело, Дон Кихот торопливо оттащил его в сторону и сунул в пустой ящик, предварительно отхватив мутанту кисти рук — эти части тел бюреров почему-то очень ценились учёными и можно было выручить неплохие деньги.