Чтение онлайн

Их заинтересовал предмет, который муравей держал перед собой. Предмет напоминал крохотный, но очень крепкий колокольчик на палочке, в этот колокольчик и говорил страж полей.

– Простите, пожалуйста, но что это у Вас за интересный предмет? – спросил медвежонок.

– Это волшебно – говоритель, – нехотя отозвался Муравей, – я же страж, мне нужно, чтобы меня слышали. Голос должен лететь! Понимаете?! – без особой надежды на понимание спросил священный Муравей.

– Отчего ж не понять? – отозвался Утюжок. – И где выдают такие штуки?

– Это не штуки! – рассердился Муравей. – Это боевые регалии, предметы особой важности и необходимости! И их кому попало, не выдают!

Тут он смерил Плюшевую Подмогу искренне гневным взглядом снизу вверх, значительно повращал глазами, потом усами и замолк.

– Просим прощения за неучтивость, – вмешалась мудрая Сова, – но не могли бы Вы, если Вас не затруднит, конечно, подсказать, знаете ли Вы что-либо о судьбе нашего дорогого друга, слоненка Тиглу? Видели ли Вы его, говорили ли Вы с ним? Премного благодарна Вам заранее! – завершила она.

Сова пыталась найти самые учтивые слова, которые только были у нее в запасе, и порадовалась произведенному впечатлению. Никто ее не прерывал, все стояли с открытыми ртами, в том числе и муравей.

– Ну, для начала, никакого Тиглу я не встречал, – ответил взвешенно Муравей, – но землетрясение было.

– Простите?!

– Я говорю, – начиная раздражаться, повторил муравей, – зем – ле – тря – се – ние! Это когда земля трясется, приходит, так сказать, в состояние нестабильности и турбулентности, – и он закатил глаза, а потом завращал усами.

– Не – е – е! Что такое землетрясения мы знаем, но причем здесь слоненок?!

– Ваш слоненок здесь совершенно не причем, – спокойно ответил священный страж.

Он, видимо, считал ниже своего достоинства вдаваться в объяснения с такими неповоротливыми в плане мышления созданиями, как герои плюшевой подмоги.

– Значит, землетрясение? – тихо повторил Ганс.

– Да, – невозмутимо ответил Муравей.

– А могли бы Вы подробнее рассказать о нем?

– Пожалуйста, – ответил страж.

– Как вы все знаете, – обратился он ко всем присутствующим, – я был поставлен здесь, чтобы охранять спокойствие и благоденствие всех известных волшебному миру лугов и полей, в данном случае, этих, – Муравей указал лапкой на землю перед собой.

– У меня есть сабля, и вам лучше с ней не встречаться, – он медленно обвел глазами путешественников.

– Кто меня поставил, спросите вы?

Звери ничего спрашивать не собирались, но признаваться в этом не стали.

– Так вот! – продолжал Муравей. – Меня сюда поставил, – он сделал паузу, – Волшебник!

«И как только он не устает держать волшебно – говоритель столько времени перед собой, – думал медвежонок Ганс, – мы беседуем давно, а колокольчик будто прилип к его рту и все тут».

– Повторяю, – громче обычного продолжал Муравей, – Волшебник обратился ко мне с поручением, о котором я могу вам рассказать лишь частично. И теперь я несу сторожевую вахту практически постоянно, прерываясь исключительно на завтрак, обед, полдник и ужин, но в эти моменты здесь обычно ничего не происходит, так что и беспокоиться не о чем.

«И как это Волшебник умудрился заметить этого крошку в лугах?» – продолжал удивляться медвежонок.

– А можно ближе к землетрясению? – произнесла вдруг лисичка Тонечка совершенно мирным голосом, от которого все дружно вздрогнули, так как голос Тонечки звучал подозрительно впечатляюще.

Странный волк Утюжок смотрел на лисичку с нескрываемым восхищением!

– Что? – съежился в голосе страж полей. – Я как раз подбираюсь к землетрясению.

– Подбирайтесь, пожалуйста, быстрее, – заметила белочка Зоя, – мы ведь друга ищем.

– Как раз тогда, когда вы меня прервали, я собирался сказать, что землетрясение вчера наступило неожиданно: все вокруг потемнело, земля затряслась! – серьезно заметил тот.

– И что?

– И все, – отрезал Муравей.

– Вы сказали «неожиданно»? – мягко спросил медвежонок.

– Верно.

– Почему неожиданно?

– Потому что никто этого не ожидал, ничто не предвещало изменений. Солнышко домой не собиралось, ветер ни на кого не сердился, земля ни с кем не ссорилась. Войны не предвиделось, все было тихо и спокойно. Я ел.

– Так-так, – отметил Ганс.

– Что значит «так-так»?! – обиделся Муравей. – У меня был обед, ровно в четырнадцать ноль-ноль, как всегда.

– А долго длилось землетрясение? – перебил его медвежонок.

– Длилось не так чтобы очень, но обед был сорван, – отчеканил Муравей.

– А потом…? – спросил медвежонок.

– Потом, – перебил его Муравей, – земля вся взъерошилась, будто по ней скакал кто-то неуравновешенный. Скакал и прыгал, то там, то сям. Теперь вот везде пробоины да рытвины. Образовалось несколько озер!!! – вызывающе закончил он.

– Озер?! Это интересно, – заметила белочка Зоя, – можно посмотреть?

– Идите прямо, вам туда, – сменив гнев на милость, заключил Муравей.

– Ничего необычного, кроме землетрясения, Вы не заметили, храбрый страж лугов и полей? – спросил медвежонок.

– Заметил, – отозвался тот, – в землетрясении участвовала птица с гигантскими крыльями и клювом. Она закрыла собой Солнышко, несла, наверное, в когтях что-то очень большое, ну, или сама была Наигигантнейшей.

Муравей вытаращил черные глаза в лупу:

– Так у вас вроде принято говорить друг о друге.

– Оооо! – вырвалось у Совушки, словно она лично была знакома с этой птицей.

– А что она делала? – уточнил медвежонок Ганс.

– Летела! – вытаращил глаза Муравей. – Летела и издавала звуки. Землетрясение затихло, она исчезла. Что бы это значило? – неожиданно переспросил он у присутствующих.

– О, не беспокойтесь, – отозвался взволнованный медвежонок, – полям и лугам ничего не угрожает, а вот нам, кажется, пора. Благодарим за гостеприимство и беседу!