Чтение онлайн

Выехав из деревни, они зорко глядели по сторонам – жизнь научила. Родом спутники были из Нворида, вместе по свету странствовали, в пути и с Титамиром встретились. Эх, какие были деньки, ни часа без доброй свалки и вот, дожили, пришла пора малость остепениться, не только пожить, но и послужить. Особенно, если за это хорошо заплатят.

Резвые кони легко неслись по дороге, разбивая засохшую корку грязи в пыль. Путь петлял, извиваясь из стороны в сторону, то уходил в низину, то на гору.

Из-за очередного поворота прямо под ноги лошадям выскочил человек в изодранной рубахе и с побитой мордой.

– Помогите! – крикнул он и споткнувшись, полетел на землю.

Владий осадил коня, вгляделся.

– Никак в беду попал? – неуверенно произнес он.

– Это вы в беду попали, люди добрые! – издевательски окликнули путников. – Третьих сегодня на жалость поймали.

Миробой оглянулся и увидел окружающую их разбойничью шайку, вооруженную мечами и дубинками. Судя по сноровке, все до единого люди бывалые, с огромным опытом по части окружения и ограбления. Мимо него бочком протиснулся человек с дороги, смешался с разбойниками. Впереди, отставив ногу, стоял здоровенный детина с широкой улыбкой на лице.

– Больно кони у вас хороши, – протянул он, поигрывая кривой саблей. – На таких сам князь не поскупится, хорошую цену даст.

– Мечи у нас тоже хороши, – отозвался Владий, быстро выхватив оружие. – Ты и их продать хочешь? Да?

Получив утвердительный ответ, он сделал свирепое лицо, по опыту зная, до чего безотказно это действует, и направил своего Ветра прямо на главаря. Миробой молча вытащил меч и тронув коня, поравнялся с Владием.

– Дай по-доброму уйти, – дружелюбно предложил он, – а то им, – он кивнул на шайку, – тебя по кусочкам собирать придется.

– Но-но, – укоризненно поцокал языком тот. – Все такие умные пошли. Думают, с мечом да на коне по всему Роуну проедут. Ан нет, я тоже не дурак. Там среди деревьев четверо лучников, стреляют неплохо, а уж с такого расстояния попадут точно.

Он махнул рукой, и они выступили на дорогу с натянутыми луками.

– Так что с коней слезаем, оружие и прочее добро бросаем и расходимся, как вы и хотели, по-доброму. Мы разбойники честные, в спину не бьем.

Остальные захохотали и приготовилась делить добычу, расслабившись, однако, рановато. Неожиданно воины одновременно пригнулись, слетая с коней прямо в середину шайки. Стрелы прошли мимо, а стрелять по новой лучники не решились. Миробой упал на главаря, придавил его к земле, но он вывернулся, как ящерица и замахнулся саблей. На Владия насели со всех сторон, осыпая увесистыми ударами. Меч коротко свистел, врезаясь в плоть по кругу, но разбойники вконец озверели и даже не думали отступать. На плечо воина с размаха опустилась дубина. Владию показалось, что его вдавили по колено в пыль. Развернувшись, он упредил второй удар, разрубив дерево в щепы, но со спины его тут же огрели по голове, оставив на шлеме глубокую вмятину. Из царапины на лбу обильно текла кровь, заливая глаза, и воин махал практически наудачу.

– Эй вы! – вдруг зычно крикнул Миробой. – А ну разойдись, а то щас глотку перережу вашему главарю. И луки подальше откиньте. Ну?!

– Да разойдитесь же, дурни! И луки бросьте! – истошно заорал тот.

Он лежал на земле, а около горла в опасной близости маячило острие меча.

– Жаль добычу такую упускать, Верий, – обиженно сказал коренастый мужичок. – Мы ж три дня не жравши.

– А меня, значит, не жаль?! – угрожающе зашипел лежащий. – А ну разойдись, кому сказал!

Шайка нехотя оттянулась назад, напоследок жадно скользнув взглядом по уходящей прямо из-под носа добыче. Дождавшись, пока Владий, шатаясь, кое-как залез на коня, Миробой зло пнул подкованным сапогом Верия.

– А ну обещай, что нас не тронут. Ты, кажись, говорил, что вы разбойники честные, в спину не бьете.

– Да не тронут, не тронут, – прохрипел он. – Только мечом поаккуратней махай. Чуть глаз мне не выколол.

Вскочив на своего жеребца, Миробой осторожно подал его назад, не спуская глаз с разбойников. Верий, покряхтывая, поднялся с земли и погрозил им кулаком:

– Езжайте, покуда целы. Да чтоб вас за поворотом волки съели.

– Подавятся, – ответил Владий, уже вполне придя в себя.

Разбойники, зло зыркая на них, утащили раненых и потянулись в лес сами – караулить следующую жертву.

Повернув коней, спутники направились дальше, спиной ожидая наконечник стрелы, но главарь слово сдержал, не стал мстить за унижение.

– Ты в порядке, Владий? – тревожно глянул на друга Миробой. – Я видел, как тебя дубиной шарахнули. Кости целы?

– Целы, а шлем вот попортили… И откуда такие взялись? – запоздало удивился воин. – Сколько ездили, ну встречались по мелочи. Шугнешь и они врассыпную. А тут с луками, стрелами наизготовку. Темнота! Если б в лошадь целились да не предупреждали, тогда было бы преимущество, а вот так, в лоб – не на тех напали. Но все ж, как дрались… Прям, как за свое.

– Да шайка Верия уже денежки наши считала и коней продавала, потому и "как за свое", – Миробой подстегнул коня.

С наступлением ночи, темнота вокруг Семши ощерилась частыми кроваво-красными огоньками. Они подползали все ближе и сопровождались низким утробным рычанием, от которого замирает сердце, шевелятся и встают дыбом волосы. Безлунная непроглядная ночь позволила тварям подобраться очень близко перед тем, как их обнаружили. Люди в ужасе прятались в наскоро сооруженных укрытиях, заколачивали вход и сидели, затаив дыхание с одной мыслью – продержаться до утра. Но звери сильным броском вышибали двери, расшвыривая нехитрый скарб – все то, что могло послужить защитой – и ворвавшись в дома, рвали скрючившиеся фигурки в клочья. Матери падали на детей, пытаясь закрыть их собой, но черные пасти вгрызались в позвоночник, голову, руки, отбрасывая их в сторону и приканчивая сжавшиеся комочки. Но даже после этого твари не спешили уходить, они по кошачьи мягко двигались от стены к стене, движимые не только вечным голодом, но и неотступно преследующим их приказом не оставлять в живых никого.

Семин пятился, неловко маша перед собой коротким тупым шестом. Рубиновый взгляд проникал в его мысли, приказывал встать на колени и склонить голову. Давление чужой воли все возрастало, ломая человеческий заслон. Семин медленно опускался на пол, и тварь, решив больше не ждать, рванулась вперед, раскрывая пасть. Связь резко оборвалась и человек, вскинув руку, вогнал шест в открытое черное горло. Рычание захлебнулось, сменившись высоким визгом. В корчму ворвалось сразу несколько огромных злых тварей, с короткой шерсти летели брызги алой крови. Семин рванулся к двери, бешено вращая шест. Мрак встретил его леденящими криками, стоном и плачем. Он не знал, куда бежит, только понимал, что останавливаться нельзя, иначе смерть. Что-то полыхало вдалеке и селянин устремился туда, как насекомые, что вечно летят на свет. Это оказалась стена огня, высокая черная с оранжевыми язычками, пышущая обжигающим жаром. Ее ровная поверхность резко вспучилась, переливаясь в собачью морду, полыхающие глаза смотрели с голодным интересом. Семин упал на колени и беспомощно оглянулся. Рубиновые огоньки горели уже за спиной, а темная стена опоясывала деревню, смыкалась неразъемным кольцом. Неоткуда ждать помощи и нет возможности дожить до рассвета, в глазах человека осталась одна пустота, словно ему вдруг стало все абсолютно безразлично. Поднявшись, он с закрытыми глазами шагнул в пламя, но с обратной стороны не появился. Сеам довольно высунул язык, задышав быстро и часто, а глаза уже вновь поглядывали на деревню: пока он насытился лишь наполовину.

Титамир скучал. Бил кулаком в стену, пинал дверь, выломал решетку, но окошко было слишком мало, с трудом пролезала голова. Раздались шаги и в щель под дверью просунулась миска с водой. "Как собаку поют, – с отвращением подумал богатырь. – А пожрать как следует не дают". Протянув руку, хотел выкинуть ее в окно – авось, кому по голове съездит, да заодно обольет – но потом передумал и выпил сам, не мучиться же от жажды… а пустую миску все таки выкинул. Из вредности. И заметно повеселел, услышав чей-то гневный восклик. К концу ночи его стало клонить в сон, а потом земля резко закружилась и оказалась под щекой…

За дверью вновь послышались шаги:

– Кажись, уснул, – в голосе ясно чувствовалось облегчение. – Я уж думал, не подействует.

– Сонное зелье бабки Гривны еще никого не подводило… тем более в таком количестве, – ответили ему. Послышался зевок. – Ну вот, теперь и вздремнуть спокойно можно, а то с этим зверем ни минуты отдыха. Думал, все – выломает дверь, как пить дать, выломает. Силы-то медвежьи. Лучше б староста его из деревни выдворил, убытков бы меньше было, а так сломает темницу, новую строить придется. И кому? Нам.