Путь в Альвиору
Шрифт:
Ну, правильно. Кого-то серьезнее в самом начале локации быть и не должно. Учитывая, что при входе я не увидел предупреждения о том, что мобы тут более высокого уровня, чем я – здесь такая себе песочница. Ну, по крайней мере, некоторые сектора локации. Дальше может быть и покруче, но, надеюсь, мне туда не надо.
Я не стал возвращать клинки в ножны – мало ли какая тварь еще захочет попить моей кровушки? Так, с оружием в руках и двинулся по своей золотой тропинке.
Сказать, что кладбище пугало – значит, не сказать ничего. Чуть покачивались, поскрипывая ветвями на легком ветерке старые, иссушенные деревья, хлопала крыльями какая-то ночная птица. Время от времени из глубины кладбища доносились душераздирающие вопли. Странно, но здесь, в отличие от многих виденных мною локаций-песочниц, не наблюдалось других игроков. Обычно в подобных местах никакой атмосферы: вокруг постоянно снуют игроки, слышен звон стали, хлопают заклятья, вспыхивают фаерболы. В итоге ощущение – как будто пришел на тусовку. Здесь – не так. Даже мимо никто не гарцевал ежесекундно. Может, это персонализированное пространство для сюжетного квеста?
Впереди начиналось открытое пространство. Моя золотая тропинка, указывающая путь, пересекала его по самой середине. Но я решил не кидаться вперед наобум, а сначала оценить обстановку. Что-то мне тут не нравилось.
Прижавшись к крошащемуся кирпичу стены склепа, я аккуратно выглянул из-за нее. И мысленно поблагодарил себя за то, что не ринулся вперед, сломя голову.
Вдалеке, на расчищенном пятачке, странные фигуры проводили какой-то обряд. А как еще можно было назвать то, что я увидел?
Посреди пятачка алела горящая пентаграмма, вокруг которой корчились… Черт, я даже не знаю, кто это! Но то, что это какая-то нежить – факт. Какие-то красные кафтаны, зеленая кожа, вытянутые уши…
По центру – видать, главный. Покрупнее остальных, с посохом. Закинул к небу морду с пастью клыкастой и поет чего-то, подметая в странном танце мусор с земли полами длинного и красного, как и кафтаны остальных, халата.
Вообще – мне то чего с них? Ну поет – пусть поет, мне не жалко. Даже мелодично выходит, слух не режет. Только вот лучше делал бы он это где-нибудь в сторонке.
Пентаграмма расположилась аккурат возле дыры в заборе, перегораживающем территорию. А если верить моей золотистой дорожке-проводнику – именно туда мне и нужно.
Стараясь держаться в тени, поминутно косясь на индикатор скрытности, появившийся, едва я начал красться вдоль стены, я брел вперед. Единственная надежда избежать схватки – прошмыгнуть мимо, врубив стелс. Что-то мне подсказывало, что, встретив меня, зверушки не преминут прервать свое занимательное занятие и кинутся меня рвать. А мне сейчас как-то не до них.
Шаг за шагом, аккуратно, глядя под ноги – игра игрой, но слишком уж Гриада реалистична, с разрабов станется выдать игрока хрустом ветки – я подбирался к забору. Еще немного – и предстоит самое опасное. Из-за проклятой ярко горящей пентаграммы теней там, где мне нужно пройти, нет вообще. И я, если честно, даже не знаю, как в таких условиях сработает моя невидимость. Ладно, сейчас проверим…
Отлепившись от стены, я ухожу в тени – те, которые навык, а не те, что отбрасываются предметами, и начинаю двигаться к пролому. Шажочек… И еще… И еще…
Не сра-бо-та-ло!
Судя по всему, поющий крокодил был на вершине экстаза и в этом состоянии ему не понадобились даже артефакты Истинного Зрения. Он взревел, махнул посохом в мою сторону, и вся его шобла ринулась вперед.
Мама, роди меня обратно! Ну почему это не гули, а?
Кто именно на меня прет – я смотреть не стал. Не до этого. Но если это и нежить – то нежить поумнее. Потому что в своих лапах мелкие твари сжимали оружие.
От первого удара я увернулся, второй – парировал. Причем удар этот едва не вывернул мне руку из сустава. Вертясь юлой, я нашел время, чтобы глянуть на уровень моба: одиннадцатый. Нормальная разница, оно так и есть в играх, обычно. Моб на два уровня выше особых проблем не доставляет. Но, блин, какие же они сильные!
Уклонение, удар – на одного моба стало меньше. Уже проще. Но остались еще четверо – и они меня постепенно теснили к этой своей пентаграмме. Им что, жертва нужна, что ли?
Ладно.
Просто так с вами не справиться, смотрю. Поехали!
«Вы впали в боевое безумие! Время действия…»
То, что перед глазами всплыла какая-то надпись, я не увидел —почувствовал. Потому что сознание полностью растворилось в вихре клинков. Я превратился в машину смерти. В карающую длань господа. В…
«Внимание! Вы слишком истощены, чтобы двигаться!»
Эту надпись я прочел, уже валяясь на земле. Бодрость была на нуле. Нереально тяжелые клинки выпали из рук, и я непроизвольно застонал. Но были и хорошие новости. Пятерка нападающих – система идентифицировала их, как темных гоблинов – валялась на земле изрубленными кучами мяса. Но и сам я себя чувствовал не сказать, чтоб хорошо. Лайфбар просел до тревожной оранжевой зоны и мерцал, сигнализируя об опасности.
Нащупав непослушными руками на поясе средний фиал исцеления, я вытянул зубами пробку и опрокинул его в горло. На вкус зелье было… Как зеленый чай с малиновым вареньем. Приятно. Но особенно приятным было то, что как только жидкость достигла желудка, мне ощутимо полегчало. Лайфбар снова налился радующим глаз зеленым сиянием, а шкала бодрости поползла вверх.
Нащупав клинки, я поднялся на ноги. Только сейчас до меня дошло, что пение гоблина-шамана прекратилось. И, кстати, да. Не нежить это, выходит. Вполне живые гоблины. Только, видать, перешедшие на темную сторону. Иначе с чего бы они себя на Проклятом Кладбище, как дома чувствовали?
Я обхватил рукояти поудобнее и подмигнул гоблину-шаману.
– Ты когда-нибудь танцевал с дьяволом под бледной луной? – почему-то из меня перли пафос и веселье. Странно. Не от пятерки же убитых мобов? Хотя, какая разница? Надо его мочить быстренько, и валить за долбанным Жезлом. И так уже сорок минут в игре – а толку нет пока. Раз-два, вперед!
И тут гоблин стукнул концом посоха о землю и что-то гортанно прокричал.
Конец ознакомительного фрагмента.