Чтение онлайн

некоторую нехватку сахаров в семенах и фауне. Этот симбиоз пошёл ещё

дальше: живя стаями наподобие общественных ткачей голоцена, но куда

более утеплённые, воробьи-стрелы более специализированы как охранники

авлара. Тут есть и аналог социально-возрастных ролей: более разноцветные

мелкоклювые птенцы убивают «мелочь» и чистят гнёзда с перьями друг

друга, а вдвое более крупные красно-фиолетовые взрослые с кривыми,

значительно зазубренными мощными клювами и более «бронированными» яркими

перьями — крупную добычу, давая своим потомкам пищу и опыт охоты. Тут

гнездо тоже взрослые из терновой лианы, подвида терна симбиотического.

Если рядом с местом всходы семечка терна растёт древесная или

кустарниковая стадия жизни авлара, то терн становится не шаром на берегу

моря или реки, а опушённой, смолистой, в обильных плодах, прочной

лианой, а воробей-стрела помогает расти и ему тоже, делая из него

цельное, с лабиринтом камер, гнездо для сотен особей-сородичей! Смола

позволяет птице склеивать гнездо без особого труда, согревая его изнутри

в холод и давая лучший рост. Так же по возрастным ролям обстоит и у

Жнецов: они учат и тренируют детёнышей на мелкой и не очень сухопутной

фауне ещё вне волн штормового сурового моря криоцена, чтобы в море

заплыла не неопытная беспомощная особь, которую легко съест незаметный в

море даже на расстоянии трёх метров от жертвы пятиметровый зеркальный

китовый гольян (семейство Cetahoxinaceae), главный хищник побережья

наряду с самим Жнецом, а уже сформированный свирепый охотник. В отличие

от голоценовых тюленей, которые на суше в детском и подростковом

возрасте совсем беспомощны, Жнец в детстве и юности имеет куда более

серый окрас, аналог четырёх тупых толстых коротких рогов на голове над

глазами для боя с непрошенными гостями и «лапообразные» ласты, чем у

родителей, и куда легче передвигается по суше. Он охраняет и чистит весь

дом. Лишь в море взрослым Жнец уже становится более «тюленевидным» и

тёмным. Рога у взрослой особи атрофируются, очень медленно превращаясь в

«шлем» для таранов головой на охоте и в бою. Взрослый Жнец, если он

самец, может за три минуты забить головой китового гольяна меньше трёх

метров длиной, а потом принести своей семье этот лакомый трофей.

Живя семьями, Жнецы помогают симбиотическому терну, разнося его семена, как и

опушённые воробьи с воробьями-стрелами для авлара. Каждая группа тёмных

морских маусов — не менее ста особей на одном участке берега, из

многочисленных семейных гнёзд —ревностно стережёт свои деревья и

территорию, а не выходя на сушу время от времени, как голоценовые

ластоногие. Убивают даже Ирвинов, если они зайдут слишком близко в их

«город». Хотя Ирвины защищены головным шлемом и особой конструкцией ушей

от ультразвукового крика Жнеца получше копача, но он и им тоже не особо

приятен, а неистовство в бою равноценно у крупных самцов и более юрких

мелких самок Жнецов спорит даже с их собственным. Потому охота на

морского дальнего сородича — самая крайняя мера, если кончилась прочая

еда.

Кстати, Жнецы могут плавать и в реках, а не только в морях, потому все речные и морские маусы — один генерализованный вид. Прочие же

были ещё в начале криоцена им вытеснены, а способность плавать на

тысячи километров помогла моряку заселить ледяные и травянистые

одновременно побережья всего мира. С ними на все берега мира пришёл и

симбиотический тёрн, который теперь может отпускать свои сочные изнутри

плоды по всей солёной воде на манер голоценового кокоса. Там, где живут

Жнецы и опушённые воробьи в вороюьями-стрелами, сам симбиотический тёрн

растёт лучше, чем при отсутствие таких охранников, и образует прибрежные

леса.

К слову, все теплокровные виды криоцена из-за суровости условий и благодаря ей истинно моногамны, чтобы проще прокормить и

защищать свою семью.

Таков в общих чертах мир сурового криоцена на экваторе.

Глава 3. Авларовая ледовая степь у моря.

Нас ждут бездны открытий и мудрости. Будем жить, чтобы получить их и царствовать во Вселенной, подобно другим бессмертным.

Циолковский К. Э.

Ни один атом Вселенной не избегнет ощущений высшей разумной жизни.

Он же.

Степи из серого в это время года ледового авлара (Avlaris cryovita), новой и

более живучей его разновидности, ощущают ветер и песню стихии сильнее

прочих. Ветер от слоя белого с розоватым налётом льда, вздымающегося на

десять метров над зимней низиной, полностью запорошил снегом их все. От

основания до кустарниковой опушённой кроны вся флора в снегу. Но это

привычно для них. Способные расти при минусовой температуре, эти потомки

авлара всеобщего заполонили всю землю, кроме ледников. Льды растениям

пока недоступны, но это пока: не хватает во льду нужных высшим растениям

микроэлементов! Но пурпурные бактерии развились лучше прочих своих

сородичей по царству и заняли эту среду обитания. Поэтому треть льда на

всей Земле — а лёд занимает половину поверхности криоценовой Земли! —

ярко-розовая с обильными красными прожилками. Биомасса этих новых

бактерий равна массе растений всей тайги и джунглей голоцена вместе

взятых.

И на эту новую пищу есть многочисленные едоки. Обычное и не очень.

Из степи утром вылетают пёстрые воробьи-стрелы. Зимой семян и плодов почти