Чтение онлайн

— Да, но все равно хочется на воздух.

— За малышами сейчас приедет Мари, она отвезет их к нам, пусть играют. И не спорь, а тебя я отвезу домой.

Сил возражать не было. По дороге домой в такси Полина осторожно расспрашивала княжну о ее состоянии.

— И давно у тебя эти приступы?

— Да, нет, я думаю, что просто устала. С появлением Мишеля жизнь изменилась, теперь я нужна не только Никите, и уделять одинаково внимания им обоим мне нелегко.

— Да, возможно.

Оставшуюся дорогу подруги молчали. Уже дома в гостиной, Полина продолжила разговор.

— Елизавета, я не хочу обнадеживать тебя, но то, что я вижу и все эти симптомы, как правило это означает только одно.

— Что? — молодая женщина до сих пор не понимала.

— Да беременность, что же еще, глупышка моя!

— Что? Полина ты думаешь, что это?

— Я почти в этом уверена.

— Нет, не говори мне этого, а если ты не правда, если, я не…

— Во-первых, успокойся, волноваться вредно. Если я права, что ж прекрасно, если нет, то у тебя есть Мишель и ты не будешь впадать в депрессию как несколько лет назад. Но я советую тебе, не затягивай поход к месье Шатилену.

Елизавета поехала к доктору в тот же день после обеда, желание узнать действительно ли она беременна было слишком велико. Она не могла поверить в это, сердце учащенно билось, неужели же это все-таки случилось…

Месье Шатилен, наблюдавший молодую женщину уже почти шесть лет после ее сбивчивого рассказа, задал еще множество вопросов и внимательно осмотрел свою подопечную.

Одеваясь за ширмой, не в силах больше находится в неведении, княжна взмолилась.

— Ну что Вы скажете, месье? Я не могу больше, у меня сердце сейчас разорвется.

— В первую очередь, мадам, я советую Вам дышать ровнее и стараться не волноваться, ибо в вашем положении это недопустимо.

В кабинете повисла напряженная тишина, Елизавета не могла поверить и в то же время умом осознавала, что эта правда, она ждет ребенка.

— Господин Шатилен, Вы уверены, это не может быть ошибкой?

— Исключено, Вы беременны около двух месяцев. Это достаточно большой срок, чтобы ошибаться.

— Спасибо, мой дорогой доктор, я… я просто не знаю, что сказать, — не в силах больше справиться с эмоциями, Елизавета бросилась на шею пожилому мужчине, — Вы как никто знаете, как я надеялась, сколько ждала этого чуда, Вы и только Вы еще верили в меня, поддерживали. Месье Шатилен, но почему же это наконец случилось? Ведь по правде говоря, я уже почти потеряла надежду.

— Вот наверное именно поэтому. Елизавета, Вы были зациклены на этом вопросе, не видели ничего вокруг, а теперь отвлеклись. Ваша школа славится на весь Париж, и я слышал, недавно Вы усыновили малыша. Вот Вам и ответ, все произошло само собой, и потом Господь всегда воздает нам за добрые дела.

— Но что же мне делать теперь, как вести себя, я так боюсь…

— Ничего не надо бояться, присаживайтесь, милая моя пациентка. Вы стали мне за эти шесть лет почти как дочь и я всегда буду рядом. Я обещаю Вам, родная моя, Вы выносите и родите этого малыша. Ну а теперь внимательно послушайте мои рекомендации.

Никогда еще Елизавета не ждала Никиту с таким нетерпением. Она мерила шагами гостиную, без конца подбегала а к окну, прислушивалась, не открылась ли дверь.

Мишеля она оставила у Полины, слишком важный предстоял разговор с мужем. Наконец, уже в глубоких сумерках князь вернулся домой.

— Никита, ну где же ты был так долго? Я вся измучилась.

— Что случилось, радость моя? Почему ты одна, в потемках. Где все? Даша? Миша?

— Дашу я отпустила, а Мишенька у Полины.

— Что-то случилось? — в глазах супруги плескалось такое неприкрытое волнение и восторг и нежность — Чем ты так взбудоражена, милая?

— Все, я больше не могу. Никита, я жду ребенка!

Теперь в глазах князя стоял немой вопрос и удивление и легкая настороженность.

— Что? Я не ослышался и правильно понял тебя? Но, Елизавета, ты уверена? Я не хочу, чтобы потом…

— Никаких потом, я была у врача уже два месяца, милый мой, дорогой. Я готова сойти с ума от счастья!

— Два месяца? — Никита задумался, — тогда по всей видимости это наша рождественская ночь.

— Да, та самая незабываемая и волшебная.

— Бог мой, родная, я… у меня нет слов, я стану отцом… — Никита бросился к жене, подхватил на руки, закружил.

Они целовались, смеялись, боясь поверить своему такому долгожданному и неожиданно обрушившемуся на них счастью.

За ужином Никита был предупредителен до мелочей, и смотрел с такой невыразимой нежностью, что щемило сердце. Потом он растопил камин, обнял жену, усадив к себе на колени и целуя любимые пальчики, почувствовал, что на глаза сами собой наворачиваются слезы.

— Елизавета, ангел мой, если бы можно было вот держать тебя в объятиях всю оставшуюся жизнь. А тем более сейчас. Хочется защитить тебя от всего на свете, оберегать. Милая, пообещай, что будешь осторожна. Умоляю тебя, выполняй все советы доктора, а впрочем я сам поговорю с ним.

— Что за недоверие? Я не стану вредить себе, и тем более малышу, не волнуйся, родной, я буду благоразумна, обещаю.

— А Миша? Когда Вы играете, на ушах стоит весь дом. Может все же не стоило нам спешить с его усыновлением.

— Что? — голос молодой женщины дрогнул, — скажи, что ты так не думаешь. Не надо, Никита, я люблю этого мальчика, и Господь воздал нам за него. Он чудесный малыш тебе просто нужно проводить с ним больше времени. В его жизни не было отца, так стань им, прошу тебя!

— Прости, родная моя, ты права, просто мне труднее привыкнуть, осознать, что нас теперь трое, то есть нет прости четверо.

— Да, я все понимаю и все же, молю тебя, уделяй ему больше времени и он потянется к тебе, вот увидишь.

Беременность Елизаветы протекала нелегко. Сначала ее мучили тошнота, слабость, отсутствие аппетита, потом пришла чувствительность к запахам, а еще смена настроения, беспричинные слезы.

Никита стоически терпел, проявлял внимание, заботу. Любимым его занятием стало прижимать ладонь к растущему животу супруги, разговаривать с малышом. А когда тот начал толкаться, то Никита готов был все время находиться рядом и следить за этим увлекательным занятием.