Чтение онлайн

Я прикрыл веки, несколько раз дёрнулся, изображая предсмертную судорогу, и полностью расслабился, притворившись мёртвым. Почувствовал, как утопленница разжала хватку. Моё тело само всплыло на поверхность. Кто-то схватил за ворот и выволок на сушу.

По странному бормотанию понял, что это не человек. Меня волокли за шкирку. Приоткрыл глаза и в отражении воды удалось разглядеть того, кто меня тащит.

Это была серокожая тварь. Грушевидное тело. Длинные, худые руки. Перепончатые тонкие ноги. Шеи как таковой нет, башка растёт сразу из плеч.

Утопец.

То есть, даже если бы я вырвался из хватки девчонки, хозяин этих заводей всё равно бы навалился сверху, с гарантией дав мне нахлебаться воды под крышечку.

Меня бросили у очередной лужи. Острый коготь пробил легкое, и не заорал я от боли только потому, что в тот же миг был скинут в воду и погружен на дно. Дважды мне надавили на грудь, выпуская остатки воздуха, да так и оставили, зацепив моим же шнурком с ножнами за корягу.

Я отцепил шнурок и тихо всплыл. Утопец издал булькающий звук и пошлёпал обратно. Склонился, чтобы снова утопить меня, но я вырвал кинжал из ножен и всадил ему в глаз. Тварь дёргала башкой и продолжала меня топить, не понимая, что это бесполезно. А я дотянулся и ударил по рукояти ножа, вбивая его ещё глубже, и тогда хват монстра разжался, и он свалился.

Кровь у него была сине-серая и ужасно воняла. Я выбрался на тропу. Полил зелье здоровья на дырку в груди и сделал глоток.

Тот рюкзак мне в любом случае нужен. Вернулся к омуту с девчонкой из моего мира и решительно нырнул. Утопленница открыла глаза, но сделать уже ничего не могла. Одно движение и кинжал входит ей в висок. Я подхватил её вещи и выволок промокшую сумку на тропу.

Провёл пальцем по значкам. Не показалось. Я знал каждый из них.

Вот флаг соседнего полиса Фатум — три полосы, тёмно-зелёная, чёрная и синяя. Его герб — человек с автоматом по стойке смирно на зелёном фоне.

Рядом флаг моей Кадии. Три полосы ярко-зелёная, голубая и белая. И герб — город, ну как город, в такой миниатюре его изобразить трудно, просто три здания и мелкие черточки, символизирующие строения поменьше, это заключено внутри круглой стены, и всю композицию пробивает голубая река в форме стрелы.

И ещё один значок, флаг города Архонт. Белая полоса, золотая и снова белая. И их герб — нимб на белом фоне.

Были на рюкзаке прицеплены и лица актёров из фильмов, что я смотрел, и даже логотип Дигмы.

Я раскрыл рюкзак. Он был во многом забит провизией, и она вся испортилась. А вот зелья, мелок и мокрую карту взял.

Всё это обдумаю позже и задам вопросы Михаилу. Значки, кстати, тоже забрал и пошёл дальше.

Я брёл, глядя на мёртвые лица в водных зеркалах, и постепенно стал меньше ненавидеть утопцев. Они хоть и твари, но со своим извращенным чувством прекрасного. Иногда из утопленников делали целые картины. Вкладывая в руку оружие или даже воссоздавая сюжет схватки. И в каждой композиции было что-то завлекающее тебя приблизиться к воде. Потянуться за золотым клинком или блестящим перстнем. Я шел будто по галерее.

Сами утопцы не нападали первыми, если ты не повёлся на их ловушку. Я даже видел нескольких и спокойно разминулся с ними.

Когда понизу начал стелиться туман, стало ясно, что владение утопцев кончаются. Снова мшистые тропы, покрытые лишайником тела пилигримов, редкие ёлочки, соседствующие с папоротниками и деревьями, обвитыми лианами.

На пепелище наткнулся случайно. Учуял запах гари, но значение не предал, а потом под ногой хрустнул уголь. Стал смотреть и нашёл фундамент добротного сожжённого шалаша. Судя по запаху, сгорел он буквально сутки назад, но его уже затянуло ковром травы.

Тело ведьмы тоже обнаружил. Дряхлое существо в обносках. Головы не было, грудная клетка вскрыта, сердце излечено, фаланги пальцев отрезаны. Видимо, забрали как ингредиенты.

— Ай! — я одёрнул руку. Ожалился обо что-то. Крапива? А-а-а, нет.

Засмотрелся и не заметил, как крохотная змейка подползла. Всего-то сантиметров семь в длину, но цапнула знатно, и по телу сразу стало разливаться онемении, а в глазах заплясали цветные зайчики. Пошатываясь шёл по раскачивающейся земле, словно в шторм на корабле, отяжелевшей головой с трудом сообразил, какой из пузырьков с противоядием.

Принял антидот. Отпустило. Обнаружил себя на четвереньках пытающимся выпить зелье здоровья, не вынимая пробки. Допил остаток и, оглядевшись, обнаружил, что змейка всё ещё рядом. Ждёт, когда сдохну, чтобы съесть.

— Не подавишься? — посмотрел на неё. А потом схватил и запихнул в пустой флакон из-под зелья. Интересно, что будет, если живую вот так вытащить в путевую комнату.

Истошный вопль, заставил подскочить и прогнал остатки слабости. Я подался на звук.

На поляне, затянутой зелёным ядовитым туманом, тройка пилигримов сражалась с ведьмой. Лучник, маг и танк с щитом да ещё под плёнкой защитного купола.

Ведьма что-то плела или шила. В мельтешении было не разглядеть, при этом ловко уворачивалась от атак. Закончив свой шедевр, воздела его над головой. И я увидел, что это кукла лучника. Две иглы пробили руки куклы, и, заорав, стрелок выронил оружие.

Тут из кустов вынырнул самурай в сандалиях, соломенной шляпе и хаори. Лицо было скрыто за стальной полумаской, что оставляла только глаза. Молниеносный бесшумный рывок, и руки ведьмы упали на траву. Она не издала ни звука. Ещё одно размытое движение, и колдунья лишилась головы.

Горе-охотники замерли, разглядывая новое действующее лицо. И тут маг пустил ледяной шип. Цзянь в руках самурая рассёк лёд, и спустя три рывка тройка порубленных тел осталась валяться на поляне.

— Можешь выйти, — проговорил он. — Я понял, что ты не из этой шайки.

Я медленно поднялся. В левой руке рукоять, в правой кинжал.

— Не боишься, — удивлённо проговорил воин. — А, — кивнул на артефакт. — Понятно. — За полумаской не было видно рта, но мне показалось, что его губ коснулась лёгкая полуулыбка. — Неужели и тут осколок есть?

— Не понимаю, о чём ты.

Самурай усмехнулся.

— Не бойся. Я не первый раз вижу таких как ты. Я очень давно в Пути. Настолько давно, что кроме его дорог у меня ничего и не осталось.

— Что это значит? — я не спешил опускать рукоять, думая, что он мне просто зубы заговаривает.

— Я существую лишь тут. В моём мире тела больше нет.

— Как такое возможно?

— Этого я тебе не скажу. Ладно, мне пора.

— Стой!

— Я не буду отвечать на дурацкие вопросы новичка, — он поправил полы шляпы и начал растворяться.