Чтение онлайн

Пытался воскресить в памяти те давние события и Максим. Это было не так просто, извлекать информацию из коридоров чужого разума, но кое-что Максиму вспомнить удалось: вот он несет букет цветов. Дарит учительнице, которая одета в черный жакет и юбку до колен. Ее светлые волосы заплетены на затылке в култышку. Школьная линейка. Поднятие красного флага. Звучащая из мегафона речь о том, как им, юным советским школьникам повезло родиться в СССР, где в отличие от капиталистических стран, у них есть все для счастливого детства.

Потом уроки. Та сама учительница в черном жакете и юбке рассказывает ужасы капитализма: живущие в трущобах нищие, дети, подбирающие пищевые отбросы, чтобы утолить голод. И все это на фоне показной роскоши господствующего класса.

– А еще, – говорила она, – проклятые империалисты мечтают уничтожить нашу счастливую страну, и они постоянно делают атомные бомбы, чтобы нас всех убить.

Потом еще Пронин вспомнил, как по телевизору рассказывали, что американцы возобновили программу звездных войн. С экрана звучали какие-то непотные тогдашнему Максиму слова: СОИ, доктрина, гражданская оборона.

– Ну а ты Макс, что расскажешь о себе? – прервал его воспоминания Павел.

– Да особо нечего рассказывать. Это у всех же было. Школа, счастливое детство. Хотя… кажется, я в одну училку влюбился.

– Взаимно? – хихикнул Коля.

– Ага, щас же, взаимно. Она замужем же… Короче, долго я страдал он этой неразделенной любви. Но потом, как истинный строитель коммунизма взял себя в руки и победил эту порочную страсть!

– Ага-ага. Знаю я, что ты взял в руки…

Николай противно захихикал. Все остальные тоже слегка усмехнулись.

– Да ну тебя, пошляк пошлый, – обиделся Максим, – не буду тогда ничего рассказывать.

– Смотрите, он здесь! – вдруг вскликнул Ринат, и мигом все забыли о похабной шутке Коли.

Взоры парней устремились на опушку леса, из-за которой выглядывала любопытная морда волкопса, того самого, что раньше просил их поджарить пойманную им добычу.

– Ну иди сюда, иди, не бойся, – позвал зверя Павел.

Тот никак не реагировал, просто стоял и смотрел. А потом сделал один робкий шаг. Потом еще один.

Когда пес подошел ближе, Ринат дотронулся до него, чтобы погладить. Но зверь отпрянул и злобно зарычал.

– Дикий… – проговорил парень.

– Зря ты его лапаешь, – сказал Павел, – может быть, он радиацией заражен или что-то типа того.

– Тогда бы он умер давно, – возразил Ринат.

Они начали спорить. Волкопес некоторое время смотрел на ребята, а потом вернулся обратно в чащу леса.

В последнюю ночь перед прибытием в часть, волкопес бегал вокруг парней, то приходя, то уходя. Некоторые пытались его погладить, но тот не давался. Лишь Максиму он позволил дотронутся до себя.

– Надо же, ты ему понравился, – усмехнулся Ринат.

Но зверь потом снова убежал. Уже днем, когда группа преодолевала последние километры, волкопес догнал ребят.

– О, Шарик! – усмехнулся Коля.

– Шарик? Почему Шарик? – спросил Максим.

– Не знаю. Можешь по-другому назвать. Твоя же собачка…

– С фигов ли моя?

– Ну, к тебе же пришла…

Парни шавгали по извилистой тропинке среди берез. Пес бежал где-то сзади, не всегда его было видно, но лай и фырканье были слышны довольно хорошо. Но потом эти звуки прекратились.

– Интересно, куда он делся? – задал риторический вопрос Аркадий.

Никто не ответил. Впереди виднелась опушка, а за ней обтянутый колючей проволокой забор воинской части. Парни натянули противогазы, которые недавно рискнули снять и направились к КПП.

– Документы! – потребовал одетый в камуфляж солдат, наставив на них автомат.

Сам он был без противогаза.

– А что, эти штуки можно снять? – спросил один из путников, когда у них проверили все бумаги и просканировали дозиметрами.

– Вам – нет, – сухо ответил постовой, – идите по этой дороге в то здание, там центральный вход, по коридору и направо.

Парни оказались в почти такой же приемной, где когда-то ожидали своей очереди перед выдачей оружия. Здесь тоже висели различные плакаты, портреты Ленина, надписи «Слава КПСС». И тоже по одному запускали в дверь, но на этот раз все проходила быстро девушка в белой блузке со значком «ВЛКСМ», рассматривала предъявленные документы сквозь толстые стекла очков в роговой оправе, ставила печать и отправляла дальше.

Потом ребята долго стояли на большой асфальтовой площадке, где в таком же ожидании скучали остальные группы. И тоже все были в противогазах: увы, но снимать их почему-то до сих пор не разрешили, хотя в этой казарме все ходили без респираторов.

Ожидали долго, многие устали стоять и сидели на корточках. Лишь к вечеру подъехала вереница машин с крытыми тентами кузовами, в которые солдаты начали по очереди грузиться. В часть 8247 приехали глубокой ночью. Там у ребят изъяли табельно оружие, и запрели его в большой сейф, выдав взамен какие-то ламинированные купоны. Все это сопровождалось бюрократической волокитой с бумагами и стоянием в очереди. Только под утро их отправили спать в какой-то барак. Точнее, досыпать оставшиеся пару часов.

Удивительно, но Максиму успел присниться осознанный сон. Он даже подошел к зеркалу-порталу, но перед тем как нырнуть туда, стал раздумывать, а какой же мир ему «заказать». И, пока он стоял в нерешительность, раздалась команда:

– Подъем!

Новоприбывшие выстроились на плацу. Вдоль шеренги одетых в противогаз солдат ходили какие-то офицеры, причем, сами они были без противогазов. Эти офицеры выбирали группы ребят и давали им указания, куда идти. Максим, вместе с группой незнакомых парней, оказался в кабинете, где у стены стоял ряд стульев. Средних лет мужчина, одетый в промасленный халат, предложил им сесть.

– И так, товарищи, – сказал он, – Ваши намордники можете, наконец, снять.

Ребята поспешно стянули с лица противогазы и жадно вдохнули ртами воздух, хоть он был и не самый свежий: пах какими-то маслами и жженым металлом.

– Меня зовут Федор Петрович, – продолжал он, – с этого момента я ваш бригадир. На станке работать все умеете?

– Я не умею, – послышались несколько голосов.

– Ничего, не можешь – научим, не хочешь заставим. Вопросы есть?

– А разве нас не на БАМ отправляют? – спросил Максим.