Чтение онлайн

— А с этим теперь что делать?..

Капитан повернулся к нему, увидел пакет, заметил торчащий из него гриф балалайки и приказал, почти не разжимая губ:

— Да выкинь ты все это за борт к е... К чертовой матери!..

... Мощный, быстроходный буксир «Торнадо» мчался наперерез лоцманскому катеру.

Твердо расставив ноги, Чарли стоял за штурвалом и направлял стальной нос буксира прямо в борт небольшого катера. Прищурив один глаз, он будто целился в катер сквозь оптический прицел...

В одно мгновение поняв, что сейчас должно произойти, Стенли Уоррен напряженно проговорил:

— Вы этого не сделаете, Чарли! Я прошу вас...

Но Чарли довел обороты двигателя почти до максимальных, резко увеличил скорость «Торнадо» и крикнул не поворачиваясь:

— Не сходите с ума, Уоррен! Лоран — самый чудовищный свидетель!

— Чарли!.. Я умоляю вас... прекратите! Оставьте старика в покое!.. Я уверен — Лоран тут ни при чем!.. Чарли!.. Там на мостике стояли очень опытные парни...

— Заткнитесь немедленно! Вы такое же дерьмо, как и ваш Лоран! — прокричал ему Чарли.

Видя, что Чарли не реагирует ни на одно его слово, Стенли метнулся к рундуку с сигнальными флагами, откинул крышку рундука и выхватил оттуда короткоствольный автоматический «винчестер».

— Вы этого не сделаете, Чарли!!!

Чарли оставил на штурвале одну руку, повернулся и тут же несколько раз выстрелил Стенли Уоррену в живот.

Стенли отбросило к задней стенке рубки... Он грохнулся на маленький диванчик, скатился с него прямо под ноги Чарли и умер, так и не успев нажать на курок «винчестера»...

... Молоденький парнишка — рулевой лоцманского катера увидел летящий на него буксир «Торнадо» и в ужасе закричал:

— Что они делают?! Мистер Лоран, что они делают?!

Анри Лоран поднял голову, увидел точно нацеленный на борт его катера тяжелый нос «Торнадо» и мгновенно принял решение.

— Прыгай за борт! — крикнул он мальчишке. — Прыгай, сынок!!!

Он перехватил у парнишки штурвал и на полном ходу сильным толчком выбросил мальчишку из катера.

А сам, уводя катер от вынырнувшего рулевого, чтобы тот не попал под винты, двинул сектор газа до упора вперед, довел скорость катера до предельной и направил его прямо навстречу буксиру «Торнадо».

— Чарли!!! Стенли!.. — в ярости кричал Анри Лоран. — Может быть, вам хватит меня одного?! И Мартина Краузе?! Зачем вам Николь?! Вот он я! Стенли! Сукин сын! Будьте вы все прокляты!..

Ненависть к Стенли и Чарли переплелись в нем с невыносимым унижением, которое он испытал на русском судне, и вот судьба вдруг предоставила ему возможность не просто защитить себя и Николь тайной помощью бандитам и убийцам, а во искупление своего греха самому вступить с бандитами в открытый бой!..

Он даже успел еще один раз прокричать:

— Будьте вы все прокляты!..

Столкновение маленького лоцманского катера и мощного стального буксира было такой страшной силы, что катер взорвался...

...и его пылающие останки разлетелись чуть ли не до прибрежья прекрасного, но узкого залива Принцессы Дайяны...

Странная штука происходила с Сергеем Александровичем Мартовым!

Чем дальше он продвигался в этом документально-предполагаемо-художественном сочинении, тем больше ему хотелось вернуться в Россию.

Не смотаться ли на пару недель в Москву или Ленинград?..

Тьфу, ч-ч-черт!.. Стоило уехать из города еще при том названии, потому что это насильственно новое — «Санкт-Петербург» — все никак не пристегивалось к сознанию Мартова, когда он начинал говорить, думать или писать об этом городе. И ведь понимал, что именно это название было когда-то единственно верным, а уже последующие — всякие Петроград, Ленинград или фамильярное Питер, они-то и есть искусственные...

А вот родился Мартов в ЛЕНИНГРАДЕ, прожил в нем полвека, похоронил в нем своих родителей, и проросло это название в каждую клеточку его мозга. И перестал даже замечать, что название этого прекрасного и несчастного города с областным бюджетом и областным же масштабом мышления сотворено когда-то недалекими служивыми людишками из пошловатого псевдонима вождя российского авантюризма начала двадцатого века. И все. Не больше. А вот стало таким родным, что само с языка соскакивает...

Так вот. С каждой страничкой этой своей повестушечки все больше и больше хотелось Сергею Александровичу Мартову вернуться в свой «Ленинград». Не для переговоров с издателями, не для пары-тройки интервью на телевидении и в газетках, а совсем. Навсегда.

Сподобила же в свое время какая-то добрая сила не продать ленинградскую квартиру даже в очень финансово тяжкий период!

Понимал, что для него, когда уже добротно завалило на седьмой десяток, сейчас в Гамбурге намного полезнее и комфортнее. Скоро, наверное, и по врачам придется начинать бегать. А тут ты за медицинской страховкой — как за каменной стеной! И лекарства в аптеках здесь хорошие и настоящие. Не то что наше фуфло российское — семьдесят процентов подделок! Один только сайт в Интернете почитать — «Компромат.ру», и сразу же расхочется возвращаться. Даже если в том сайте половина вранья, то от второй половины, которая, может быть, хоть частично окажется правдой, волосы дыбом встают...

А может, плюнуть и не читать?.. Здесь, в Европе, что ли, повсюду медом намазано? Тоже своих заморочек — пруд пруди! Там хоть все по-русски говорят. Уже слава Богу.

Мартов будто сам перед собой оправдывался, все спрашивал себя — чего это его после почти пятнадцати лет заграничной жизни так домой потянуло, в нашу российскую беспросветицу?..

А однажды понял. Даже не понял, а вот как-то печенкой почувствовал: уж больно осточертело ему его «свободное» одиночество. Захотелось остаток жизни прожить рядом с теми, о ком он сегодня сочинял эти странички. Ну прямо «Пигмалион и Галатея»!

В другое бы время подумал — бред сивой кобылы! Вблизи-то все не так будет. Ну и пусть!

Как там у Высоцкого — «...а мне плевать, мне очень хочется!..»

И взялся Мартов сочинять дальше про этих людей. Нашел диктофонную запись рассказа владельцев «Посейдона», отыскал в своих папках копии переводов мировой прессы того времени об этом преступном морском происшествии и снова сел за компьютер...

... В Москве, в тихом старомосковском переулке, около старинного, но заново отстроенного особняка судовладельческой круизной компании «Посейдон», напрямую работающей с двумя лучшими европейскими морскими туристическими фирмами Англии и Германии, стояли полтора десятка дорогих и хороших автомобилей.

На светло-золотистом «Лексусе-400», с водителем за рулем, подъехал один из совладельцев «Посейдона», Юрий Краско. Выскочил из машины, на ходу поздоровался с охранниками, быстро прошел в дом и легко взбежал по широкой мраморной лестнице на второй этаж.

Распахнул высокие резные дубовые двери в небольшой зал совещаний, где за широким овальным столом уже сидели несколько человек во главе с партнером Краско — Львом Берманом.

Стол был завален несколькими десятками газет чуть ли не всех крупных стран мира. Но самое большое место на этом столе занимала карта пролива Корфа и залива Принцессы Дайяны, очень напоминавшая карту убитого Стенли Уоррена...