Чтение онлайн

Напряжение прошедших суток стало проходить после принятого мной решения. Я буду снова рядом с ним, пусть всего лишь в качестве матери его ребенка, но за то рядом. А сейчас пора забрать малыша у отца, он должен руководить отплытием.

Дверь в каюту Догара была открыта, я вошла и оперлась о косяк плачем. Сам Догар сидел на небольшом диване и с улыбкой наблюдал за сыном, который вот-вот должен был проснуться.

— Аня я тут подумал… Оставайтесь в моей каюте, вам с сыном здесь будет удобнее, — не поднимая на меня глаз предложил Догар.

— А ты?

— Ну, уж на своем то корабле я место себе найду. Вам действительно здесь будет лучше.

— Хорошо, — не стала возражать я. — Тогда попрошу, чтоб вещи принесли сюда.

— Не стоит, я сам. Возьми Радомира, он проснулся.

Подойдя я заметила, что действительно сын уже не спит, а с прежним интересом рассматривает отца.

— Он такой спокойный, у тебя на руках. Таким спокойным он бывает только у Женьки, — поразилась я.

— Просто он чувствует родную кровь и защищенность в моих руках. Когда рождаются джинны, то обычно отцы запечатлеют ребенка на себя. Так они всегда чувствуют, что с их малышом, в каком состояние и где он находится, а после совершеннолетия связь исчезает. Так как джинн уже может, постоят за себя, — он замолчал, а я почувствовала себя виноватой.

— А сейчас это сделать нельзя? — обеспокоенно спросила я.

— Ты позволишь? — в глазах Догара зажглась надежда.

— Догар, это и твой сын тоже. Я не намерена препятствовать вашему общению.

— Но и ребенка ты мне не отдашь… — констатировал он.

— Нет, не отдам. Он часть меня.

— Часть тебя… Догар посмотрел в сторону невидящим взглядом, а потом повернулся к малышу — Элумия стеф коррида.

Маленькая, тонкая золотая ниточка протянулась между отцом и сыном и постепенно растаяла в воздухе. Догар поцеловал сына в лобик, поднялся и отдал малыша мне.

— Спасибо, Аня, для меня это очень много значит. Размещайтесь, сейчас принесут ваши вещь.

Догар вышел, а я поняла, что дорога будет долгой. Очень долгой. Ведь сейчас мы будем постоянно рядом и у меня нет ни возможности, ни права подойти и обнять его. А хочется…

Радомир затребовал к себе внимания, и я вынырнула из своих безрадостных мыслей.

— Солнышко мое, ты проголодался? Идем, кому то пока кушать.

Прижав ребенка крепче к груди, я направилась в спальню. Здесь я никогда не была и поэтому ее интерьер стал для меня сюрпризом. Все было в шоколадных оттенках — любимый цвет Догара, как и мой отметила я. Кровать — довольно широкая, мы с малышом поместимся, шкаф, комод и толстый ковер на полу.

Скинув легкую куртку, сняла сапоги и залезла на кровать сев по-турецки. Сын жадно пропал к груди, громко причмокивая. Он был таким голодным, что казалось я сутки его не кормила. Малыш терзал сосок, добывая питательное молоко, а я с умилением наблюдала.

— Материнство тебя очень изменило, Аня, — услышала я голос Догара.

Он стоял у дверей, около его ног были наши сумки. Догар с непонятным выражением лица смотрел на нас с сыном.

— Догар, выйди! — возмутилась я.

— И что я там не видел? — нагло ответили мне.

— Догар!

— Аня, смею тебе напомнить, что я не только видел, но и имел наглость прикасаться…

Я вспыхнула как маков цвет. Почему-то казалось неправильным, что он вот так наблюдает. Малыш закрутился, услышав голос отца, и выпустил грудь. В глазах Догара полыхнул огонь и он резко развернувшись вышел из каюты.

— И что это сейчас было?

— Чего он вьется за тобой как пчела? — раздраженно выговаривал мне Рэндел.

Рэндел. Этот мужчина вызывал у меня противоречивые чувства. С самого начала он стал за мной ухаживать, но на все его поползновения я отвечала категорично. Больше чем другом он мне не станет. Но, Рэндел считал, что я всего лишь набиваю себе цену. Когда после родов у меня началась самая настоящая депрессия, и Женя предложил заняться музыкой, Рэндел устроил первый скандал, сославшись на то, что леди такое поведение не позволительно. Крис и Алей же поддержали и даже вызвались помочь. Так и появилась группа «Кукла колдуна».

Нашу затею поддержал сам король Альберт и уже через месяц все в королевстве говорили о нас. Естественно кто мы такие на самом деле знали единицы. Но, Рэндел все время пытался мне что-то запретить и это меня бесило. И вот новая сцена ревности.

— Рэн, а чего ты хочешь? Он недавно узнал, что у него родился сын! И думаешь, он наплюет на этот фак и будет вести себя, как ни в чем не бывало? Он джинн! А у джиннов очень сильно развит отцовский инстинкт. И прекращай уже эти сцены пока я не пожалела о своем решение.

Рэндел зло посмотрел на меня и резко развернувшись, удалился.

Я сидел под окном каюты, в которой Аня укладывала моего сына, и смотрел на звезды. Через два дня мы прибываем в Ингару. Витор прав мне нужно серьезно поговорить с Аней. Пусть она меня ненавидит, но только пусть будет рядом. Теперь я точно знаю, что моей любви хватит на двоих и может когда-нибудь ее сердце дрогнет. Решено завтра я с ней поговорю. Ведь по прибытии в столицу начнется ажиотаж. Команда и так взбудоражена. На нашем корабле, плывет единственная джинна в своем роде, та, которая смогла снять проклятие. Да она станет чуть ли не святой у джиннов. Мои размышления прервал крик Ани уже вынося дверь спальни я почувствовал как напряглась связь с сыном. Что за…

— Аня, что с Радомиром? — спокойным голосом спросил я, а в душе все просто разрывалось от тревоги за жизнь единственного и любимого сына.

— Я… я… я не знаю! Я его укачивала, вдруг он как-то часто стал дышать и его губы посинели, а температура тела резко возросла.

— Черт! — я вылетел из каюты и понесся по кораблю. Только бы успеть…

— Сыночек, солнышко мое, ну что, что с тобой? Боги где же Догар, может он пошел за Рэнделом, он же лекарь! Точно! Рэндел! Он обязательно поможет…

Я подорвалась с кровати и как была босиком на руках с сыночком побежала к Рэну, но наткнулась в проходе на широкую грудь Догара.

— Аня, положи малыша на стол. Быстро! — прорычал он.

— Догар, нужно отнести Радомира к Рэнделу, он лекарь, он поможет…

— Аня! — оборвал мой нервный шепот Догар. — Нет времени, быстрее!

Я непонимающе уставилась на Догара. Он же вырвав из моих рук ребенка, положил его на стол и полностью раздел.

— Это твой любовник пытался убить Радомира. Прости, но мативы его я узнаю позже, если он выживет.