Путь, предназначенный судьбой
Шрифт:
Анна вздохнула.
— Я не хотела быть агрессивной. Я только раздражена тем, что он отказался помочь мне покрасить дом сегодня, что вместо этого он отправился куда-то еще. Видимо, заработать несколько долларов.
Она не ждала реакции Тамми на свои оправдания. Она просто говорила. Стараясь скрыть тот факт, что отказ Адама действительно расстроил ее, что она недовольна поведением мужчины.
— Ты ничего не понимаешь, глупая, — вдруг проговорила Тамми. — Адам отвозит мистера Эндрюса на могилу, где похоронена вся его семья. Там же, где и наш папочка.
Стыд захлестнул Анну горячей волной. От смущения у нее опустились руки. Желание извиниться перед Адамом заслонило все. Она ощущала отчаянную потребность сказать ему, что ничего не знала, что вела себя бестактно.
Но внутренний голос останавливал женщину. Не двигайся ни на дюйм с этого места! Пусть он думает самое худшее о тебе. В любом случае, о чем ты беспокоишься? Если он считает тебя ужасной, эгоистичной особой, значит, между вами не будет больше молчаливой игры во флирт.
И все же Анна не удержалась.
— Адам! — закричала она, выйдя на крыльцо.
Он уже влезал в свой пикап, затем остановился и повернулся к женщине.
Боже, он выглядел так чудесно в вечерних сумерках! Красивый, сильный, надежный.
Но разве она нуждалась в чьем-то плече? Она всегда полагалась только на свои возможности в непростом деле выживания на этом свете. Так почему же ее все-таки тянет к Адаму Роту?..
Когда она шла по двору, то ощущала прохладу травы. Эта прохлада, казалось, должна была остудить и ее мозг. Мысли, будоражившие ее, не давали покоя. Как ей вести себя с Адамом?
— Я сожалею, — простые слова казались самыми верными.
Его густые брови сомкнулись.
— Тебе не нужно извиняться, Анна.
— Но я должна, — произнесла она. — Я не знала всей истории об этом… О том, что ты помогаешь мистеру Эндрюсу. О том, что ты возишь его на кладбище. Тамми только что рассказала мне. Я слишком быстро сформировала свое мнение о ситуации. Но как хорошо, что ты поддерживаешь этого несчастного человека. Какой ты заботливый. У меня не было никакого права принижать твои добрые поступки.
Адам закрыл дверь машины, не отрывая глаз от лица женщины. Он поднял руку и медленно прикоснулся к щеке, очевидно, размышлял, что ему следует сказать.
В конце концов промолвил:
— Ты удивляешь меня, Анна Кавано.
В летнем воздухе повисла тишина. Анна ждала, что он скажет дальше.
Адам провел ладонью по затылку.
— Я думал, что распознал тебя. — Его голос был мягким, как бархатная ночь. — Мне показалось, что ты одна из тех женщин, которые слишком зациклены на себе и на своих целях, которые не замечают ничего и никого вокруг.
После слов мужчины вновь воцарилось молчание. Анна не понимала, что происходит между ней и Адамом. Они не касались друг друга, ни о чем не говорили, но она чувствовала духовную близость с ним. Она чувствовала, что этот человек, которого она едва знала, стал очень нужен ей, просто необходим в ее дальнейшей жизни.
Прошло некоторое время.
Адам, улыбнувшись, закончил разговор.
— Возможно, я ошибся в своих умозаключениях.
Затем он включил зажигание, бросил на женщину серьезный взгляд и уехал.
Анна смотрела вслед машине до тех пор, пока свет фар не исчез за деревьями, до тех пор, пока все не растворилось в цвете ночи.
Что же с ней происходит? — спрашивала себя женщина. Как избежать того магнетизма, который исходил от Адама Рота? Как сделать так, чтобы не думать о нем?
У Анны Кавано не было ответов. Совсем никаких. К чему все это приведет?
Выходные закончились. Анна использовала их, чтобы привести в порядок дом. Она постирала занавески, вытряхнула ковры, помыла пол и окна. Молодая женщина сомневалась, убирал ли кто-нибудь до нее так это помещение. Хорошо, что ей помогла Тамми. Правда, не слишком охотно, но помогла.
Поздно вечером в воскресенье вместе с Тамми они разбирали одежду своего отца. Складывали в одно место брюки, рубашки, обувь, а затем упаковывали все в большие пластиковые пакеты, чтобы потом отнести в приют для бездомных. Когда они опустошили все шкафы, Тамми очень расстроилась. Но Анна стала успокаивать ее и попросила, чтобы Тамми рассказала о человеке, с которым она прожила всю свою жизнь.
Тамми говорила об отце только хорошее. По ее словам, он был нежным и великодушным. Он любил ее, оберегая от всех невзгод, несмотря на проблемы, возникшие после ее рождения. Эти проблемы мешали Бобби Рэю общаться с дочерью?
Анна удивилась. Да, Адам сказал ей, что у Тамми были сложности, но тут прослеживался первый намек на то, что младшая сестра сталкивалась с достаточно серьезными трудностями в своей жизни.
Когда Анна расспрашивала о занятиях Бобби Рэя, Тамми напускала тумана. Отец работал. И здесь, и там, во многих местах. Денег он имел, как поняла Анна, немного. Но как же оплачивал электричество, телефон, отопление?
— О, тебе не нужно беспокоиться об этом, — сказала Тамми, когда они вошли в комнату Рэя. — Наш штат оплачивает счета.
— Оплачивает счета? — спросила Анна. — У вас что, много чеков?
— У меня только один, — сообщила ей Тамми, — и у папы один. — Она на секунду умолкла, потом поправилась: — Ну, он обычно пользовался одним чеком…
Анна поняла, что ей придется связаться с государственными учреждениями, которые посылали деньги ее сестре и отцу в целях обеспечить им сносное существование. Она предполагала, что средства Тамми получала из министерства здравоохранения или от другого министерства, имеющего отношение к людям, которые не могли обеспечить себя сами в связи с той или иной группой инвалидности.
Наверное, мать была права насчет Бобби Рэя, с грустью констатировала Анна. У него не было амбиций, он не стремился к успеху в жизни. Похоже, что этот человек никогда не имел постоянной работы, но Анна все равно ребенком любила его и не торопилась с выводами. Ей нужно было время, чтобы побольше узнать о нем. Ведь все же он был и ее отцом…
В понедельник Анна провела три часа за ремонтом переднего крыльца. Она снимала со стен сухую краску. Это была трудная, но необходимая работа. Ведь чтобы свежий слой краски был ровным, нужно убрать предыдущий. Анна улыбнулась, когда подумала о небольшом разногласии между ней и Тамми по поводу цвета краски. Тамми отдавала предпочтение розовому, но Анна объяснила ей, что белый намного больше подходит дому в викторианском стиле. В конце концов младшая сестра согласилась с доводами старшей. Анна же всегда знала, что нейтральный сдержанный цвет считается привлекательным для покупателей.