Чтение онлайн

В отличие от тех, кто находился рядом с вурмеком существа в лощине совершенно не выглядели воинственными. Радуясь солнечному дню, они занимались обычными житейскими делами, какие Горен мог наблюдать в своей деревне каждый день. Кто-то заносил в пещеру воду в глиняных сосудах, кто-то мирно беседовал, усевшись на траве, а дети с визгом и смехом носились вокруг озера. И ничто в этих созданиях не говорило о враждебности и злобе.

Горен и его сопровождающие подошли ближе. Заметив среди пришедших чужака, обитатели долины обступили их и с удивлением и опаской принялись разглядывать вурмека. Они наперебой задавали высокому вопросы, а тот, тыкая в Горена пальцем, что-то горделиво им отвечал. Когда расспросы прекратились, высокий махнул рукой, призывая всех расступиться, подтолкнул вурмека по направлению к одной из пещер, и под гул голосов и выкрики из толпы троица спешно удалилась. У дверей пещеры их путь преградили двое охранников, облаченных в необычную громоздкую одежду и вооруженных длинными изогнутыми волной ножами. Подозвав высокого, они строго и с пристрастием принялись его допрашивать, а Горен, тем временем, любопытно всматриваясь, изучал их чудное одеяние. Деревянные щитки с резным орнаментом, сетчатые металлические рукава на вывязанных толстой нитью рубашках, замысловатые шапочки с удлиненными краями в области ушей- всё это внезапно напомнило вурмеку о незнакомце и камне, который он нашел в его шлеме.

«Наверняка, я упустил его в реке»,– с досадой, подумал юноша, незаметно просовывая руку в карман.

Камень был на месте. Несколько секунд Горен крутил его между пальцами, ощупывая каждую грань, а когда убедился, что тот не повреждён, оставил его, и аккуратно вытащил руку.

После недолгих переговоров с высоким стражи расступились, и путники вошли в двери. Внутри пещера оказалась широким тоннелеобразным коридором, постепенно уходящим под землю. Пол её, вымощенный уложенными в ряды галечными камнями, перетекал полукруглыми углами в идеально выровненные и осмоленные стены, а они, подобно арке, соединялись с потолком, который по всей его длине укрепляла туго натянутая металлическая сеть. По обе стороны с изгибов арочного потолка спускались подвешенные на кованых цепях светильники. Изготовленные в форме конических чаш, они были наполнены маслянистой жидкостью, которая бесшумно горела голубоватым пламенем, поднимающимся вверх яркими почти неподвижными языками. Там, где светильники висели по-два, в стенах коридора встречались небольшие дверцы. Рядом с каждой непременно стояли наполненное водой ведро и железный короб с вложенными в него незажженными факелами. На некоторых дверцах висели замки, другие были заперты засовами, а иные и вовсе стояли распахнутыми, открывая взору убранство находящихся за ними комнат.

Несомненно, Горен подозревал, что существа вели его к тому, кто заправлял землёй зелёных холмов. Он понял это по тому, как требовательно стражи допрашивали высокого у дверей пещеры и по тому, с каким трепетом оба существа шли в её стенах. Но вурмек не страшился этой встречи. Обустройство помещения, точность его элементов и по-хозяйски продуманные мелочи говорили о внимательном и разумном владельце. И это давало Горену надежду на то, что, выслушав, тот проявит к нему понимание и велит отпустить.

Коридор всё глубже уводил под землю. Прохлада и запах сырости, которые при входе в пещеру показалась Горену ненавязчивыми, становились всё более ощутимы. Юношу уже заметно знобило от пробирающего холода, и скоро он почувствовал, как кончики его пальцев, замерзая, начинают медленно деревенеть. По счастью, за очередным поворотом, выведя вурмека и существ к высокой двустворчатой двери, коридор кончился. Перед троицей снова предстала вооруженная стража. Едва заметив чужака, охранники в туже секунду выхватили из-за поясов ножи и направили их в сторону пришедших. Растерявшись от неожиданности, существа застыли без движения. Один из стражей строго выкрикнул что-то высокому, на что тот, сделав шаг вперед, вытянул руки перед собой, и продемонстрировал пустые ладони. Страж недоверчиво смерил его взглядом, а затем взмахнул ножом в сторону Горена, и заговорил, явно им интересуясь. Высокий произнес в ответ несколько фраз, подошел к юноше и напыщенно ухмыльнувшись, вытолкнул его навстречу к стражам. Оказавшись вплотную к ножу, ошеломленный Горен решил что его хотят убить. В испуге он отпрянул назад, но, не успев сделать и пары шагов, споткнулся о ноги высокого и, под хохот присутствующих, свалился на пол. Пока юноша приходил в себя и поднимался на ноги, высокий вновь заговорил с охранником. По его жестам было понятно, что речь идет о том, как существа встретили вурмека на Волчьих Берегах и вели его через холмы. Страж слушал рассказ высокого внимательно и, когда тот закончил, не стал торопиться его пропускать. Осмотрев существ с головы до ног, он потребовал сдать ножи и держаться от входа в отдалении, после чего скрылся за дверью, оставив своего напарника одного.

Спустя несколько минут, страж вернулся и жестом пригласил ожидающих пройти внутрь. Миновав двери, троица оказалась на пороге просторной, богато обставленной залы. Комната имела вытянутую овальную форму и ещё два входа по своему периметру, каждый из которых закрывали тяжелые расписные занавеси. Стены и потолок залы были украшены рисунками с изображениями диковинных животных и птиц. Между ними, переплетаясь и овивая каждый образ, тянулись тончайшие, кованые стебли, увенчанные мелкими, невероятно похожими на живые, листочками. В центре комнаты, в окружении возвышающейся каменной кладки, располагалась большая конусообразная чаша, наполненная горящим маслом. А на полу, посреди бархатных ковров и расшитых золотой нитью подушек, лежала волчья шкура. Направленная к входу морда зверя застыла в немом оскале. В свете пламени безжизненные глазницы, украшенные пурпурными камнями, зловеще поблёскивали, словно оживляя свирепое чудовище. На шкуре, вдавив её в пол, стояло большое, вырезанное из красного дерева кресло. Его сиденье и спинка были обиты тканью глубокого изумрудного цвета, а на боковинах подлокотников и в изголовье вырезан тот же орнамент, что и на щитках у стражей.

Войдя в комнату, существа, пленившие вурмека, удивительным образом переменились. Их горделивая бравада исчезла и теперь они стояли молча, вытянувшись во весь рост и лишь изредка переминаясь с ноги на ногу. А когда занавесь у одного из входов качнулась, они одновременно поклонились и так и остались стоять, не поднимая голов. На пороге залы появились двое. Это были создания, схожие с теми, что населяли лощину, однако их внешний облик значительно отличался от остальных. Одно из них, рослое и крепко сложенное, имело грубые черты лица, выдающие в нем мужчину. Но при этом, его присборенные и подшитые кружевом одежды больше напоминали женское выходное платье, чем сбивали вурмека с толку и повергали его в изумление. Второе создание изрядно походило на дряхлого истощенного старика, обмотанного до пят отрезом простой ткани. Точно завязанное в узел его высохшее тело, казалось, было раздавлено нависающим над ним спинным горбом. Длинные пряди седых волос, тонкие и иссаленные, почти полностью закрывали лицо старика и оттого придавали ему еще более гадкий и пугающий вид.

Первый окинул визитеров недолгим взглядом и с важным видом зашагал к креслу. Старик проследовал за ним. Держась немного позади и опираясь на палку, он двигался медленно, коротко шаркал ногами и покряхтывал. У кресла мужчина в платье подобрал полы своего одеяния и, вальяжно усевшись, взмахнул рукой в сторону вурмека. Высокий тут же выпрямился, сделал несколько чеканных шагов вперёд, поклонился и заговорил. А старик направился к Горену. Приблизившись к вурмеку, он наклонил набок голову и, выглядывая в щель между прядями волос, принялся внимательно его рассматривать. От этого взгляда юноше стало не по себе. Он попытался отстраниться от любопытного старика, сделав шаг назад, но тот внезапно схватил его за руку и произнёс сиплым женским голосом:

– Еще один храбрый житель старого леса.

Горен невольно вздрогнул и, одернув руку, отступил в сторону.

– Не такой уж и храбрый,– с сарказмом добавил старик и ехидно захихикал.

Его насмешка задела вурмека. Расправив плечи и уверенно, с некоторой долей напускного презрения, он взглянул на старика так, будто перед ним было нечто совершенно никчемное. Но это не произвело никакого впечатления. Старик продолжал всматриваться и желчно посмеивался.

Внезапно он замолчал, опять ухватил Горена за руку и произнес:

– Пойдем-ка со мной.

Уводя за собой юношу, он побрел в направлении кресла. Вурмек не стал противиться. Над ним уже достаточно посмеялись и сейчас ему отчаянно хотелось доказать, что он не трус.

Старик подвел Горена к подушкам, что лежали рядом с креслом.

– Моё имя Уманта,– сказал он, усаживаясь,– Я хранительница рода сурицитов, в чьих владениях ты сейчас находишься. Эти холмы и все земли от границ Камней Зверя до Морских Врат принадлежат Десуру, верховному сурициту, нашему правителю. Ты в его доме и должен показать своё почтение. Поклонись владыке, как это сделали Реин и его сын Эглис, что привели тебя сюда.

Вурмек робко поклонился сидящему в кресле сурициту. Однако, Десур даже не взглянул на юношу. Он лишь слегка приподнял кисть руки, дав понять, что заметил его, и продолжил разговор с Реином. Это еще больше смутило Горена. В Вурмекском Лесу правителей не было. Поэтому бывать в их домах и отдавать поклоны ему раньше не доводилось. Как отнестись к надменности владыки юноша не знал. К тому же, то обстоятельство, что он принял хранительницу за старика, придавало ему ещё больше неловкости. Вурмек стоял в замешательстве, озадаченно глядя перед собой.

– Ты можешь сесть,– вновь заговорила Уманта,– Почести соблюдены, и теперь я хочу узнать, кто ты и как оказался в наших краях.

– Меня зовут Горен,– усаживаясь, ответил юноша,– Я родом из леса, что стоит за Этоей. И появление моё здесь случайно. Вчера ночью, убегая от филина, я упал в реку. Она вынесла меня на Волчьи Берега. В тех землях на меня напали волки, и я спасся от них, забравшись на скалу. Там-то меня и схватили двое ваших мужчин. И вот я здесь.

Хранительница беззубо улыбнулась и, с прищуром глядя на вурмека, сказала: