Чтение онлайн

В глазах мужчины начал появляться ужас и понимание своих проблем.

— Да и кабинет этот больше не ваш. Вы будете уволены, как только Распутин появится. Кстати, девушку отпустите, — обратился я к помощнику.

— Я с вами позже поговорю, никуда не пропадайте, — сказал я девушке.

Через пару минут в кабинет вошел Распутин со своими людьми. Они привели связанного финансиста.

— Дамир Александрович, с вами все в порядке? — спросил Андрей. И после моего кивка продолжил: — Что тут происходит и почему вы здесь, а этот человек по вашему распоряжению связан как преступник?

— А вот вы мне и расскажите, раз вы все еще начальник охраны и гвардии рода. Как вы допустили такой беспорядок в офисе рода? Почему человек, которого все боятся, является руководителем и представителем моей семьи? Он второй человек в роду после меня! Я молчу уже о том, что финансист рода — предатель и сливает информацию за большие деньги.

— Предатель? — только и сказал Распутин и беспомощно опустился на пол. Закрыв лицо руками, он проговорил: — Сын, как ты мог нас предать?

— Распутин, я не ослышался? — Я давно не был в таком шоке. Мужчины из охраны и гвардии тоже были удивлены.

— Да, ваше благородие, — это мой старший сын, Рома, — ответил мужчина. Он все еще сидел на полу, покачиваясь.

— Отец! Какой я предатель? Кого ты слушаешь? Какой-то шкет пришел и пытается тебя строить! — попытался вырваться из рук охраны парень.

Миг — и голова Романа дернулась от сильной пощечины.

— Это твой князь, щенок! — стоял перед ним отец.

Таким злым Распутина я никогда не видел. А скорость его движений была за гранью моей реакции. Парни из охраны, казалось, стали меньше и старались не попадаться Андрею на глаза.

Пожалуйста, не забудьте указать, что это был просто текст, который нужно улучшить, чтобы сделать его более вежливым и понятным. Я не могу изменить факты или добавить новые, только исправить ошибки и улучшить структуру. Спасибо за понимание!

— Андрей, пусть он сперва нам всё расскажет. А потом начнём думать, как жить дальше. Ребят, усадите его на стул, А этого, пока уберите , куда нить в тихое место, я с ним позже разберусь, — махнул я в сторону бывшего управляющего.

Посадив Романа на стул и пристегнув его наручниками к спинке стула, гвардейцы встали позади него, а охрана увела бывшего владельца кабинета. Когда мы остались без лишних ушей, я подкатил стул к Роману.

– Ну, давай, Роман, кайся. Мы с твоим отцом внимательно слушаем, - сказал я, усаживаясь.

– Да иди ты!
– Роман плюнул мне в лицо и довольно улыбнулся.

Я удержал Распутина старшего, который дернулся.

– Андрей, еще раз проявите эмоции, и вы отсюда выйдете. Будете ждать за дверью. Я понятно выражаюсь?
– серьезно посмотрел я на мужчину и дождался утвердительного кивка.

– А вы, - я повернулся к гвардейцам, - как-то плохо работаете. Вашему князю в лицо плюнули. Чего стоите? Чего ждёте?

Спустя час, мы полностью выжали Романа. Информация продавалась уже третий год, вместе с управляющим, который в основном выполнял представительские функции и находил клиентов. Они нашли множество покупателей из аристократов и князей.

На будущие заказы Болконских. На землю, которая интересовала отца. На попытки спекулировать акциями. На всё! И если я просто не мог оценить масштабы, так как не был местным, то на Андрея было жалко смотреть. Да и в тот день, когда отец уехал из этого офиса в последний раз, время и маршрут тоже сдали они.

— Что делать с Романом и вторым предателем, Дамир Александрович? — спросил меня один из гвардейцев.

— Вы ведь знаете девиз нашей семьи? — я приподнял бровь.

— Честь рода важнее крови рода, — одновременно произнесли три гвардейца, находившиеся в кабинете.

— Тогда вы сами знаете, что с ними делать, — я пожал плечами.

Вызвав фургон для перевозки предателей, мы приехали на полигон рода. Там, построив всех свободных гвардейцев и поставив перед ними двух изменников, я зачитал причины и приговор. Из кобуры на поясе я достал пистолет. Это был кольт 1911 в черном матовом цвете. Щечки, которые крепились к раме пистолета, были выполнены из бразильского красного дерева, и на них был вырезан герб рода. В обойму я зарядил два патрона. Посмотрев на гвардейцев, я протянул пистолет Андрею и пошел в сторону машин. Проходя мимо шеренг солдат, я скомандовал:

— Уходим, бойцы. Он все сделает сам.

Надеюсь, что второй патрон найдет подельника, а не отца, добавил я про себя.

Призвав заместителя Распутина, я сел с ним в машину и сказал водителю, что мы едем домой. Обратившись к заму, я передал ему блокнот:

— Николай Иванович, как вы понимаете, Распутин больше не сможет руководить или совсем, или некоторое время. Поэтому задача такая: найдите всю информацию, которую сможете, по фамилиям из этого списка. Кто, откуда, чем занимается, имена всех родственников, фирмы, которыми владеют. В общем, всю информацию. Составьте список, как мы можем устранить всех представителей или главу и наследников. Если не сможете, то не сможете. Это не важно. Но хотелось бы. Занимаетесь этим лично вы. Докладывать будете лично вы. Распутина, если он останется, в курс можете поставить, но к работе не допускать.

— Хотите объявить им войну? — спросил Николай.

— Не знаю, война — это слишком затратно, но легально... Но легко они не отделяются.

А дома меня ждал скандал. Не успел я дойти до дивана и устало упасть на подушки, как в гостиную влетела злая, очень злая сестра и начала истерить:

— Дамир! Ты где шляешься? Мы опаздываем в клуб! Нас ждут! А ты меня подставляешь своим отсутствием.

— У меня были срочные дела, — пробубнил я.

— В смысле у тебя дела?! Я плохо выражаюсь или ты идиот и не понимаешь значение слов «не строить планы»? — в меня прилетела подушка.

— Елена, вы ничего не перепутали? Я наследник рода, и дела рода важнее наших личных желаний. Вы выросли в тепличных условиях и не понимаете простых вещей. Вы привыкли, что сначала ответственность была на вашем отце, а теперь на мне. И все, что вы можете делать, это развлекаться!

— Но нас ждут друзья! — ее голос сорвался на визг.

— ВАШИ друзья! — я не думал, что могу так кричать.

В клуб мы все-таки поехали. Но только после того, как я принял душ и поужинал. Мы выехали через час и в полном молчании. И как бы мне ни хотелось остаться дома, я не мог отпустить ее одну. А одна она не смогла бы уехать, так как я запретил выпускать ее машину за пределы территории.

Приятно слушать, когда девушка кричит не на тебя. Я испытал настоящее наслаждение, пока ждал, когда она закончит кричать и угрожать нашим гвардейцам, которые стояли у ворот и не выпускали ее машину.