Чтение онлайн

— А нужен ли он народу? Быть может, людям проще, когда решают за них? К чему привела «свобода» Биллини? В Эристаре любой богатый преступник мог при желании купить статус и легализоваться. Нищие сами себе отрезали ноги, банкиры наживались на чужом горе… вся эта система неправильна, с вашей стороны довольно глупо её защищать. Вы просто цепляетесь за старый уклад. Мне кажется, «Монолит» пока не сделал ничего плохого…

— Вот именно. Ключевое слово — пока. Вы ведь всё прекрасно понимаете, не так ли? — упорно напирал Катлер. — Иначе бы не говорили об «общем благе»! Общее благо — красивая сказка для молодых политиков, уж извините за прямой намёк, ваше высочество. «Монолит», напротив, реален и крайне опасен. Уж точно не решение всех проблем! Нет, я знаю, что вы чувствуете…

— И что же?

— Облегчение. Закон восторжествовал. Всё вроде бы хорошо. И нет никакой нужды «корректировать курс». Но поверьте, это не так! Сегодня вы продаёте им совесть, а завтра они заберут у вас крохи свободы! Не только у вас! Под ударом окажутся все!

— По-вашему, у меня есть некая альтернатива? Об отстранении Бентхольца и речи не идёт, а вы предлагаете арест… абсурдный план. Такими методами мы добьёмся только второй волны. Не менее реальной, попрошу заметить. Она накроет нас. С головой.

— Нам могут помочь…

— Кто? Вы сами-то верите, во что говорите? — принц задумчиво остановился возле пруда. — Капкан уже захлопнулся. У них всюду завязки. Наследство сира Клето и банк. А, как известно, побеждает тот, у кого финансы.

«Ясно. Ты не видишь дальше собственного носа. Боишься… потом ведь пожалеешь, что не рискнул», — неожиданно мстительно подумал бывший епископ, признавая факт переоценки личности принца.

От былой уверенности остался страх.

Страх породил иллюзии.

Иллюзии порождают большой обман.

За который в конечном итоге придётся расплачиваться всем остальным.

— В таком случае, прошу прощения за отнятое время, — служитель Церкви хотел было почтительно откланяться, но видя, как его высочество собирается с силами, невольно застыл на месте в надежде на нечто большее.

«Неужто…»

— Подождите… я же не говорил, что намерен терпеть пренебрежение к короне, — вымученно улыбнулся юноша, с видимым усилием добавляя: — Но мы… мы будем умнее. Хитрее. Сейчас ничего сделать нельзя — не отрицайте. Значит, надо выждать подходящий момент.

— Который, возможно, никогда не настанет, — Катлер устало понизил голос. — Мы ведь обсуждаем организацию тёмных магов. Как скоро они начнут видеть в нас свою добычу?

— Даже так?..

— Есть серьёзные подозрения. Риллен Кортес зашёл слишком далеко. Вам ли не знать, какими они бывают?

— Сделаем вот что, — сцепил зубы принц, решительно сжав кулаки. — Скоро сюда приедет мой брат. Введём его в курс дела, но аккуратно. Он хороший человек. А вы пока понаблюдайте за епископом. Надеюсь, компромат на него всё ещё при вас? Да не удивляйтесь вы так, я просто сложил два и два.

— Неожиданно, — признался Катлер. — Но сейчас от него мало толку…

— Как, собственно, и от всей нашей беседы. Что касается компромата, то Кристиан обязательно должен его увидеть. Лично. Если вы считаете, что готовы идти до конца — завтра жду вас здесь со всеми бумагами, — принц торжественно протянул руку, как и тогда, в их первую встречу. — В остальном… следите за Гаэтано по мере сил, но пожалуйста, без самодеятельности. Иначе…

— Понимаю, — Катлер поспешно ответил на рукопожатие. — Не беспокойтесь, ваше высочество. Это дело принципа. Они должны ответить за всё содеянное. Рад, что в этом плане вы со мной солидарны. Наверное, зря я усомнился в доверии к вам…

— Нисколько, уважаемый сир Бентхольц, — глаза принца всего на долю мгновения вспыхнули алым, но его собеседник не придал этому особого значения, сославшись на отсвет солнца. — Людям свойственно сомнение. Умным людям. А на политической арене выживают исключительно они. Мы. Именно поэтому ваше сомнение было и останется ключом к вашему выживанию.

Говорят, истинное мужество настоящего народа состоит в готовности к самопожертвованию во имя родины.

Считал ли Катлер Бентхольц себя частью настоящего народа? Несомненно. Он служил ему всю свою долгую жизнь и не собирался в конце пути позорно сворачивать в густые дебри. Не для того он согласился остаться хотя бы настоятелем, чтобы спокойно смотреть за ликвидацией здорового общества. Общества, где целью правительства не является тёмная магия.

Принц прав: система насквозь прогнила. Ценности прошлого века, такие как честь или благородные традиции всё чаще затмевались стремлениями насытить алчность, похоть, жажду крови. Это уже не могло зваться здоровым обществом, закат которого он с грустной улыбкой наблюдал на протяжении целых десятилетий.

Тем не менее, данная система имела крохотный, но всё же шанс превратиться в нечто приемлемое взору любого здорового человека, нужно лишь грамотно подойти к управлению массами. И не забывать, в чём истинная сила каждого из нас.

В отличие от жестокой диктатуры тёмных магов.

У новой системы нет будущего!

Только боль и бесконечная агония.

Всё шло по плану. Почти. Мне, честно говоря, и в голову не могло прийти, что местный «заменитель совести» настолько отмороженный тип — ладно, когда бы я начал продвигать спорные с точки зрения этики реформы, но сейчас-то какая причина ставить на кон вообще всё, включая самое дорогое — жизнь?

Видимо, у нас слишком разные понятия о «самом дорогом». Вот до чего доводит власть в руках «светлого» идеалиста — он начинает мнить себя борцом за чью-то там свободу, не задумываясь о последствиях!

Народ доволен? Доволен! Экономика развивается? Пять дней — не показатель, но подвижки есть. Совместно с советом Лернии я подготовил несколько законопроектов по оказанию поддержки гражданам, улучшению ситуации в целом и распорядился выделить на это часть изъятых денег. Учитывая низкий при существовании «Монолита» уровень коррупции, дела пойдут в гору! Преступность? Многие активные элементы пойманы, оставшиеся на свободе практически все сидят тише воды ниже травы, большинство уже согласились сотрудничать.

В чём проблема?! Будущее? Лучше бы беспокоился о настоящем!

Я ведь пока даже не ввёл «тайную» систему замены казни на жертвоприношение! А что? Публичные расправы останутся, но некоторые виды высшей меры послужат нам как отличный способ восполнить материал. Да и трупы потом можно приспособить под нужды исследовательского комплекса…

На редкость неразумное поведение, одним словом. Кроме того, основанное на продиктованном двумя широко распространёнными ошибками вердикте — заблуждению касательно возможного интеллектуального превосходства «младшего» поколения над «старшим» и доверием к результатам недавнего «теста». Даже если артефакт работает бесперебойно и очень мощный — почему бы не сложить звенья цепи, тем более приезд принца лично для тебя ознаменовался понижением?!