Путешествие по северным берегам Сибири и по Ледовитому морю
Шрифт:
Батас — большой якутский нож, носимый на бедре. В прошлом служил боевым оружием, заменявшим меч; давно вышел из употребления. Врангель применяет этот термин к чукотскому ножу, тоже большому (до 2,5 четвертей длины), боевому и парадному, но не поясному (306, 313).
Бисер — цветной бисер был одним из любимых украшений народов сибирского и дальневосточного севера. Через чукчей русский бисер проникал и к туземцам северной Америки (176. 177, 184, 185, 306).
Бичевник — береговая полоса, удобная для тяги судна бичевою против течения (148).
Важенка — общераспространенное на Крайнем Севере Европейской и Азиатской части СССР название самки северного домашнего (иногда и дикого) оленя (270).
Вардень — см. «езда на собаках».
Верхи — см. «езда на собаках».
Ветка — общераспространенное на сибирском севере собирательное название легких, переносных лодок (челноков) разных типов — однодревок долбленок, или долбушек, (выдолбленных из одного цельного дерева), берестянок или оморочек (сшитых из бересты) и русских, трехдосчатых. Врангель, пользуясь этим термином, имеет, очевидно, в виду долбленую и досчатую лодку, распространенную у всего населения Колымы, кроме чукчей. Досчатую так называемую сшитую лодку юкагиры заимствовали от русских и называли ее «кодол». Это была небольшая лодка, сшитая оленьими сухожильями из трех тонких досок (двух боковых и днища) и промазанная по швам сырой лиственичной смолой (140, 204, 210).
Вешалы(а) (у Врангеля неправильно — вешалки) — общераспространенное на севере сооружение из жердей, иногда под навесом, для вяления (сушки на солнце и на ветру) рыбы и мяса (139, 209).
Виска — так называется, по сообщению Богораза, [219] на Нижней Колыме всякая небольшая речка, а на Средней Колыме — только речка, соединяющая два озера или озеро и Колыму (140, 142, 143, 205); на Енисее вискою зовут небольшую речную заводь.
219
В. Г. Богораз. Областной словарь Колымского русского наречия. Акад. Наук. СПб., 1901.
Ворон — Описывая встречу с чукотским «старшиной» Этель, Врангель упоминает об украшавшей его шапку голове ворона, которая, по уверению Этель, «долженствовала доставить счастливый путь и повсюду ласковый прием» (306). Это объясняется той ролью, которую играл ворон в мифологии палеоазиатов Северной Азии — чукчей, коряков, ительменов-камчадалов, алеутов, эскимосов (то же и у североамериканских индейцев). Он, по их представлениям, участвовал в сотворении мира, обладал чудесной силой и т. д. Иногда однако он выступал в смешных и глупых положениях и являлся предметом насмешек.
Выдра речная, — которую, по сообщению Врангеля (139) и Матюшкина (176), чукчи приводили для обмена, была видимо, американского происхождения. В Анадырско-Чукотском крае она известна только в бассейне Анадыра.
Выпороток — шкура утробного или новорожденного, не старше двух месяцев, оленя. Значительное количество выпоротков, поступавших в обмен от тундровых оленеводов, объясняется массовой гибелью телят, частично и важенок (см.), во время отела (от пурги и морозов) и в первые месяцы после него. Это вызывалось, в свою очередь, крайне низким уровнем оленеводства, в частности ухода за стадом и его содержания (140).
Высмотр — общераспространенный в тундре термин, означающий периодический осмотр ловушек на песца — пастей (см.). Матюшкин (143) пользуется им при описании рыбного промысла, что совершенно не встречается в этнографической литературе.
Вязок — см. «езда на собаках».
Вяленая рыба — см. «рыболовство».
Ганза — (гамза, хамса) якутское собирательное название табачной трубки, деревянной, медной, железной, оловянной. Чубук некоторых трубок, особенно у бедноты, был часто расколот вдоль и крепко связан ремешком. Объяснялось это тем обстоятельством, что при постоянном недостатке табака курильщики (в данном случае чукчи и якуты) собирали трубочный нагар и, смешивая его с корою или просто деревом, употребляли для курения (120, 140, 294).
Гон — см. «охота».
Дротик — Термины, применяемые Врангелем к орудиям добычи морских зверей, не точны. Под упоминаемыми им дротиком (у чукчей) и острогою (у алеутов) надо разуметь, очевидно, распространенный у морских охотников-палеоазиатов гарпун в тех или иных его вариациях. Чукотский гарпун, в частности, состоял из двух частей — древка и отделяющегося от него наконечника. Наконечник, длиной 7-10 см, делали из моржового клыка или оленьего рога; в верхней части его вставлен был кусочек железа закругленной формы; к нижней утолщенной части привязывали длинный тонкий ремень. Охотник держал этот ремень в руке, или отпускал, прикрепляя в этом случае к нему буек — снятую чулком и надутую воздухом шкуру тюленя. Буек затруднял движения раненого зверя, поддерживал его на воде, не давая затонуть, и указывал охотникам его местонахождение. К верхнему концу древка привязывали накрепко ремешком или жильной ниткой (см.) круглую соединительную палочку из рога или кости, на которую надевали наконечник перед броском в зверя. Наконечник, отделяясь от древка, пробивал шкуру животного и застревал в его теле. Раненого зверя удерживали при помощи ремня, привязанного к наконечнику. Древко гарпуна было различной длины в зависимости от места промысла (на воде или на льду) и его объекта (тюленя, моржа, кита). Крупных зверей промышляли гарпунами с длинными массивными древками.
Близок к чукотскому был и гарпун алеутов, упоминаемый Врангелем под названием «острога» и именуемый часто в литературе «стрелкою». Но и его наконечник делали (и командорские и зарубежные, американские, алеуты) из кости, рога, позже из железа, меди; упоминаний о «шифере», о котором говорит Врангель, не встречается (296).
Дымокур — дымный тлеющий костер, раскладываемый из гнилой древесины, сырых листьев, мха, навоза и дающий много дыма. Этот способ защиты от комара и мошки распространен повсеместно в Сибири, особенно в таежной зоне. Таежные оленеводы-охотники (эвенки — тунгусы, авены — ламуты и др.) пользуются им для защиты оленей (133, 134, 208, 210).
Едома — земляная или каменная гряда, небольшой высоты; название это встречается на Колыме и на Камчатке, где оно означает поляну, плоское место.
Езда на собаках — Врангель и Матюшкин справедливо оценили громадное значение ездовой собаки в жизни населения северных окраин и уделили ей много внимания. Сделанное ими описание транспортного собаководства считается классическим в этнографической литературе и пользуется неизменным интересом и в настоящее время.
Территориально ездовое собаководство распространено сильнее всего на Дальнем Востоке (во всей современной Камчатской области, на Охотском побережье, на Сахалине и Амуре) и на севере Якутской АССР (Оленек, Яна, Индигирка, Алазея, Колыма). Далее, к западу, оно встречается отдельными пятнами на Красноярском севере (у кетов и селькупов — остяко-самоедов), на Оби (у хантов-остяков и мансов-вогул) и на островах Европейского Севера (у ненцев).
В дореволюционных условиях полного бездорожья и отсутствия других возможностей сообщения на Крайнем Севере — ездовая собака была у многих оседлых единственным средством передвижения. Отличительные качества северной лайки: выносливость; способность ориентироваться в самых трудных условиях; сметливость; нетребовательность в пище и вообще в условиях содержания; быстрота бега и др. — дают ей огромные преимущества перед лошадью и делают ее действительно незаменимым ездовым животным. При мощном снеговом покрове лошадь не может протоптать себе постоянную и плотную дорогу, а собака благодаря небольшому весу своему и упряжи держится легко даже на рыхлом снегу и не нуждается в такой дороге. Все эти ценные свойства сказываются особенно сильно при быстрой езде налегке. В легких ездовых нартах собаки бегут до тех пор, пока у них есть силы; при хорошем корме они работают продолжительное время, изо дня в день, и действительно неутомимы. В грузовых перевозках на дальние расстояния значение их меньше, так как большую часть груза составляет корм. К этим качествам собаки присоединялись и причины хозяйственного порядка. Населению многих районов было гораздо целесообразнее держать ездовых собак, чем лошадей. Рабочий сезон собаки значительно продолжительнее (до семи месяцев против четырех у лошади), она не требует никакого ухода и легче снабдить ее кормом (рыбою, мясом морского зверя). Наконец, при высокой плодовитости и скороспелости (в упряжь собака поступает в возрасте около года), хозяйство быстро обеспечивает себя необходимым количеством собак.
Отличается собака преимуществами и по сравнению с другим ездовым животным Севера — оленем. Незаменима она в тех местах, где отсутствуют оленьи корма и особенно глубоки снега, а равно при передвижении по скалистой поверхности, морскому льду и т. д.
Это играет решающую роль в промысле песца на полярном побережье.
В районах развитого ездового собаководства на крайнем северо-востоке работа собак особенно велика и разнообразна. Они исполняют все перевозки тяжестей, обслуживают бытовые нужды, сношение между населенными пунктами. Охотники и зверобои пользуются ими для поездок на промысел и доставки туда необходимого снабжения. Перевозят на них дрова и строевую древесину, сено, товары и т. д.