Чтение онлайн

— Собирайся, Новикова, — приехали!.. — резкий насмешливый голос прорезал темноту. Чья-то высокая темная фигура, словно жирно обрисованная по краям черным мелком, наклонилась к девочке, с любопытством заглядывая в лицо и будто гадая, слышит она его или нет.

Что-то шершавое и неприятное скользнуло по рукам, плотно обвивая их, стягивая их вместе, потом ее с силой тряхнули за плечи и, ухватив за шиворот, резко поставили на бессильно подгибающиеся ноги.

— Чтобы без шуток, — зло прорычал над головой знакомый голос. — Тебя сказано доставить наверх. По приказу Примы Амбер Роуз. Поэтому без фокусов, поняла?!.

Кэрен слабо кивнула, соглашаясь. Сейчас ей было все равно, что происходит, окружающее все еще казалось ей очередным слишком реалистичным сном.

Ее грубо толкнули вперед, выводя в длинный, поглощенный туманным мраком пустой коридор, и, придерживая за локоть, поволокли куда-то в темноту при тусклом, пляшущем пламени факела.

Потом был длинный — слишком длинный и долгий — подъем вверх по старой, истертой множеством ног и изъеденной временем, каменной лестнице. Заплесневелой и холодной, как, впрочем, и все окружающее в подземелье. И множество переплетенных лабиринтом коридоров, похожих на ходы гигантского крота, с низкими потолком и близко подступающими друг к другу стенами.

И чья-то комната. Отделанная в темно-красных и бордовых тонах, с роскошной кроватью и широким платяным шкафом в углу. В одном из двух кресел, удобно расположившихся почти возле самой каминной решетки, за которой плясали яркие лепестки пламени, сидела Прима, расслабленно откинувшись на высокую спинку.

— Явился, наконец, — послышался ее недовольный голос, и тут же во взгляде, полусонном и тусклом, зажглись заинтересованные искры.

— Доставка закончена, погрузка не требуется, — ехидно улыбнувшись, отозвался Джейк и толкнул девочку в спину, заставляя сделать шаг вперед.

Очутившись в комнате, Кэрен сразу заметила, как здесь было непривычно жарко и душно, словно летним днем в закрытом, не проветриваемом помещении. И эта духота будто заставила пробудиться уснувший разум. Мир словно стал ярче, четче, звуки — яснее и громче, мысли просветлели, избавляясь от густого, мутного тумана. И почти сразу же появилась неприятная, пульсирующая боль в стянутых веревкой запястьях.

— Нехорошо получилось, Джейк, — взглянув на девочку, осуждающе заметила Прима.

Варг недовольно хмыкнул и нехотя развязал замысловатый узел, освобождая руки Кэрен.

— Можешь идти, — проследив за его действиями холодным, ничего не выражающим взглядом, снова негромко произнесла Роуз.

— Я смотрю, вы очень гостеприимны, — потирая затекшие запястья и исподлобья глядя на застывшую в кресле девушку, недовольно процедила Кэрен, когда дверь за варгом бесшумно закрылась.

Прима не шелохнулась, словно не услышав направленных к ней слов, только чуть дрогнули тонкие изогнутые стрелки ресниц.

— Тьма обделила варгов многими качествами. Что уж тут говорить о чувстве такта, — не открывая глаз и не обращая на девочку ровно никакого внимания, спокойным тоном произнесла она, смерив долгим задумчивым взглядом.

Кэрен молча топталась на месте. Девочку уже начинал раздражать весь этот спектакль — раз ее позвали, или, лучше сказать, привели, для разговора, то смысл чего-то выжидать.

— Садись, — будто уловив перемены в настроени, вдруг негромко произнесла Прима. — Я действительно хотела кое о чем с тобой поговорить. А точнее показать.

Кэрен смерила ее подозрительным взглядом, словно каждую секунду ждала от бывшей Хранительницы какого-то подвоха, и осторожно опустилась в широкое кресло с высокой спинкой, обитое мягким, приятным на ощупь темно-красным бархатом.

— И тебя тоже, смотрю, обделили? — чувствуя, что молчание снова начинает затягиваться, спросила она.

— В каком смысле? — девушка не шелохнулась, только по тому, как напряглись вдруг черты лица, было видно, что она слышит — и слушает — Кэрен.

— Про качества и… чувство такта.

В голосе девочки сквозила нескрываемая неприязнь, хотя внутри все сжималось и дрожало от подкатившей волны страха.

— И да, и нет.

Прима вздрогнула и, резко выпрямившись, наклонилась к девочке, заглядывая той в самые глаза и словно стараясь угадать, о чем она на самом деле думает.

Кэрен вздрогнула и хотела отпрянуть назад, но мягкая обивка кресла, словно затягивающая в себя, не давала даже пошевельнуться.

— Не думай, что я всегда была такой- я ведь тоже когда-то была вместе с Хранителями, — предупреждающе тихо произнесла Прима, сверкая серо-зелеными глазами, отражающих языки пламени в камине. — Не думай…

Кэрен подавленно кивнула, испуганно глядя в глубокие, будто две черные дыры, зрачки девушки.

С правильным овальным лицом в обрамлении блестящего крыла черных волос, с нежными, мягкими чертами и светлой кожей цвета слоновой кости, она казалась похожей на старинную коллекционную фарфоровую куклу — хрупкую, изящную и беззащитную, как чистый, свежий цветок. А взгляд — сверкающий, холодный и чуть равнодушный, словно вовсе не живой, — только усиливал это впечатление.

Прима казалась слишком необычной, слишком красивой, чтобы быть реальностью. Но, говорят, все истинные демоны прекрасны.

— Ты во что-нибудь веришь? — тихо и, казалось, осторожно спросила она, снова откидываясь на спинку кресла. — Я не про какую-нибудь мелочь спрашиваю, поэтому хорошенько подумай, прежде чем дать ответ.

Кэрен вздрогнула — перед глазами на миг мелькнула, словно озаряясь ярким сиянием, картинка — обрывок ее сегодняшнего сна. Солнечная, залитая ярким теплым светом, ясная пустота, цветные блики «зайчиков» на ее лице, пьянящий сладкий запах цветов и Люк, загорелый и веселый. Он что-то говорил ей, но она не могла вспомнить, что, потому что мысли снова вернулись в холодную тесную комнату, пахнущую сыростью и плесенью.

Девочка решительно кивнула, хотя все еще плохо понимала, на что намекает Прима.

— Я тоже когда-то верила, — словно частица сожаления мелькнула на мгновение в голосе девушки, отуманив взгляд печальным состраданием. — Всей душой, по-настоящему. Верила, что у нас все получится, что мы сможем вернуть все, как было раньше, изменить. Готова была доказывать это до хрипоты, биться за это… А потом… — она вдруг замолчала, словно подавленная своими собственными словами.

— У тебя когда-нибудь бывало такое, что все, во что ты верила в одно мгновение рушится, что вся твоя надежда и уверенность исчезает, катится в пропасть, а ты стоишь посреди дымящихся обломков, посреди этого невероятного, страшного хаоса и не знаешь, что делать, как жить дальше?.. — голос Примы прозвучал надтреснуто непривычно глухо и… искренне. Так, что Кэрен на секунду показалось, что та действительно говорит ей сейчас о чем-то крайне важном и болезненном для нее. И снова кивнула, вспоминая льдисто-холодный жестокий взгляд когда-то лучистых, сияющих радостью сапфировых глаз.

— Но… как можно предать то, во что ты веришь? — плохо сформулированные мысли сами собой рвались наружу, и Кэрен больше не могла их сдерживать. — Если это все по-настоящему, если это все искренне, если это — правда?..

— Вот в том-то и дело, — снова печально произнесла Прима. — Вера слепа. Мы можем многое не замечать, закрывать глаза на маленькие и, казалось бы, незначительные недостатки, не видеть лжи… А потом…

Кэрен молча следила за девушкой, подавленная ее словами, казалось, такими искренними и правдивыми. На какое-то мгновение она даже забыла, что именно из-за нее — из-за Примы — с ней случились все ее неприятности, именно из-за нее она неизвестно сколько времени провела в холодном сыром подземелье, окутанным леденящей душу немой темнотой.