Чтение онлайн

Оказалось, что именно для того, чтобы пересечь образовавшийся провал, нам был необходим «кузнец» Потап. Этот маг был металлистом, отчего отлично мог справляться с любого рода металлами, превращая их в нужных размеры и формы всего лишь движениями пальцев.

Потап, повесив отнюдь не лёгкий пулемёт себе на плечо, сделал несколько пасов руками и возвёл их к небу, будто поклоняясь закрытому за серым небом светилу. Со стороны он теперь напоминал очень эксцентричного дирижёра, пусть музыки слышно и не было.

Однако его движения руками всё равно возымели эффект. Со страшным скрежетом в нашу сторону медленно поплыли по воздуху разные металлические объекты. Они были разные, начиная от свинцовых накладок на ворота и решётчатых же герс, заканчивая металлическими остатками доспехов и вооружения. Всё это медленно соединялось, спрессовывалось в крупный металлический шар идеально круглых размеров. Когда этот шар спрессовался, то забулькал, запузырился, пошёл волнами и принялся менять свет, всё больше напоминая нечто среднее между ржавчиной и свинцом.

Потапу хватило не больше десяти минут, чтобы сварить всю эту металлическую массу в единый сплав и приняться создавать полноценный мост. Ему не требовалось никаких инструментов, но на мой дилетантский взгляд мост выходил очень крепким. Это была не простая металлическая пластина, перекинутая с края на край, а полноценная сложная конструкция с арками, подвесами и толстыми стойками.

Удивительно, но столь тяжёлый труд никак не отражался на лице Потапа. «Кузнец» выглядел так, будто не ворочал тоннами разномастного металлического хлама, а стоял где-то на балконе, выкуривая не самую крепкую сигарету.

— Готово.

Металист хлопнул в ладони, сгоняя с них налетевшую пыль точно в тот момент, когда толстый металлический костыль в каменное основание моста. Скрыть своего удивления я не смог, подняв брови, отчего Потап просто весело хмыкнул.

— Я в своё время инжинером-конструктором был. — объяснил мне пулемётчик, достав из подсумка на разгрузке пачку сигарет, одну из которых сунул в зубы и поджёг при помощи газовой зажигалки, — Прямо из девяностого сюда провалился. Причём, как и ты — из Африки. Прямо до того момента помогал строить инфраструктуру в «дружественных» социалистических республиках. Как оказалось, навыки никуда не пропали.

— Ты мне ещё скажи, что Эйфелеву Башню собрать сможешь. — хмыкнул я, осторожно проверяя носком крепкого туристического ботинка появившуюся конструкцию.

— Ты мне достаточное количество металла дай и соберу. Вообще без проблем. Долго это, правда говоря, будет, но сделаю.

После короткой паузы, во время которой мы временно остановились, позволяя Потапу перевести дух, мы двинулись по новому мосту в сторону нужной нам башни. Я продолжал ощущать распространяющуюся оттуда энергию, обтекающую меня тёплой волной. Нам оставалось только войти через толстую крепостную дверь и подняться на парочку этажей вверх, чтобы оказаться у нужного места. Сейчас я не до конца понимал, как этот сгусток энергии сможет дать мне ответ на вопрос спасения от неминуемой смерти, но чувства лось, что сила даст новые возможности.

Искать ключ от последней двери никто не намеревался, а потому мы вошли, просто сбив её с проржавевших петель простым заклинанием. Дерево разлетелось на множество мелких щепок, после чего мы двинулись наверх, шаря стволами по всем сторонам сразу.

Нужное помещение оказалось куда большим, чем мне казалось с внешней стороны. Оно было идеально круглым и украшения его практически полностью отсутствовали, не считая нескольких знамён и гобеленов, свисающих со стен. Рисунок на них опознать было практически невозможно. Да и смотреть за ними не было никакого смысла, учитывая парящий по центру шар. Он висел в метре от идеально круглого каменного пьедестала, вырезанного из цельного куска каменной породы. Оболочка шара состояла из стёкол разного размера и цвета, отчего исходящий изнутри свет делал эту комнату похожей на зал дискотеки. Дополнительно стекло было усиленно полосами из неизвестного мне металла, покрытого многочисленными письменами на древнем языке, с закреплёнными тут и там печатями из бумаги с сургучом. Объект крутился на месте абсолютно хаотично и чем ближе я подходил к нему, тем сильнее становился исходивший оттуда свет.

— И что это такое? — задал вопрос Потап, светлое лицо которого сейчас переливалось многочисленными цветами, — Это явно металл, но я не могу с ним взаимодействовать.

Ответов на вопросы Потапа я не знал и просто прикрыл глаза. Исходящая от монстров энергия экстренно удалялась от замка. Я чувствовал, как их мощные тела бегут от крепости, будто их преследуют куда более опасные хищники. Исходящий от них страх был настолько сильным, что достиг моего сердца. Тварей гнал ужас, что был древнее всего Иномирья и мне также захотелось отступить, но теперь шар звал меня. Это были всё те же голоса, которые только недавно прогоняли меня из этого здания, но теперь рой голосов был столь сильным, что сопротивляться ему не было никакого смысла.

— Лучше вернитесь к мосту. — неожиданно хриплым для себя голосом посоветовал я членам отряда, которые разошлись по залу, рассматривая шар в центре со всех сторон, — Он опасен. Сильнее, чем мы думали раньше.

Голос был не моим. Слова срывались с моих губ, но я чувствовал, что теперь не контролирую своё тело. Энергия, мощь шара овладевала мной. Она просачивалась через глаза и по нервам устремлялась в каждый уголок моего тела. Теперь он контролировал меня полностью.

Всего несколько секунд подождало моё тело, давая членам отряда отступить, сбежать, уйти как можно дальше, после чего сделало шаг. Я пытался вырваться из своей головы, вернуть контроль, закричать, но ничего не получалось. Ведьма же рванулась, постаралась дёрнуть меня за плечо, но отлетела в сторону от мощного удара. Она врезалась всем телом в стену, едва сдержав рвущийся изнутри вскрик боли. Полковник среагировал моментально, вскинув ствол автомата и приказав остановиться. Через пару моих шагов вперёд, он просто нажал на спуск и прозвучала короткая очередь. Пули отразились прозрачным щитом и со свистом ушли по сторонам, рикошетя от каменные стены.

Я схватился пальцами за металлические пластины, оковывавшие шар со всех сторон, и принялся одну за одной отрывать их. Несколько секунд и появился небольшой открытый сегмент. Мгновение и кулак с размаху врезался в стеклянное покрытие шара. Материал разбился, звонко осыпался на пол и палец коснулся таящейся внутри энергии, после чего свет померк.

Просыпаться было мучительно тяжело. Меня трясло из стороны в сторону, дёргало и подбрасывало в воздух. Со всех сторон казалось, что рычали монстры и тянуло запахом крови, смешанной с дизелем и порохом.

Открыть глаза было сложно, но ещё сложнее было поднять голову. Удалось это далеко не с первого раза, и каждая попытка отзывалась мычанием из пересохшего горла. Когда же мне это наконец удалось, то затылок почувствовал бодрящих холод металла, от которого гудение внутри черепа стало куда меньше и тише, но рык со всех сторон продолжал и не затихал ни на децибел.

Удивительно, но руки были свободны от всякого рода оков. Едва кто-то из окружающих заметил моё пробуждение, как к губам прислонили горлышко фляги. Внутрь по пищеводу потекла жидкость холодная жидкость, отрезвляющая сознание и дающее хоть какие-то силы.

Разлепив веки и поймав фокус, я понял, что еду в чреве отечественного бронетранспортёра в окружении многочисленных вооружённых людей и ещё одного брата, а точнее сестры по несчастью. Даже в толстой куртке фигура девушки легко угадывалась, а уж об распущенных светлых волосах ничего можно было не говорить. В отличии от меня, ведьму не обошёл факт пленения и сковывания запястий при помощи старых добрых полицейских наручников.

Но Виктория меня сейчас интересовала не так сильно, сколько вооружённые люди, к которым, судя по всему, мы и попали в плен. Единого вооружения и экипировки в их рядах не было, отчего их можно было легко принять за ополчение, но и откровенного старья также не было замечено. Все были вооружены стрелковым вооружением, созданным не позднее семидесятых годов прошлого века. Единственной деталью, благодаря которой они были хоть сколько-то похожими, так это наличие на лице у каждого чёрной вязаной маски, закрывающей всё, за исключением рта и глаз. И эти глаза мне очень сильно не нравились. Они были какие-то пустые, лишённые переживаний и эмоций. Сидящий на против меня боец просто смотрел на меня, не выказывая ни агрессии, ни страха, ни-че-го. На коленях он баюкал нечто, в чём смутно угадывался полицейский «огрызок», явно снятый с тела какого-то успешного и богатого бойца, особенно если учитывать большое количество разномастных наворотов. Остальные же не обращали на меня никакого внимания.