Путешествие в никуда: Энея и Кольцо
Шрифт:
– Значит, Аарон, – начал вечерний разговор Эйден, забравшись на свою койку, – ты с нами будешь жить?
– Пока что с вами, – согласился он, пролистывая в своём мобильном телефоне ленту новостей, – даже удивительно.
– Это к лучшему, у нас веселее будет, чем со специалистами, – весело проговорил уставший молодой голос блондина.
– Не сомневаюсь, – отстранённо ответил сероглазый парень. Он не любил бессмысленные разговоры, предпочитая оставаться в своих мыслях или за чтением книг, но сейчас Аарон находился не дома с Ланой, поэтому без особого желания, он всё-таки участвовал в беседе.
– Обратил внимание, сколько здесь камер? – продолжал диалог молодой чёрногвардеец.
– Нет, а много? – Аарон попытался вспомнить, но осознал, что не обратил на это внимание.
– Очень, на улице почти на каждом углу установлены, в столовой штук восемь насчитал, – поделился наблюдениями Эйден.
– Важный объект всё-таки, – заметил сероглазый парень.
– Это-то понятно, – согласился он, – просто не привычно, что за тобой постоянно следят.
– В мире до Катастрофы так и жили, – сказал Аарон, отправив своей жене сообщение: «Уже разместилась? Я буду жить вместе с Эйденом и Риносом и ещё одним гвардейцем. А тебя с кем поселили?»
– Да, – согласился чёрногвардеец, – вот этого и не понимаю, как можно было так жить?
– Нормально они жили, – поддержал разговор Ринос, – со временем привыкаешь ко всему, особенно, если с детства так живёшь. Тут вопрос в другом, где с девкой пообжиматься так, чтобы камеры не увидели? – ехидно улыбнулся он.
– А вот это уже важный вопрос, – согласился Эйден. – Вот только дадут ли они нам? – усмехнулся он, усевшись на край кровати и свесив ноги вниз. – Строят-то из себя, чёрт знает кого, ещё и смотрят, будто на захватчиков.
– Молодой, не парься, – ответил ему Натан, – чем больше из себя строит, тем приятнее будет её тискать. Это они на людях все такие патриотичные, а отведи в сторонку, поговори с ней, как с девушкой, и всё будет у тебя.
– Правильно говоришь, – согласился Ринос, – главное внимание, ну и не быть размазнёй…
Аарон не участвовал в разговоре, у него эта тема не вызывала интерес: «Любимая девушка у меня есть, даже теперь в статусе жены. И сейчас она со мной, тут на базе». Аарону важно, что Лана с ним.
Мобильный телефон провибрировал о получении сообщения: «Поселили к двум местным работницам. Никого из участников экспедиции не видела. Девочки говорят, что они живут в отдельном здании, – следом пришло второе сообщение. – Я уже засыпаю, спокойной ночи», – в конце стоял целующийся смайлик.
Аарон отправил ответ: «Хорошо, спокойной ночи, Любимая», – закончив сообщение сердечком.
***
Женское общежитие в высоту составляло девять этажей. Сразу на входе в холле дежурила администратор, которая распределяла работников по комнатам. Проверив её пропуск, звонко и монотонно она указала комнату:
– Шестьсот шесть, шестой этаж. Можете воспользоваться лифтом, просто приложите свой пропуск, – подсказала администратор, сразу переключившись на следующую девушку.
– Спасибо, – поблагодарила Лана и направилась к лифтам, которые располагались по левой и правой части холла. Воспользовавшись одним из них, она поднялась на свой этаж.
Комната тёмно-русой девушки находилась в середине правого коридора. Лана с любопытством оглядывалась по сторонам, заглядывая в приоткрытые двери, из которых доносились неразборчивые звуки от чужих разговоров.
Наконец, она подошла к своей будущей комнате. Открыв дверь, Лана увидела двух девушек. Одна ходила по комнате в голубых штанах с вертикальными белыми полосами, верх был открыт, а грудь скрыта от глаз розовым лифчиком с чёрными цветками. Другая будущая соседка тёмно-русой девушки сидела на кровати, одетая ещё в гражданскую одежду. В руках она держала мобильный телефон и просматривала ленту новостей, параллельно ведя беседу с переодевающейся подружкой. Обе были знакомы и вели дружеский разговор о жизни и быте. Услышав звук открывающейся входной двери, они обернулись в сторону незнакомки.
На вид им было около тридцати лет. Одна имела длинные тёмно-рыжие волосы, разбавленные чёрными прядями. Аккуратный вздёрнутый вверх носик, голубые глаза, веснушки на чистом от косметики лице и пухлые розоватые губы с красными полосками треснутой от обветривания кожи.
Лицо другой девушки показалось Лане грубоватым, с прямым носом, но без горбинки. Тёмные корни волос переходили в светлый блонд. На лице виднелись угревые высыпания. Широкие, практически чёрные глаза внимательно изучали новую соседку, а тонкие губы, почти незаметные, изобразили натянутую приветливую улыбку.
– Меня зовут Элиза, можно просто Эли, – представилась рыжая девушка, затем указала рукой на соседку. – А её Милари или проще Мила, – переведя взгляд на Лану, она задала вопрос. – А ты значит, та новенькая, про которую все говорят? – улыбнулась Элиза, заигрывающе посмотрев на незнакомку.
– С тобою ещё парень должен быть, да? – уточнила Милари, которой, в отличие от первой девушки, не очень хотелось делить комнату с кем-то ещё. Об этом говорил её нахмуренный взгляд и равнодушный голос, совсем не похожий на звонкий и добродушный, как у Элизы.
– Да, его зовут Аарон, но он ушёл с гвардейцами, – ответила Лана. – Вы давно здесь? – поинтересовалась она, поймав себя на мысли, что ей интересно наблюдать за рыжей девушкой.
– Приехали с вами, но это не первая командировка, – пояснила ей Элиза. – Мы работаем уже два года, по три месяца, потом меняемся.
– И много платят? – сразу полюбопытствовала Лана, подойдя к свободной койке.
– Прилично, в Коммандере такую работу не найдёшь, – ответила рыжая девушка. – Меня сюда устроил муж, он тоже работает здесь, занимается подготовкой «Монстров».
– А меня отец направил, а тебя? – спросила Милари. – Я слышала про то, что твой муж помог имперскому офицеру, и за это вас и направили сюда. Правда или всё намного проще? – искренне поинтересовалась она, сменив недовольную нейтральность на слабое приветствие.
– Правда, – честно ответила Лана, решив не темнить, понимая, что находящиеся здесь люди всё знают: «По крайней мере, почти всё». – Аарон предотвратил покушение на Хэйтема Ньювера, – пояснила тёмно-русая девушка, поймав себя на мысли, что не знает, как к этому относиться: «Гордиться его поступком или всё же быть осторожнее, ведь чёрногвардейцев не особо любят, возможно, даже здесь».