Чтение онлайн

Сотворив простенькое лечебное заклятие, я «обернула» им ступню и срастила трещинку. Наложив еще одно для обезболивания, надела ботинок и принялась его шнуровать.

— А ты у нас магичка! — еще больше развеселился парень.

— А что, таких не берут? — искоса глянув на весельчака, как можно безразличнее спросила я.

Сердце сжалось в комочек и перестало биться в ожидании ответа, я старательно шнуровала ботинок, делая вид, что это главное занятие всей моей жизни. А вдруг нет, придется вернуться в монастырь с повинной головой и предстать перед настоятелем и магистрами. Простите, мол, заблудшую овцу, леший попутал, и все в таком духе.

— Берут, берут! Всех берут, кто этого по-настоящему хочет и пройдет испытание.

У меня от сердца отлегло, оно снова стало биться в нормальном режиме.

— И что за испытание? — спросила я, поднимаясь на ноги.

— Учитель тебе все расскажет и покажет. Проходи. Мы зашли внутрь. Человек с лопатой пробурчал что-то типа:

— Шастают тут всякие, — и закрыл за нами калитку. Перед нами была еще одна стена. Парнишка уверенно пошел вдоль нее, и скоро мы нырнули в еще одну калитку, но будь я одна, ни за что бы ее не нашла и плутала бы по этому коридору между двух стен до скончания веков.

— Не обижайся на Кордо, он только внешне хмурый и строгий, а вообще очень даже хороший. Надо только узнать его получше.

— Поверю тебе на слово.

Перед моим взором предстала долгожданная цитадель во всей своей красе. Около десяти хорошо укрепленных каменных ярусов жилых и хозяйственных строений уходили далеко вверх. Каждый ярус отделялся от следующего стеной, не такой высокой, как наружные, но не менее внушительной, с округлыми башнями и острыми зубцами. Некоторые строения соединялись между собой и стенами легкими навесными мостиками. Большего со своего места я рассмотреть не смогла. Но мне хватило и этого. Целый город, потрясающий своим величием и грозностью архитектуры!

— Что застыла? — обернулся ко мне парнишка. — Насмотришься еще. Нас ждет учитель, а он не любит ждать.

— Уже иду, — поторопилась я догнать ушедшего вперед проводника. — Как тебя звать?

— Кадий. Я из Солнцеграда.

— Я — Хельга, вот и познакомились.

— Из монастыря чародеев, — кивнул Кадий.

— Откуда знаешь? — удивилась я.

— Все вы, чародеи, оттуда. Откуда же тебе еще взяться. Кадий провел меня к одной из башен, в которой мы поднялись на стену. Затем по навесным мостикам углубились в лабиринты города. Я с интересом разглядывала раскинувшиеся под нами строения. Большая их часть уходила внутрь горы, прямо как у гномов, оставляя снаружи террасы и балконы. Были и обыкновенные дома, сараи, конюшни, улицы, выложенные булыжником, небольшие парки и палисадники. Почти все как у нормальных людей. Сами жители, точнее сказать, братья, занимались самыми обычными делами. У конюшен чистили и кормили лошадей, в палисадниках окапывали и поливали растения, на стенах и тренировочных площадках проводили поединки воины. Может, я не туда попала? Мне казалось, что в боевом Братстве сутки напролет все тренируются, изучая приемы борьбы с чудовищами, а тут ведут вполне обычный образ жизни в хорошо укрепленном городе.

В одном из верхних ярусов мы сошли с мостика на ажурную террасу и вошли в устроенные внутри горы помещения. Широкий и светлый от обилия горящих факелов коридор подвел нас к винтовой лестнице. Поднявшись на несколько этажей вверх, мы снова вышли в коридор, только более широкий и менее освещенный. В полумраке мне удалось рассмотреть арочные ниши и скрывающиеся в них двери. Из множества тяжелых дубовых дверей Кадий выбрал одну, остановившись, вежливо в нее постучал.

— Войдите! Мы вошли.

Из-за яркого солнечного света, вливающегося в огромные окна кабинета, пришлось на мгновенье зажмуриться. О том, что зашли мы именно в кабинет, говорил огромных размеров стол, заваленный бумагами, свитками и книгами, множество книжных шкафов, маленький столик на итых изогнутых ножках и несколько кресел, два из которых были заняты.

— Мир вам и вашему народу, — ритуально поздоровалась я с обитателями кабинета.

— И тебе Мира и Света, — поднявшись, ответил худой высокий старик в мантии, похожей на одежду монастырских магистров, оглядывая меня спокойным взглядом серых с голубыми прожилками радужки глаз. — Спасибо, Кадий, можешь идти, — кивнул старик мальчику. — Тиджикх, продолжим разговор позднее, — это обращение относилось к темноволосому мужчине лет сорока, со смуглой кожей и слегка раскосыми узковатыми глазами.

Тот встал, молча кивнул и вышел вслед за Кадием.

— Рад приветствовать вас, — старик указал мне на только что освобожденное Тиджикхом кресло. — Давненько Братство не пополнялось магами.

Я молча присела на край кресла, ожидая расспросов, которые не замедлили прозвучать.

— Решила вступить в наши ряды или по поручению настоятеля? — сев напротив меня, начал допрос старик.

— Настоятель был категорически против, — честно ответила я.

— И что толкнуло тебя на этот сумасбродный поступок?

— Вы тоже считаете его сумасбродным? — вопросом на вопрос ответила я.

— Я — нет, но большинство разумных существ считают именно так. Кстати, я забыл представиться. Араканций Люциуцкий.

— Очень приятно, Хельга. Послушница монастырской школы магов и целителей. Девятый курс, факультет боевой магии.

— Итак, Хельга. Раз ты проделала столь длинный путь, значит, предполагала, куда и зачем идешь. Сейчас меня интересуют твои мотивы поступления в Братство и все, то с этим связано. Только не вздумай врать. Даже мизерная ложь закроет тебе путь к поступлению.

Я глубоко вздохнула, соображая, с чего же начать, и в течение последующего часа рассказала Араканцию свою историю. Всю без утайки. Слушал он внимательно, особенно про поход посла и встречу с островными вампирами, изредка задавая уточняющие вопросы.

— Что ж, — по окончанию моего рассказа сказал Арканций, — твоя история очень занимательная. Рад, что не врешь и не умалчиваешь не красящие тебя поступки.

— Вы меня примете? — с надеждой в голосе спросила я.

— Примем, примем. Не волнуйся.

— А то, что я оборотень, вас не смущает?

— Я вижу больше, чем ты думаешь, девочка. И то, что ты оборотень, не имеет никакого значения. Важна лишь чистота души и помыслов. В тебе нет вселенского зла, жажды власти и крови. Ты неспособна предать ради достижения цели и ударить товарищу в спину. Это главное.

— Кадий говорил, нужно пройти испытание.

— Это и было испытанием. Часто люди и представители других рас, приходя к нам, стараются выставить себя в лучшем свете. Рассказывают, какие они герои, или наоборот, какие они несчастные и обделенные. Большая часть этих рассказов является откровенной ложью. Проверка на предмет лживости — это главное испытание для разумного существа. Если лжет, значит, способен предать ради собственных целей.

— Но я уже рассказала, что довольно часто врала. И преподавателям, и даже лучшей подруге, не говоря уже о настоятеле и его ученике Алене.

— Не нужно путать одно с другим. Это абсолютно разные вещи. Ты пыталась выжить, и твоя ложь не приносила никому горя и несчастья. Разве можно осуждать за ложь голодного ребенка, который крадет краюху хлеба у пекаря, а потом лжет, что не делал этого, боясь наказания?

Я отрицательно покачала толовой.

— Вот и я тебе о том же толкую. Став с нами в один ряд, ты обретешь семью, в которой тебя всегда поймут и поддержат. Но вместе с этим ты приобретешь обязательства, от которых сможешь отказаться только ценой собственной жизни. Я тебя не пугаю, просто хочу, чтобы ты понимала, во что ввязываешься. Цели и задачи Братства широко известны, в то же время о них мало кто говорит. Мы отражаем вторжения из других враждебных миров, отслеживаем по всему миру и пресекаем запрещенные демонические исследования черных магов. Поэтому подготовка бойцов как магическая, так и физическая идет жестко, порой жестоко. Не буду скрывать, несмотря на все наши возможности и мощь, многие братья гибнут в схватках с демонами и чернокнижниками.