Чтение онлайн

То же самое и сейчас. Это в Америке легко – человек переехал в другой конец страны, у него есть деньги на переезд и он знает, что работу он сможет себе найти, сможет снять жилье и т. д. У нас нет такой инфраструктуры: «дважды переехать – один раз сгореть».

И шахтеры – люди небогатые, у них нет денег на переезд. Это не советские времена, когда шахтерская молодежь попить пива летала на самолете в Москву: сегодня совсем другой масштаб зарплат. 40 тыс. рублей – недосягаемая мечта. Но при этом надо содержать семьи.

Это в советское время там, где шахты, обязательно развивались производства для женщин, чтобы они тоже приносили деньги домой, – сейчас эти производства уничтожены. И официальные заявления представителей государства весьма убедительно показывают, под каким жутким прессом находятся люди.

Господин Тулеев говорил о нескольких сотнях протестующих и перехваченных машинах с выпивкой и бутербродами. Тем самым он, вероятно, хотел показать, как коварный враг вредит отрасли. Но, знаете, для нескольких сотен человек тринадцати машин не нужно – достаточно одного грузовика. Значит, это была не организованная, а стихийная поддержка частных лиц: люди проявляли солидарность, делая своим соседям и знакомым бутерброды. Выходит, в Кемеровской области, если вы хотите кому-то привезти бутерброды, – это уже преступление? У нас в стране уже есть «синеведерочный» экстремизм, когда нельзя синее ведерко ставить на машину, потому что будет похоже на «хозяев жизни» с мигалками, а теперь у нас что, еще и бутербродный экстремизм?

Далее. По словам Тулеева, из 28 задержанных работают только двое. Тогда каков же на самом деле уровень безработицы в благословенной Кемеровской области?

Тулеев официально заявил, что не нужно громить школы и больницы. При этом никаких сообщений о подобного рода погромах нет. То есть он создает впечатление, что люди, пытающиеся защитить свои права от произвола, – бессмысленное быдло, которое может громить больницы и школы?

Он говорил о провокаторах.

Возникает ощущение если и не традиционной диктатуры, то, во всяком случае, ханства.

Они загнаны в очень простую ситуацию: или подыхай с голоду, или рискуй своей жизнью.

Собственно, в эту ситуацию загнана либеральными реформаторами основная часть населения нашей некогда богатой страны.

Даже относительно обеспеченная часть россиян, обладающая сбережениями, чувствует себя все более и более тревожно – причем не только из-за экономических проблем, но в первую очередь из-за безнаказанных и весьма специфических инициатив либеральных реформаторов.

Весной 2010 года в Москве случилась неприятная история.

Московские власти, повысив в очередной раз коммунальные платежи, решили, по всей видимости, увеличить свои доходы и отказались платить Сбербанку комиссионные за обслуживание этих платежей.

Сбербанк вполне логично заявил, что в таком случае он будет взимать комиссию непосредственно с граждан. И на этом логика закончилась, ибо Сбербанк вознамерился взимать комиссию в 3 % (по интернет-операциям и платежам через банкоматы, правда, «около 1 %»).

При всем желании было трудно поверить, что московские коммунальщики, пусть даже известные своей легендарной неэффективностью, платили абсурдно завышенные комиссионные в 3 % с огромных по объему расчетов. Ведь известно: чем выше объем расчетов, тем ниже должна быть комиссия.

Заместитель мэра Москвы Ю. В. Росляк еще успел заявить, что москвичи и раньше оплачивали комиссию в 3 % (и начальник управления ФАС Ю. Э. Бондарева подтвердила эту величину), которая якобы включалась в единый платежный документ в графу «иные платежи». Потрясенные москвичи еще успели полезть в свои платежки и не найти там и следа указанной графы, как из ответа председателя комитета по финансовому рынку Госдумы В. М. Резника первому заместителю председателя Госдумы О. В. Морозову стало ясно, что скрытая комиссия (причем именно скрытая) действительно была, но составляла 1,9 %.

Между тем поднимающееся негодование москвичей и рост рекламной активности конкурентов вынудил Сбербанк урезать свои аппетиты, и он быстренько заявил, что с 1 мая 2010 года будет взимать комиссию с коммунальных платежей в размере 2 % (а при удаленной оплате – через Интернет, банкоматы, терминалы и прочее – до 0,5 %).

С какой стати представители московских властей и даже ФАС выгораживали зарвавшегося монополиста, публично расписываясь в нормальности повышения комиссии на целый процентный пункт, – вопрос открытый. Может, по безграмотности, может, «они совсем не то хотели сказать», может, в связи с какими-то интересами. А может, колебания давления?

В конце концов, как говаривал генерал Лебедь, «глупость – это такой ум».

Однако для нас важно другое.

Сбербанк начал взимать с нас комиссию, которая раньше была включена в состав тарифов, но коммунальные платежи для москвичей с этого момента, насколько можно судить, отнюдь не были снижены на 1,9 %. Это означает соответствующее скрытое повышение коммунальных платежей и еще один акт безнаказанного произвола коммунальных монополий и московских властей.

Второе, что мы должны понять в этой истории, – позиция Сбербанка.

Попытавшись «срубить» с москвичей 3 % комиссионных вместо «законных» 1,9 %, которые он получал раньше, руководство Сбербанка расписалось в алчности. И даже испугавшись протестов, оно снизило комиссионные отнюдь не до 1,9 %, а до 2 %: 0,1 % с коммунальных платежей со всего населения мегаполиса тоже лакомый кусок.

Таким образом, попытка ограбить нас на 1,1 % провалилась, однако на 0,1 % – удалась.

При этом Сбербанк не испытывает никаких финансовых затруднений: его чистая прибыль за 2009 год составила 24,4 млрд руб., что заметно превысило ожидания. Четырехкратное сокращение по сравнению с 2008 годом вполне нормально и вызвано не только кризисом, нанесшим тяжкий удар по всей банковской системе, но и ребрендингом по принципу «найдите пять отличий со старым логотипом», на который, по оценкам экспертов, демонстративно выброшено 20 млрд руб. [18]

При ребрендинге была убрана надпись «основан в 1841 году». Если раньше на эмблеме была открытая сберкнижка, теперь вместо нее очень похожая зеленая галочка. Чуть-чуть изменены цвета и т. д. То есть если бы они этой ерунды не делали, у них прибыль была бы почти в два раза выше. Просто интересно: это реб– рендинг или отмывание?

Зачем тратить деньги, не меняя почти ничего? Зачем в кризисный год почти половину чистой прибыли выбрасывать непонятно на что?

И ведь им, насколько я понимаю, даже в голову не пришло немножечко улучшить обслуживание потребителей на эти деньги. А старую эмблему мы бы как-нибудь потерпели.