Чтение онлайн

— Сэр, скорость 300 км/ч, если будем ехать быстрее есть шанс попасть в катастрофу и повредить внешнюю обшивку.

— Скоро приедем?

— Через 20 минут, сэр.

Все тело жутко болело, я не в состоянии даже пошевелить рукой.

– ----------------

Три дня спустя в госпитале при военной части города Екатеринбурга.

– -------------

— Ну-с, голубчик, могу вас порадовать, снимки показали, что операция прошла успешно, имплант прижился, — сказал врач, больше похожий на Айболита.

— А можно посмотреть снимки? — спросил я, лежа в койке.

— Конечно, конечно, — протянул он мне папку с листочками.

Да теперь я просто киборг, рука и нога отныне стальные, а ребра и вовсе сменили на титан. Лежать мне еще месяц, зато за это время меня можно сказать, разберут и соберут по кусочкам. На следующей неделе сменят вторую руку и ногу, затем усилят суставы. В конце концов поставят титановый позвоночник, к ребрам приварят бронепластины, защитив тем самым почти все органы. Из старого останется только голова и еще один важный внешний орган, даже пальцы на ногах из железа. Кожный покров будут наращивать, теперь мои мышцы по настоящему станут стальными. Физическая сила при этом увеличится в разы, но и о весе забывать не стоит. С чего же это ко мне такие почести?

Айболит вышел из палаты, вместо него вошёл худой паренёк с коробочкой.

— Как себя чувствуете? — спросил он.

— Нормально, а почему вы делаете это именно со мной?

— Вам правду сказать, или отговорку?

— Правду

— Вы эксперимент, к тому же у вас повреждено было сердце. Вы бы не выжили, странно что вы не потеряли сознание.

— А сейчас со мной все в порядке?

— На данный момент у вас аритмия, мы приложим все усилия чтобы исправить этот недуг. Я вас прошу, никому не говорите что я сказал вам это, иначе меня расстреляют.

— Хорошо.

Он открыл чемоданчик и достал шприц.

— Сейчас я вколю вам в вену этот раствор, после чего вы впадете в сон. Это необходимо, чтобы мы смогли безболезненно для вас провести операцию.

Я не стал сопротивляться, и врач вколол в меня шприц. Я моментально погрузился в сон.

– ---------------

Неделю спустя.

– ---------------

— Поднимите руки, — сказал Айболит.

— Замечательно, Теперь согните правую ногу.

— Прелестно!

Я выполнял команды Айболита

— Божечки, работает, РАБОТАЕТ!!! — ликовала комиссия.

— За вами будущее, вы суперсолдат, — окружили меня профессора.

— Отойдите от него, он еще не готов, мы не установили бронеплиты на торс, — разогнал всех парниша, раскрывший военную тайну.

Меня повели в палату, уложили на стол и опять усыпили

Очнулся в своей палате на койке. Со мной опять проделывали какие-то операции. То вживляли чипы, то ноги отрезали и приделывали на шарниры. В общем теперь я робот. Каждый раз, когда я выхожу из палаты, все смотрят на меня с опаской, проходят от меня на расстоянии, словно боятся.

Ко мне в палату вошел уже знакомый Айболит, проверил всякие счётчики и записал на бумаге.

— Вам пора кое-что увидеть.

— Он поднял меня с койки и повел по коридорам. Вокруг бегают санитары и врачи, иногда с носилками. В палатах лежат солдаты, раненные пулей, осколком, или контуженные. Мы шли вдоль всего этого безумия, пока не вышли на улицу. На плацу маршировали солдаты, все как один, браво чеканят шаг. Мы шли напротив них по отдельной дорожке.

Прошли около казарм, рядом с которыми растут громадные берёзы. Дорога усыпана "серёжками", а дворник задремал на пеньке, согревшись в тёплых солнечных лучах. Странно, но мы прошли мимо и даже не разбудили его.

Далее шла столовая, из которой манило запахом свежей выпечки. Я хотел было зайти туда, но Айболит одернул и мы пошли дальше. За столовой склад. Три лысых срочника грузят в ЗИЛ пустые ящики, а напротив них другие срочники разгружают ЗИЛ с полными ящиками. Они все как под копирку, наверно это из-за прически, которой нет.

Доктор завел в штаб, провёл через охрану и часового и спустился по лестнице в подвал. В подвале человек десять, все в брониках по 6ому классу защиты и с ПКМами. Все стоят около лифта, который по видимому ведёт вниз, так как наверху его нет. "Джагернауты" расступились, доктор провёл пластиковой карточкой, и створки открылись. Мы вошли в лифт и Айболит нажал кнопку -20 этаж, самый нижний. Створки закрылись, а лифт плавно и быстро поехал вниз.

На -20 этаже то же охранение, что и на нулевом, те же десять человек. Они пропустили нас, открыли стальную гермодверь и мы пошли по коридору. Коридор освещался лампами в железных решётках, через каждые пять метров пути стоит часовой с АКМ. В конце коридора еще одна гермодверь, за которой вновь десять пулеметчиков. Айболит зачитывал главному "джагернауту" какие-то приказы, после чего нас пустили к лестнице, ведущей еще ниже. По лестнице спускались пять этажей, на каждом по десять пулеметчиков и одному часовому с АКМ.

В конце концов перед нами открыли самую большую гермодверь, толщиной под три метра и мы вновь пошли в тоннель, протяжённостью десять метров. У железной входной двери сидит дедушка с винтовкой Мосина, и читает "Капитал" Маркса. Добрый доктор Айболит дал ему целый лист, расписался трижды в документах. Затем он открыл простую дверь, которая есть в каждой квартире.

Мы оказались в комнате, стены которой обшиты дорогим деревом. Перед нами дубовый стол, а за ним, стоя к нам спиной и изучая карту мира, стоял мужчина в костюме. Он начал плавно поворачиваться, и я смог узнать в его лице знакомые очертания.

Прямо передо мной стоит Ленин! Из его шеи торчат какие-то проводки, на затылке вместо лысины полированая стальная пластина. Мы стоим, смотрим друг на друга, я офигеваю, он крутит левым глазом, оценивая меня.

— Товагищ, как вам наши вгачи? — немного прокартавил он.

Я смотрел на него, и толком не понимал, что он говорит.

— Это как такое бывает?! — шёпотом спросил я.

— Это наши вгачи, великие люди! — ответил он на мой вопрос.

— Вам навегно водички? — протянул он мне гранёный стакан.

Я залпом опустошил его и поставил на стол.

— Вы хогошо себя чувствуете? — спросил он

— Хорошо, хорошо, — присел я на стул, протирая рукой испарину на лбу.

Ленин достал что-то типо ноутбука, открыл его и нажал на синюю кнопку. Из ноутбука появилась проекция человека в полный рост.

— Добгый день товагищ Бгонштейн, — поприветствовал его Ленин.

— Рад вас видеть, Владимир.

Проекция протерла круглые очки и посмотрела на меня.

— Какой-то он у вас странный, — изрек Троцкий.