Чтение онлайн

— Обязательно приду. Как в Орден поступлю, сразу приду.

Дулфия улыбчиво покачала головой. — Оригинальный способ проникнуть на Ставрос. Впрочем, ты подстать своим учителям. Госпожа оценит.

Погладив на прощанье Хольку и оставив на столе мешочек с травяной смесью, на ушла.

Глядя ей в след Холька в первый раз за неделю по доброму улыбнулась. — Святая девушка. Ты тоже иди, Энрик. Я хочу побыть с ним наедине.

Он тоже хотел побыть один. Потому вышел наружу. Там ещё раз попрощался с Мавон и Дулфией. Эта интересная парочка ушла вглубь леса и парень какое-то время смотрел вдаль.

Когда они совсем скрылись за кустарниками он почувствовал себя одиноким.

Через несколько часов к Хольке заглянул Кириан. Он принёс деревянную тарелку, наполненную кусками варенного мяса с небольшим количеством картошки.

Холька велела ему поставить на стол, что тот и сделал.

— Ему лучше?

Холька кивнула. — Он должен прийти в себя.

Кириан посмотрел на неё мельком, будто хотел что-то сказать.

— Что ты хочешь?

Кириан задумался на пару секунд, а потом поклонился. — Я что рад, что вы вернулись.

Она удивлённо взглянула на него. Он кивнул, подтверждая сказанное. — За последние дни многое изменилось. Мне жаль, что так получилось.

— Да. Действительно многое. — Только и смогла ответить она.

Он поклонился ушёл.

А она сидела и смотрела на Люциуса, ловя взглядом малейшее его движение. В какой то момент его дыхание стало глубже. Лицо слегка напряглось.

Холька застыла, перестав дышать.

Люциус медленно открыл глаза и щурясь, поводил ими по сторонам.

— Какой это план? — Прошептал он.

— Мы в нашем мире, Люциус. Ты жив.

— Значит, всё получилось. — Он приподнял правую руку, но Холька взялась за неё и аккуратно положила на кровать. — Лежи, не двигайся. Что ты чувствуешь в поясе?

— Ничего не чувствую.

— Это пройдёт. Главное, ты жив. — Она не сдержала счастливой улыбки. — Наконец то всё закончилось! Прости меня.

Он поднял целую руку. — Дура ты, Холька. Извиняться нужно мне.

Он опустил руку. Она застыла, ожидая его дальнейших слов.

— Но осталось последнее дело. Холь, если хочешь, можешь убить меня за то, что я скажу, но… — Он бросил взгляд на дверь. — Мне нужны души. Мне нужны камни.

Она помрачнела.

— Мне нужны души, Холька. Чтобы отправиться в Бездну.

— Дурак ты, Люциус. Ты только что чуть не помер. И я не позволю тебе умереть совсем. Не позволю! Ты будешь жить и мы с тобой проживём очень долго.

— Холька. — Он смотрел на неё совершенно спокойно. — Рано или поздно мы умрём. И тогда всё, что мы пережили всё равно потеряет значение. И наши чувства уже не будут иметь никакого смысла. Но я хочу прожить эти годы с ощущением, что получит то, что полагалось мне по праву.

— Тебе с детства вдолбили это мессианство, Люциус. Это не твоё желание. Это желание Культа.

Он болезненно улыбнулся.

— Знаешь почему ты так говоришь? Потому что тебе никогда не прочили великое будущее. Твоя сила досталась тебе с рождения. И тебе никто не говорил, что ты обязана совершить что-то великое. И потому ты не ценишь того, что имеешь. — Он попытался встать, но закрыл глаза и болезненно скорчился. Холька помогла ему лечь обратно. — Ты как богатый наследник, который всегда жил в достатке и потому не ценит того, что нажили родители. Я же всю жизнь жил как далёкий родственник, которому обещали могущество. Но где то там. — Он кивнул на дверь. — Через много лет. Когда-нибудь. Мне всю жизнь обещали силу, обещали, что я сотворю то, что не под силу никому. И я вырос с этим. И уже не важно верю я в это или нет. Я не могу иначе, Холька.

Она положила руки на кровать. — И ради этого мы боролись с Ковеном? Чтобы теперь делать то же что и они?

— Я не могу иначе, Холька. И не важно, как ты это называешь. Добро, зло, Ковен, Орден. Всё это лишь названия. Я хочу получить силу. Это моя мечта. Твоя исполнилась только что. — Он резко замолчал. Какое то время будто собирался с мыслями, наконец выдавил из себя. — Теперь я хочу, чтобы ты… помогла мне. В этом деле. — Встретив её удивлённый взгляд, он продолжил. — Я прошу тебя о помощи. Без руки мне будет тяжело.

— Чего ты хочешь?

— Я хочу, чтобы ты участвовала в превращении в камни нескольких людей.

Её лицо стало суровым. — Нет! Я не буду участвовать в этом поганом ритуале.

— Холька. — Он вновь попытался подняться, но резкая боль, пронзившая живот, заставила его упасть на кровать. — Я в первый раз прошу тебя помочь мне. — Я смогу быть спокоен только когда получу силу и избавлюсь от демона. А до тех пор я буду пытаться этого добиться. И добьюсь. С тобой или без тебя. Но я хочу, чтобы ты в этом поучаствовала. — Он говори медленно, с небольшими паузами. Холька не перебивала его. Лишь когда он делал долгую паузу, она спросила: Зачем?

— Потому что… — Он устало опустил глаза, какое то время размышлял, потом посмотрел на неё. — … потому что я хочу, чтобы ты была частью моей жизни. Я говорил тебе этом когда ты была драконом.

— Я слышала. — Его мрачное лицо несколько просветлело. Она счастливо улыбнулась. — Я всё слышала. Я хотела остановить это! Будь моя воля, я бы расцеловала тебя прямо там. Но я не могла.

— Тогда я должен благодарить тебя, что твоей воли не хватило. — Он иронично улыбнулся и приподнял руку. — Ты была прекрасна в тот момент. Если я выживу после всего этого, то буду скучать по твоему драконьему облику.

— Это не навсегда. Драконья кровь — часть меня. И этого не убрать. Со временем моя драконья часть будет возвращаться. И мне надо будет вновь принимать лекарство.

— Значит, мы сделаем его. Если всё это закончиться.

Она поднялась и, наклонившись над ним, приложила ладонь к его горячей щеке, закрыв находящейся на ней демонический глаз. — Кого ты хочешь убить?

— Не убить. Превратить в кристалл. Мне нужны двое. Бальдр. И кто-то из культа.

Они посмотрели друг друг в глаза. — Я понимаю. — Она наклонилась и поцеловала его в лоб, от чего он напрягся. — Я помогу тебе. Когда тебе полегчает. Хоть это и недостойно рыцарей.

— Спасибо. — Впервые за очень долгое время Люциус почувствовал настоящее облегчение. Он удовлетворенно закрыл глаза. — И ты меня прости.

Она радостно кивнула и поднесла к его рту кружку с чаем. Ароматная вода несколько освежила голову, но пошедшая по горлу вода вызвала боль в животе. Холька поставила кружку на стол.

— Поешь сейчас. Тебе нужно набираться сил.

Он кивнул. — Но сейчас я хочу побыть один, Холька. Спасибо, что заботишься обо мне, но в этом нет нужны. Если ты хочешь кого-то покормить с ложечки — усынови Энрика. А сейчас оставь меня. — Он направил глаза в потолок и закрыл их.