Чтение онлайн

Его глаза распахнулись от удивления, тело на мгновение напряглось — но затем он понял, что я хочу сказать, и расслабился, отвечая на поцелуй.

Я не стала терять времени: обвила руками его шею, притягивая его так близко, что уже не понимала, где заканчивается он и начинаюсь я.

Питер поцеловал меня в ответ жадно, как человек, который долго был голоден. Одной сильной рукой он обнял меня, а свободной поднялся к моему лицу и очень-очень осторожно коснулся костяшками пальцев моей щеки. Его рука была такой прохладной на моей разгорячённой коже, а прикосновение таким нежным, что казалось — моё сердце может разбиться, если он отнимет её.

— Зельда. — Питер судорожно выдохнул. Нервно усмехнулся. — Боги. Я…

Шорох ткани и глухой звук чего-то, упавшего на пол, оборвали остаток его фразы. Вдруг Питер выглядел так, будто хотел, чтобы земля разверзлась и поглотила его целиком. Его глаза были широко распахнуты, дикие. Испуганные.

Он поспешно отодвинул от меня нижнюю часть тела.

— Зельда, я… мне так жаль.

Я ещё несколько секунд непонимающе смотрела на него, пока меня не осенило. Опустив взгляд, я, конечно же, увидела его член — уже наполовину возбуждённый, — и цветастое полотенце, которое минуту назад было обмотано вокруг его талии и теперь лежало у его ног бесформенной кучей.

Наверное, он отпустил его, когда мы начали целоваться.

Смех, который внезапно поднялся во мне, был словно солнце, наконец взошедшее после самой длинной ночи года. Я чувствовала себя почти безумной от облегчения и радости.

— Питер! — выдохнула я, задыхаясь. Я смеялась так сильно, что пришлось обхватить себя за бока, чтобы не упасть. Это был самый нелепый примирительный поцелуй в истории. И каким-то образом именно это делало всё ещё более идеальным. — О боги.

— Прости. Я просто не подумал… — начал он, но остановился, сбитый с толку тем, что я никак не могла перестать смеяться. — Я не остановился подумать, что, если обхвачу твоё лицо ладонями, перестану держать… другие вещи.

Когда это заставило меня смеяться ещё сильнее, его рот скривился в самой дурашливой улыбке, какую я когда-либо видела.

— Надеюсь, ты смеёшься не над… ну, понимаешь. — Он неловко указал на нижнюю половину своего тела.

— Боги, нет, — сказала я, всё ещё смеясь. — Обещаю.

Его улыбка стала шире.

— Хорошо, — сказал он с лёгкой самодовольной ноткой.

А потом, прежде чем я успела сказать хоть слово:

— Я так сильно люблю тебя, Зельда.

Моё дыхание перехватило, когда смех рассеялся, а его слова прозвучали в тихой комнате, словно трубный зов.

Потеряв дар речи, я подняла дрожащую руку и коснулась его щеки. Его глаза закрылись, когда он наклонился к моей ладони, и его щетина грубо царапнула мою кожу. Питер, с которым я путешествовала, всегда тщательно брился. Насколько тяжёлыми были для него последние недели?

Только сейчас я заметила тёмные круги под его глазами, морщинки в уголках, которых не было, когда мы расстались. Я приподнялась на носках и медленно поцеловала его в другую щёку. Я плохо умела говорить «я тебя люблю» в ответ, но, надеюсь, однажды скоро научусь.

— Это значит, — прошептал Питер едва слышно, — что ты меня простила?

На этот раз я поцеловала его в губы.

— Да.

Он вздрогнул всем телом, и я поцеловала его снова.

— Мне просто нужно было немного времени.

Через мгновение он подхватил меня на руки так легко, словно я весила не больше куклы. Его сильные руки прижали меня к груди, и я охотно прижалась к нему, положив голову на его широкую грудь. Склонив голову и прижавшись лбом к моему, он медленно понёс меня через квартиру, пока мы не остановились у закрытой двери моей спальни. Он сглотнул так сильно, что я почувствовала это щекой.

— Это также значит, что ты позволишь мне показать, как сильно я по тебе скучал?

Я вытянула шею, чтобы ухмыльнуться ему.

— Ты имеешь в виду — позволю ли я тебе переспать со мной?

Он тихо рассмеялся, коснувшись своим носом моего.

— Что-то вроде этого.

— Я позволю тебе переспать со мной, — призналась я.

Я провела кончиками пальцев вниз по линии своей шеи, наблюдая, как его взгляд следит за этим движением. Его руки крепче сжали меня.

— Я позволю тебе и другие вещи.

Он сглотнул.

— Зельда. Что ты говоришь?

Он знал, что я имела в виду, но ему нужно было услышать это вслух. Каждый раз, когда мы занимались любовью, он кусал меня — но только по моему прямому приглашению. Возможно, даже с возвращённой памятью он всё ещё не доверял себе достаточно, чтобы следовать своему биологическому инстинкту кусать, если не получит ясного подтверждения, что я этого хочу. Надеюсь, однажды он поймёт, что я всегда буду хотеть его укуса.

А пока я приподнялась и прошептала ему это на ухо.

— Я хочу, чтобы ты укусил меня.

Если раньше мне казалось, что Питер двигается быстро, то это было ничто по сравнению с тем, как он распахнул дверь моей спальни и почти швырнул меня на кровать. Его толстовка исчезла через секунду, затем и моя одежда — всё оказалось забытым ворохом на полу, пока он забирался надо мной. Осторожные прикосновения и благодарные слова исчезли. Хищный блеск в глазах Питера говорил лучше любых слов, как сильно он меня хочет.

— Прости, если я слишком тороплюсь, — прошептал он, дрожа от желания. — Если тебе нужно, чтобы я остановился…

Он оставил окончание фразы висеть между нами, пока целовал моё тело всё ниже и ниже. Нервы вспыхивали ощущениями и предвкушением, и я запустила пальцы в его мягкие каштановые волосы, чтобы удержаться в реальности.

Когда я слегка потянула за них, я с наслаждением услышала сорвавшийся у него звук.

— Если мне нужно будет, чтобы ты остановился, я скажу, — пообещала я, ахнув, когда он остановился у моего пупка и провёл языком. — Но мне не нужно, чтобы ты останавливался.

Он издал сдавленный звук — наполовину смех, наполовину всхлип.

— Ты сведёшь меня в могилу, — пробормотал он у чувствительной кожи моего живота.

Я извивалась от ощущений, от царапающей щетины, когда он опускался ниже… и ещё ниже. Между нашими телами почти не было пространства, но он всё равно был слишком далеко.

— Но, боги, я не могу придумать лучшего способа умереть.

Я едва узнала звук, сорвавшийся с моих губ, когда он вошёл в меня. Он был грубым, первобытным. Моя спина выгнулась над кроватью, тело поднялось навстречу ему, подталкивая дальше.