Чтение онлайн

— Что-то жутко незаконное? — Вкрадчиво поинтересовался у него.

— Нет, молодой человек, — профессор громко хохотнул. — Хотя тут как посмотреть — официального права заниматься исследованиями в Зоне меня всё же лишили. Если вам, конечно, интересно, я расскажу.

Мы с Юркой синхронно кивнули головами, а я ещё отметил — несмотря на заметную опаску, профессору хотелось поговорить или просто выговориться. А нормальная компания здесь, походу, отсутствовала.

— Не так давно я был в составе исследовательской группы 'Янтаря', вы, должно быть, хорошо знаете о ней, — отметив наши кивки, профессор продолжил: — Темой моих исследований являлись пространственные аномалии, и мне почти удалось приоткрыть завесу их тайны и подобраться к объяснению эффекта мгновенного перемещения через них на большое расстояние. В перспективе можно было задумываться над раскрытием тайны настоящей телепортации материальных объектов уже и вне Зоны, — профессор взял паузу в разговоре и отхлебнул чаю из парящей чашки. — И вот когда основная исследовательская работа была практически завершена, собраны данные, а дальше можно приступать к теоретическим изысканиям с хорошими перспективами, мою тему перехватил прибывший на 'Янтарь' академик Гольдштейн. У него богатые и влиятельные покровители, потому шансов сохранить за собой приоритет исследования у меня не было. Я, конечно, сделал всё, чтобы помешать Гольдштейну овладеть моими наработками, а он настоял на моём исключении из научного коллектива и депортировать из Зоны. Но у меня тоже есть влиятельные покровители и солидный коллектив поддержки из числа моих учеников и ассистентов. Мы организовали собственную экспедицию, создав базу на месте одной из моих исследовательских лабораторий на краю Зоны, из которой никто не удосужился вывезти научное оборудование. База была не здесь, а в деревне Грязево, которую сейчас заняли бандиты, — профессор тяжело вздохнул и снова пригубил чай. — Чувствительная аппаратура в Зоне часто сбоит или вовсе быстро выходит из строя, и только тут, на самом краю, она работает более-менее устойчиво. Плюс именно тут нашли удобную для исследований пространственную аномалию вокруг большого острова посреди болот. Благодаря старым наработкам, мне удалось сделать управляемый проход через границу аномалии, и мы успели перенести большую часть быстро сборных строений и научного оборудования сюда, прежде чем на болота пришла банда Геваркадзе. Он, кстати, не сам по себе тут оказался. Прознав о моих делах, Гольдштейн сделал всё возможное для окончательного устранения конкурента. Но академику невдомёк, что мои прежние наработки, которые он положил в основу уже своих исследований, принципиально ошибочны и их дальнейшая разработка совершенно бесперспективна. Я и сам не так давно это понял, проведя здесь серию новых экспериментов. В результате же мы сейчас имеем сложную ситуацию. Мы сидим тут, на острове как в крепости, без моего дозволения сюда никто не может проникнуть, но нам высунуть носа наружу не позволяют. Геваркадзе приказано убивать всех кто попытается пройти сюда или выйти отсюда. У него больше сотни отпетых убийц, а у нас всего двадцать три человека, причём оружие в руках умеют держать только двое. По реке нас тоже сторожат, наши разведчики видели секреты наёмников на другом берегу. И если ничего не изменится, через пару месяцев закончатся съестные припасы и придётся бросить всё и как-то прорываться из Зоны, благо до внешнего периметра тут рукой подать.

Рассказав нам про своё незавидное положение, профессор чуточку повеселел. Ибо сложно постоянно пребывать под тяжелым гнётом сложившихся обстоятельств, ими нужно с кем-то поделиться.

— А договориться с бандитами вы не пытались? — Задал профессору вопрос Юрка.

— Бесполезно! — Фыркнул тот. — Признаться — мне нечего им предложить. Денег нет, артефактов тоже, всё, что мы когда-то добывали, сразу уходило в оплату за припасы и оборудование, а помогать Гольдштейну через них я и вовсе не намерен. Да и вряд ли они пойдут на переговоры, им проще дождаться, когда мы сами отдадим всё, что они только попросят.

— Да, кстати, совсем забыл, — я резко подхватился, вспомнив про презент Сидоровича. — Мы вам кое-что принесли, а отдать забыли, — метнувшись к рюкзаку, вытащил из него длинный тубус из твёрдого ударопрочного пластика, закрытый на тугих защёлках и передал его профессору.

— О, мощный электрический генератор на артефактах! — Радостно воскликнул тот, заглянув внутрь. — Вот удружил старый пройдоха, так удружил. А я ведь его о чём-то и просить давно стесняюсь. Ладно, молодые люди, посидел я с вами, чуток отдохнул, развеялся, теперь пора и делом заняться. Алексей вас проводит через лес к домику на самом берегу реки, который вы сможете как-то обустроить под себя. Он давно заброшен, крыша частично обвалилась, но стены там каменные, есть большой подвал, рядом действующий колодец. Вместе с нами, увы, поселить не смогу — свободных мест нет. Идите, возьмите на сладе рулон полиэтилена, доски, инструменты, и приводите своё жилище в порядок. О том, как нам дальше жить поговорим завтра, когда обустроитесь, — нас настойчиво поторапливали освободить помещение, напоили горячим чаем и на том спасибо.

Больше книг на сайте - Knigoed.net

Молчаливый парень с дробовиком провёл нас по лесу к высокому берегу реки, где в весьма живописном месте с большими светлыми соснами стоял заброшенный одиночный каменный дом, как бы ещё не дореволюционной постройки. Крыша дома наполовину провалилась внутрь, стёкол и рам в окнах нет — всё давно сгнило.

— Профессор дал команду нашему кладовщику выдать всё необходимое для обустройства, — молчаливый парень всё же заговорил. — Но я вам советую обращаться к нему лишь ближе к вечеру, так как он дежурил ночью по базе и сейчас будет сильно не в духе. Дорогу, думаю, вы и сами теперь найдёте.

Мы синхронно кивнули. Проводник развернулся и пошел обратно к базе. Мы же по-быстрому осмотрели заброшенный дом, обнаружив вход в большой сухой подвал с дюжиной комнаток, закрывающихся обитыми железными полосам дубовыми дверями, где когда-то хранили продукты. От усталости мы едва держались на ногах и, найдя условно-безопасное местечко, расстелили туристические коврики и завалились спать.

Проспавшись до вечера и наведавшись к кладовщику, мы были им банально посланы куда подальше.

— Ничего нет, и не ждите! — Грубо кинул он нам. — Если вы сталкеры — тащитесь в свою проклятую Зону и там ищите, а ко мне лучше не лезьте. И профессору я так и скажу, нефиг тут потакать всяким, когда самим всего не хватает.

Нарвавшись на жесткий отлуп, мы синхронно пожали плечами и без споров вернулись к своему временному жилищу. По правде говоря — нам и одного подвала хватит, какая-то вентиляция там есть, движение воздуха вполне ощущается, приладить крепкую дверь к входу и все дела, чем мы дружно и занялись, благодаря наличию у меня инструментов. Они хоть и для ремонта электронной аппаратуры предназначены, но одна мощная отвёртка и столярный молоток с гвоздодёром там нашлись. За пару часов ковыряний перевесили дверь из одной комнатушки на крепкий дубовый косяк входа, размеры чётко совпали, что совсем неудивительно. Осталось найти подходящий замок для приличия и тогда получится вообще шикарно. Мало ли какие посторонние пожалуют. К ночи погода окончательно испортилась, подул ледяной ветер, а с неба посыпала мелкая снежная крупа. Мы залезли в тёплый подвал, направили яркий луч тактического фонарика с 'вечной батарейкой' в потолок, получив пристойное рассеянное освещение, решившись заняться своими делами. Я хотел разобрать трофеи с блокпоста, Юрка же собирался почитать на своём КПК, как я понял, он разжился новой художественной книжкой.

— Итак, приступим… — буркнув себе под нос, первым из рюкзака я достал кейс с артефактами. Надеялся обнаружить там что-то особенное, однако все как один контейнеры были заполнены исключительно 'вспышками'. Ровно двадцать штук.

— Где столько набрал? — Спросил Юрка, одним глазом наблюдая за моими действиями.

— Майор Василенко подарил, — ответил ему с лёгкой ехидцей в голосе.

— Ликвидный товар, — хмыкнул напарник. — Сидорович за каждый даст по тысяче рублей, хотя скупщику 'Долга' можно легко впарить и по полторы.

— Ты, погляжу, хорошо ориентируешься в ценах, — заметил я. — Расскажешь, кому и чего стоит нести?

— Разбираюсь, работа такая, — хохотнул Юрка. — Я ко многим сталкерским группировкам вхож, половину Зоны оббегал. Но сразу тебе скажу — деньги в Зоне совсем не главное. За принесённые в нужные руки артефакты можно приобрести хорошее отношение, тебя пустят на контролируемые территории и разрешат пошарить с детектором в аномалиях. В Зоне царствует бартер. Меняют одни артефакты на другие, выменивают снарягу и оружие, патроны за деньги ближе к центру вообще хрен купишь. И только около внешнего периметра деньги действительно многое решают, хотя даже продажные девки предпочтут артефакт бумажкам.

— Тут и продажные девки есть? — Сильно воодушевился я, так как в молодом теле постепенно копилось вполне естественное напряжение и постепенно начинало тлетворно давить на мозги.

— А как же! — Рассмеялся напарник. — Вот, от 'Свалки' ведёт проход и дорога в сторону 'Нового периметра', а там большое село Лядское… — и, заметив, мой недоумённый взгляд, добавил: — Букву 'Б' вначале убрали для приличия, — после чего опять громко захохотал, я присоединился к нему. — Там, кстати, не только одни продажные девки, — отсмеявшись, продолжил он меня просвещать. — То место облюбовано множеством 'детей Зоны', новичками в основном, откуда они позже расползаются по всей Зоне. Там сидят несколько жадных перекупщиков, а также раз в месяц на пару дней открывается вольный базар. Толпа всякого народа из-за периметра приваливает — государственные скупщики и официальные представители производителей снаряги, богатые туристы и охотники, желающие пощекотать нервишки и ищущие проводников вместе с охранниками. На время работы базара там даже враждующие группировки заключают перемирие.

— Вот не пойму, как тогда перекупщики и тот же Сидорович выкручиваются, когда на базар скупщики от государства приходят? — Мне вдруг стало сильно интересно.

— Так ведь цены! — Фыркнул Юрка. — Официалы скупают всё буквально за сущие копейки, — пояснил он. — А снаряжение продают минимум втридорога. Разве только у них можно всяким эксклюзивом разжиться, если сильно повезёт. Перекупщики же имеют свои контрабандные каналы, потому чихать хотели на государственных скупщиков, предлагая сталкерам более выгодную цену за хабар.

— А какой смысл тогда тем же скупщикам сюда тащиться? — Я окончательно перестал что-то понимать.

— Некоторые сталкеры, особенно 'дети Зоны', хотят получить официальное право на нахождение за периметром Зоны Отчуждения, ради этого и сдают артефакты скупщикам, — напарник пояснил тонкий момент. — Как наберёшь у тех достаточную репутацию, они нужные бумажки тебе и оформят.

— У тебя-то такие бумажки есть? — Ехидно поинтересовался у него.

— А как же! — Юрка заговорщицки подмигнул. — В моей работе без них никуда — пришлось конкретно потратиться, да и Сидорович помог. Нарвёшься на патруль вояк или военных сталкеров — пристрелят и фамилии не спросят. Это с бандитами и группировками они ведут себя вежливо, а одиночек за людей давно не считают.