Чтение онлайн

Парень пошатнулся. Вот ведь башка чугунная.

— Ах, ты уродец мелкий, — вытирая рукавом разбитый нос, прогундосил противник. За его спиной возникла ещё пара крепких ребят.

— Ты же Давинчи, — опознал я первого.

Он когда-то был татуировщиком, но потом что-то кому-то не так набил, и главарь банды раздробил ему пальцы молотком. Парень восстановился в больнице, но с профессией пришлось завязать. Машинку в руке он больше держать не мог.

— Слушай сюда, щенок, — сказал он, шмыгая разбитым носом. — По-хорошему объясняю один раз. Ты занял чужое место в сборной. Сейчас идёшь и говоришь, что не можешь играть. Выдумай причину. Если не согласен, можем сломать тебе ноги. Тогда и придумывать ничего не надо будет.

Левый за его плечом показал биту, правый монтировку.

— А сейчас подойди сюда, я тебе немного для сообразительности накину, — подозвал Давинчи.

— Пошли вы нахер, говноеды, — выплюнул я.

— Я пытался, — обернулся к своим бандит. И вытащил из карманов два кастета. — Тебе когда-нибудь прилетало этим по рёбрам?

Я отвёл руки за спину и вынул бокен.

— Даю три секунды, — сказал я. — Потом отхерачу так, что навсегда запомните. Раз, два…

— Гасите его, — махнул рукой татуировщик.

Первым шагнул парень с битой. Два раза со свистом махнул по воздуху, запугивая, а потом занёс биту над головой, чтобы обрушить сверху вниз. Да только я такие окна для ударов не пропускаю. Резкий выпад, и кончик бокена ударился в горло. Противник упал и зашёлся в страшном кашле. Даже подумалось, убил. Но нет. Бандит катался, хрипел, но вроде дышал.

Через него перешагнул парень с монтировкой.

— Ломай его, не бойся, — науськивал со спины Давинчи. — Только не убей.

Монтировка стремительно описала дугу. Но противник просто не дотянулся. Я ткнул его в плечо, обозначая, что контролирую дистанцию и давая шанс одуматься.

Он снова махнул.

Я сделал вид, что принимаю выпад на меч, но в последний миг увёл оружие из-под удара. Противник провалился с ударом. Бокен опустился на плечо. Ткнул в бедро. В живот. В грудь. И со свистом прилетел по предплечью. Монтировка со звоном выпала на асфальт. А её обладатель запнулся за товарища и свалился рядом.

Я начал несильно охаживать их по спинам, заставляя уползать.

Давинчи поднял биту. Сделал несколько обманных выпадов, заставив меня отступить вглубь тупика. Потом резко присел, подняв монтировку. Крутанул ей и поманил меня.

Я сделал короткий выпад, но он отбил его железякой и махнул битой, чуть не снеся мне башку. Я промешкал и не подхватил атаку, не ударил, когда была возможность. А потом он снова занял защитную стойку.

— Ну че? — оскалился он. — Давай-давай, сучонок.

— Спасибо за тренировку, — сказал я, улыбнувшись.

На миг это его сбило. И когда я размазался в выпаде, бандит поздно дёрнул вверх монтировку. Я ударил по ней со всей силы, опуская оружие вниз и переводя рубящий выпад в колющий. Кончик бокена ударил в рёбра.

Давинчи хекнул от боли, но всё же махнул битой, слабо, даже не в половину силы. Я легко отбил удар и врезал мечом по лицу. Противник отшатнулся. На роже проступала красная полоса от подбородка до брови, открылась сечка прямо над глазом.

Он потряс головой, и я тут же воспользовался этим. Удар по руке. Бита выпала, и пробил ногой в живот. Давинчи влетел в стену спиной. Бокен догнал его. Ещё десяток лёгких обучающих ударов прилетел по рукам, плечам и ногам.

— Деньги заказчику верни, — сказал я. — Задание не выполнил. Ещё раз увижу, вернёшься в прошлое и будешь заново восстанавливаться, но на этот раз придётся лечить две руки. Усёк?

Молчание в ответ. Я ударил по икре, и он взвыл.

— Понял-понял, — поспешно выпалил Давинчи.

— Гетто. Ах, милое ты гетто, — пошёл я, насвистывая какую-то выдуманную только что песенку.

«Что за чушь они городили? Чьё место я занял в сборной? Надо подойти к физруку. Может, он что подскажет». И как-то нашли, вычислили меня.

Интересно, а Карма знает мой адрес? Внутри шевельнулся тревожный ёжик нервов. И что мне делать? Запереться дома и брата стеречь целыми днями? Да и не поможет это. Ей ничего не мешает подкараулить мать, отца или кого-то из друзей.

С другой стороны, ей нужен только я. Нужно всего лишь следить за мной от школы, как она сделала в прошлый раз. Хотя ничего ведь ей не мешает изводить меня несколько недель. И когда буду с в край расшатанной нервной системой, нанести удар. Да. К чему лишние риски. Задёргай противника до смерти, и вряд ли он сможет адекватно сразиться. Вопрос лишь в том, ограничена ли Карма по времени.

Сегодня нужно сделать ещё болтов и стрелы.

Перед школой остановился и ждал Рин. Удивился, увидев, что она сама ехала за рулём. Остановилась у поворота и пересела на заднее, чтобы последние триста метров до парковки довёз водитель. Интересно.

Девушка вышла. Сегодня прикид был необычный. Просто чёрный спортивный костюм с черными же кроссовками. И парой антрацитовых колец.

— Я тебя чувствую, — тихо проговорила она.

Пришлось выйти из укрытия.

— Что тебе нужно? — даже не глядя на меня, спросила ментатка.

— Хотел поговорить.

— Говори.

— Я… — замялся, подбирая слова. — Та девчонка пыталась меня убить. Если кто-то ещё появится и скажет, что знает меня или что-то подобное, пожалуйста, ничего им не говори.

Сказав это, почему-то пошёл в противоположную от школы в сторону. И хорошо, что девушка меня окликнула. Очень бы тупо было потом просто развернуться и пойти обратно.

— Стой! Я же не знала.

— Теперь знаешь.

— Как ты?

— Если бы Элен не вылечила, несколько недель валялся бы на койке. Выжил чудом.

Она подошла и протянула руку.

— Мир?

— Мир, — усмехнулся я. — Мне нужна твоя помощь. Кто-то натравил трёх отморозков на меня. Я сейчас зайду. Уверен, заказчик дилетант и спалится. Но я могу не увидеть. А вот ты почувствуешь.

— Окей. Я тогда пойду раньше тебя.

Она ушла. Я выждал пять минут и пошёл следом. Внимательно всех разглядывал, но ничего не увидел. Поздоровался с Амандой, отбил кулак Мбаку, махнул Саманте Агаян, пожал руку Кайрату, улыбнулся на средний палец Беты и сел под дерево, с обратной стороны которого пристроилась Рин.

— Ну что? — тихо спросил я.

— Это Ликтор.

— Я его не увидел.

— А он тебя сразу заприметил и воодушевление тут же сменилось разочарованием. Такой резкий перепад.