Чтение онлайн

В течение недолгого периода правления Наполеона, который закончился поражением при Ватерлоо, Ней был в числе главных военачальников императора. После поражения Наполеона Ней попытался вернуться на службу к Бурбонам, но так как они отказались иметь с ним дело, Ней решил скрыться. Его, однако, скоро нашли и арестовали, что вызвало сильное неудовольствие короля и его правительства. Им было ясно, что судить столь известного человека за измену при неустойчивом положении династии Бурбонов было крайне невыгодно.

Однако под давлением крайне правых кругов они были вынуждены начать судебный процесс, в результате которого Ней был приговорен к смертной казни и расстрелян у входа в Люксембургский парк. Так закончилась жизнь основателя французской линии князей Московских. После схода со сцены династии Бурбонов, на месте казни Нея был поставлен довольно скромный памятник.

Неточность перевода. Странность титула маршала Нея усугубилась не совсем точным переводом этого титула на русский язык в современных справочниках и исторических сочинениях. Можно отметить, что более ранние русские историки избегали называть Нея князем Московским. Однако эта форма перевода оказалась принятой в последнем издании Большой советской энциклопедии и в других справочниках, изданных в последние годы.

На самом деле французский титул принц не вполне соответствует русскому слову князь и русско-польская форма окончания «-ский» совершенно чужда французскому языку. В наше время иностранные титулы чаще передаются на русском языке более или менее дословно, без переделки их на русский язык. Следуя такому обыкновению, Нея правильнее было бы называть принц де ла Москова. Нелепость этого титула при таком его изменении не была бы устранена, но удалось бы избежать недоразумений, связанных с совпадением выражений, имеющих совершенно разное историческое содержание.

Каспар Гаузер. В мае 1828 г. на улицах баварского города Нюрнберга появился бедно одетый подросток, растерянность и очевидная беспомощность которого привлекли внимание прохожих. У него оказалось два письма — одно, написанное его матерью, где указывалось, что имя мальчика Каспар Гаузер, что он родился в апреле 1812 г. и что его отец — офицер кавалерии — умер. В другом письме неизвестный крестьянин сообщал, что он содержал мальчика в тесном помещении с октября 1812 г. и не выпускал его на свободу все прошедшие годы, хотя все же научил его читать и писать. Поведение мальчика полностью подтверждало сведения о его длительном пребывании в заключении, он явно ничего не знал об окружающем его мире, ничего не хотел есть, кроме хлеба, и т. д.

Необычайное поведение Каспара Гаузера привлекло к нему общее внимание. Его взял к себе на воспитание учитель нюрнбергской гимназии, и Гаузер начал привыкать к новой для него жизни, но вдруг примерно через год после его появления он был ранен неизвестным человеком. После этого Гаузера поместили под охрану в баварском городе Ансбахе, где им заинтересовались различные высокопоставленные лица, включая английского лорда Стенхопа. В это время баварский король объявил о крупной награде (10 тыс. гульденов), которая будет выдана тому, кто сообщит о происхождении Каспара Гаузера. Однако на это предложение никто не отозвался.

В конце 1833 г. Гаузер был тяжело ранен в королевском парке Ансбаха, после чего он через три дня умер. Перед смертью Гаузер успел рассказать, что в парк его просил прийти незнакомый человек, который обещал сообщить ему о его родителях, но вместо этого попытался его убить.

После смерти Гаузера баварский король приказал воздвигнуть ему памятник в той части парка, где Гаузер был смертельно ранен. Этот памятник существует до настоящего времени.

Уже при жизни Гаузера начали появляться публикации, в которых обсуждался вопрос о его происхождении, причем число таких публикаций многократно возросло после его смерти. До начала XX в. было издано много разнообразных книг, посвященных этому вопросу, от серьезных исследований до романов (из них наиболее известен роман Я. Вассермана, переведенный на русский язык). Некоторые книги написали люди, лично знавшие Гаузера, в частности лорд Стенхоп, которого авторы некоторых других публикаций обвиняли в убийстве Гаузера. Оставляя в стороне такие явно неправдоподобные фантазии, следует выделить два объяснения судьбы Гаузера, которые поддерживали наиболее осведомленные и непредубежденные исследователи его загадочной истории.

Первое объяснение заключалось в признании подлинности писем, которые имел при себе Гаузер. Сторонники этого объяснения считали Гаузера не вполне нормальным человеком, который старался привлечь внимание к интересовавшему многих вопросу о его происхождении и с этой целью дважды сам себя ранил — второй раз слишком сильно, что и привело его к смерти.

Другое объяснение было гораздо интереснее. Оказалось сравнительно нетрудным найти германское государство, где в 1812 г. умер в младенчестве наследник престола, в результате чего старшая линия правящей династии должна была смениться младшей линией, которая не имела права на наследование. Предполагалось, что вторая (морганатическая) жена недавно умершего правителя государства сумела похитить наследного принца и заменить его больным ребенком, который впоследствии умер и был похоронен. Это открыло сыну морганатической жены дорогу к престолу. Легко понять, что появление похищенного принца могло разрушить этот план, чем и объясняли убийство Каспара Гаузера. Данная версия приобрела большую известность и ее поддерживали авторы ряда книг.

Следует указать, что дискуссия о происхождении Каспара Гаузера до конца эпохи существования входящих в германскую империю государств (т. е. до 1918 г.) имела отнюдь не академический характер. Признание второй версии означало, что правители одной из наиболее значительных германских стран — великого герцогства Бадена, захватили власть в результате тяжелого преступления.

Наследие маркграфа. Существовавшее в прошлом сравнительно большое государство Баден, расположенное на юго-западе Германии, возникло в результате деятельности маркграфа Карла Фридриха, который принадлежал к древней династии Церингенов. В предшествующие годы владения членов этой династии раздробились на мелкие владения и, когда в 1733 г. в возрасте десяти лет Карл Фридрих унаследовал одно из них, он оказался одним из многих правителей маленьких германских государств. За 73 года правления Карла Фридриха территория его государства очень значительно возросла в результате получения им наследств, покупки земельных владений и, в последние годы жизни маркграфа, в результате получения подачек от всемогущего тогда Наполеона. Завоевав благосклонность французского императора женитьбой своего внука и наследника Карла на приемной дочери Наполеона Стефании Богарне, маркграф сумел не только расширить территорию Бадена, но и получить титул великого герцога, который после смерти Карла Фридриха в 1811 г. носили его наследники.

Для последующих событий имело значение решение овдовевшего маркграфа жениться в 1787 г. на баронессе Гейер фон Гейерсберг. Так как невеста не принадлежала к правящему роду, этот брак был морганатическим, причем вторая жена Карла Фридриха и их дети получили титулы графов Хохберг. Стоит отметить, что, хотя вторая жена Карла Фридриха была моложе его на сорок лет, она пережила его не на очень долгий срок и умерла в 1820 г.

Известно, что по династическим законам дети от морганатических браков обычно прав на престол не имели. Однако этот вопрос не было причины обсуждать при жизни первого великого герцога, так как, если его старший сын довольно рано умер, Карла Фридриха пережили другие потомки от первого брака: внук Карл, который стал великим герцогом, и младший сын Людвиг.

Через пять лет после смерти Карла Фридриха сложилась критическая ситуация. После падения Наполеона главы победивших французского императора великих держав занялись новой перекройкой карты Европы, причем эта перекройка была особенно опасна для германских государств, находившихся в союзе с Наполеоном. Значительная угроза, возникшая для Бадена из-за его участия в главных войнах Наполеона вплоть до битвы при Лейпциге, была отведена благодаря помощи русского императора Александра I, жена которого была баденской принцессой.

В худшем положении оказалось другое южногерманское государство — Бавария, у которого не оказалось столь влиятельных покровителей. Несмотря на отчаянное сопротивление баварского короля Максимилиана, он лишился многих наследственных владений. Чтобы как-то смягчить создавшуюся ситуацию, министр иностранных дел Австрии Меттерних пообещал Максимилиану, который так же, как и Александр I, был женат на баденской принцессе, что в случае пресечения правящей Баденом династии Церингенов Баден по праву наследства будет присоединен к Баварии. В 1816 г. это обещание представляло известную ценность, так как родившийся в 1812 г. сын и наследник великого герцога Карла вскоре умер, новых сыновей у него не появилось, а его дядя принц Людвиг был уже пожилым человеком. При этом подразумевалось, что линия Хохбергов прав на баденский престол не имеет, против чего великий герцог Карл возразить не мог, т. е. о его мнения правительство Австрии, бывшей одной из великих держав, победивших Наполеона, не спросило.