Чтение онлайн

И опять – надрывистый смех в новом приступе омерзения к ситуации. Кайл потянулся к заднему сидению. Протянул закрытую бутылку питьевой воды ей.

– Нихрена не понимаю. Выпей и расскажешь.

Когда она приняла ее, Кайл нажал кнопку на панели, и из воздуховода хлынул теплый ветерок во все еще мокрое лицо. Он обдул влажные щеки, коснулся мешков под глазами и оживил передние пряди темных волос. Немного привел в чувства. Ида глубоко вдохнула воздух, выдохнула, попила воды с горла бутылки – лишь, чтобы промочить горло. Успокоилась.

– Так а почему не доехала?

– О, тебе интересно? – с деланным изумлением в него.

– Рей, не беси, а. Нормально общаюсь. Обменяемся колкостями после официальной части.

– У моего попутчика поменялись планы, – Ида ответила во всеуслышание. Гордо, не скрываясь, вспарывая ненависть на того самого попутчика.

– И он оставил тебя прям на трассе? – Монтеро скептически взглянул на нее, впервые за это время, между прочим.

– Считай, так и было.

– Вытолкал, значит.

– Фу, как унизительно, – Ида сморщила нос, ставя бутылку в подстаканник.

– Так это твоя реальность, я причем? – Монтеро усмехнулся, следя за дорогой. – А в Питстон зачем ехали?

– Отдохнуть и наладить отношения.

Кайл откровенно поржал с ситуации. Очередь Иды возмутиться и недовольно уткнуться взглядом в него.

– Нормально наладили, – все еще с не сошедшей улыбкой ответил он, без прикрытия глумясь. – С рыжим ехала? В его стиле.

– Да какая уже разница, – она отмахнулась и уставилась в окно.

Действительно. Какая разница? Похоже, теперь она едет в Питстон налаживать отношения с Малфоем. Через секунду Ида разразилась очередным приступом смеха из-за своих мыслей. Умора. Захотелось повеситься от веселья. На гирлянде с лампочками, чтобы атмосферно.

Некоторое время спустя она разглядывала мирно стекающие по стеклу капли дождя, прислонившись к двери головой. Салон ловил тихий гул с улицы. Недавно продрогшая от осенней непогоды, она согрелась под дружелюбным воздухом и задремала. Надо признать, Монтеро водил достойно. Опасности не чувствовалось. По крайней мере, с ней он не позволял себе лихачить.

Рано радовалась. Из дрема ее вышвырнули лихим заносом влево. А потом – глухой бах у бампера, толчок вперед, – и руки уперлись в бардачок, избегая столкновения лица и панели машины. Пока Ида оклемалась от дикого испуга, Монтеро уже вышел из машины и присел на согнутые колени у передней панели, сосредоточено оценивая ущерб.

– Что стряслось? – Ида вылетела из машины, дезориентированная в пространстве после сна.

– Сбил…

– Кого? – в ужасе перебила.

– Зайца сбил.

– Убил? – голос надломился.

– Рей, – устало вздохнул Монтеро, посмотрев на нее. – Зайца задел бампером, когда он выскочил на дорогу. Они те еще тупорылые смертники. Чем-то на тебя похожи.

– Ну ты и придурок…

Фраза соскочила с подрагивающих губ недовольным шепотом. Дрожь охватила болтающиеся руки, а глаза защипала сила отчаяния. В ней окончательно добили последнюю сдыхающую нервную клетку. Больше нет сил притворяться, что все великолепно в этом распрекрасном мире единорогов и сладкой ваты.

– Заяц… Он живой остался?

На нее направился уже серьезный, ничем не приправленный взгляд снизу-вверх.

– Живой, не расстраивайся, – сказал он абсолютно нормально. Как обычный человек. Без тени сарказма или шутки. Не сводя взгляда. – Убежал в поле. Нормально все?

Ида глубоко кивнула, махнув недлинными волосами вперед. А бесцветные губы-то неистово поджимала, чтоб не разреветься. Чертов заяц. Чертов Николас. Чертов Монтеро. Как же они все достали. Резь в глазах становилось невозможно терпеть, она зажмурилась сильно-сильно, встречая разноцветные иллюзорные шарики в темноте. Что-то там происходило, пока она пыталась совладать с собой, а когда все-таки открыла глаза, прям перед ней присел Монтеро на корточки.

– Обопрись на мои плечи и приподними ногу.

Ей настолько все равно, что больше не удивляет ничего. Она послушалась, уложила ладони на его плечи в поиске опоры и оторвала ногу от босоножки. Прохладная вода обтекла кожу, и только потом Ида опустила взгляд вниз и увидела, что Монтеро смывает слабым потоком из бутылки грязь на ноге. Она же напролом выбежала из машины, забыв о поврежденной обуви, и вляпалась в лужу. Дурочка.

Ида слабо усмехнулась себе, вспомнила, что Николас никогда бы не сделал подобного, а тут бывший коллега-соперник на колени перед ней падает. Конечно, не хотел замарать идеально-чистые коврики своей машины. И все равно, что сейчас она в нем вызывает омерзительно страдальческое чувство жалости. Плевать, да. Ее потухший взгляд куда-то в пустоту говорит ярче и громче любых слов.

– Монтеро.

– М?

– У тебя есть что-нибудь из успокоительного?

Он не хотел язвить. Не мог этого позволить – по глазам видно, как он понял ее безвольное состояние убитой при живом теле. Монтеро выпрямился, долго рассматривал ее глаза, направляющие взгляд куда-то за его плечо.

– Настои, сиропы?

– Без разницы. Что-нибудь.

Он, кажется, поежился от ее безучастного тона.

– Ничего нет. Даже вина не могу предложить.

Ида тускло хмыкнула и перевела взгляд на него.

– Жаль. Я бы отметила начало свободной жизни.

Монтеро разместил зад на капоте и достал забытую пачку.

– Сигаретой отметишь?

Ида сделала то же самое: уселась, как на сиденье.

– Никогда не пробовала.

– Научу.

– Ой, пожалуйста, давай без дурацкой жалости. Просто дай и все.

Монтеро передал одну сигарету ей, но себе не взял. Почуял, что придется помогать. Ида неумело зажала ее большим и указательным пальцами, оттопырив остальные, поднесла к губам и как-то невпопад чиркнула зажигалкой. Даже смешное положение ее никак не волновало. На вторую попытку кончик сигареты полыхнул и начал тлеть, дым потянулся в легкие. Кашель ударил с опозданием. Монтеро позволил себе усмехнуться, посчитав, что обстановка достаточно разряжена.

– Вкусно?

– Как-будто пожевала земли. На, – она передала ему сигарету. – Побрезгуешь?

Ее окутал низкий негромкий смех.

– Какая же ты еще мелкая, Рей.

Она заметила, с каким наслаждением он взял в рот фитиль с отпечатком ее укуса и потянул дым в себя. Его темные глаза в блаженстве сомкнулись, а сам он встречал плавное погружение в кратковременную эйфорию. Какая вредная зависимость от табака. Ида тряхнула головой и обхватила себя за плечи. М-да уж, вот так неожиданная остановочка: произошло все, что просто не могло случиться. Они просидели на капоте под открытым ночным небом до тех пор, пока Монтеро не докурил и не выбросил окурок в сторону. Непонятно – стало легче или нет, но ехали они все-равно без разговоров: Ида вглядывалась в полную черноту за окном, Монтеро растекался на сиденье, еле держа руль. Дорога скучная аж до зевоты.