Чтение онлайн

Предприятие было столь успешным, что Магратея сама вскоре стала богатейшей планетой всех времен, а остальные планеты Галактики впали в нищету. Система рухнула, империя пришла в упадок, и над миллиардами голодных миров воцарилось долгое мрачное молчание, нарушаемое лишь скрипом перьев ученых мужей, склонявшихся ночами над учеными трактатами о значении планирования в политической экономии.

Магратея исчезла, и память о ней превратилась в легенду.

Ни единому слову которой в наши просвещенные дни никто, разумеется, не верит».

Артур проснулся от громких голосов и пришел на мостик. Там Форд размахивал руками.

— Ты с ума сошел, Зафод, — говорил он, — Магратея это миф, сказка, которую родители рассказывают на ночь детям, если хотят, чтобы те выросли экономистами, это…

— Это то, на орбите чего мы в данный момент находимся, — настаивал Зафод.

— Не знаю, на какой там ты лично орбите, — разозлился Форд, — но этот корабль…

— Компьютер! — взревел Зафод.

— О нет…

— Всем привет! Это я, Эдди, ваш бортовой компьютер! Я бодр и весел и намерен получить море удовольствия от любой программы, которую вы сочтете нужным на мне запустить.

Артур вопросительно глянул на Триллиан. Та жестом показала, чтобы он проходил и не мешался.

— Компьютер, — попросил Зафод, — скажи, какова наша траектория в настоящий момент.

— С восторгом, дорогой друг, — скороговоркой произнес компьютер, — в настоящий момент мы находимся на высоте трех сотен миль над легендарной планетой Магратея.

— Это ничего не доказывает, — отрезал непрошибаемый Форд. — Я бы этому компьютеру не доверил даже вычисление моего веса.

— А зря, я бы запросто вычислил, — бойко протарахтел лентой компьютер. — Могу также прикинуть, чего вам не хватает как личности — с точностью до десяти знаков. Если поможет.

Тут вмешалась Триллиан.

— Зафод, — сказала она, — с минуты на минуты мы выйдем на освещенную сторону планеты, — и добавила, — как бы она ни называлась.

— Ты-то почему не веришь? Ведь планета оказалась там, где я предсказал?

— Я не спорю. Да, это планета. Просто я ни за что не отличу Магратею от любой другой холодной каменной глыбы. Кстати, если кому-то интересно — сейчас наступит рассвет.

— Ладно, ладно, — проворчал Зафод, — давайте хотя бы полюбуемся видом. Компьютер!

— Всем привет! Чем могу…

— Заткнись и покажи панорамный вид.

Экран снова заполонила темная безликая масса — внизу вращалась планета.

Все наблюдали в молчании, один Зафод не мог угомониться.

— Мы сейчас пересекаем ночную сторону… — комментировал он приглушенно. Планета громоздко проворачивалась.

— Мы сейчас на высоте трех сотен миль над поверхностью… — продолжал он. Он изо всех сил старался поддержать торжественность того, что ему самому казалось великим моментом. Это же Магратея! Магратея! Его обидел скептицизм Форда.

— Через несколько секунд, — сказал он, — мы увидим… Вот!

Даже самый прожженный, все повидавший звездный бродяга не может не замереть при виде того грандиозного зрелища, которое представляет собой восход солнца, наблюдаемый из космоса — а восход двух солнц является одним из признанных чудес Галактики.

В абсолютной черноте вспыхнула точка ослепительного света. Она еле заметно поползла вверх, полумесяцем выпуская над собой тонкое сияющее лезвие. Спустя пару мгновений стало видно оба солнца, жаркие горнила, опалившие черный горизонт белым огнем. Разреженная атмосфера расцветилась интенсивными яркими красками.

— Огни восхода!.. — благоговейно выдохнул Зафод. — Солнца-близнецы Сулианус и Рам!

— А может, какие-то еще солнца, — вставил зловредный Форд.

— Сулианус и Рам! — отрезал Зафод.

Солнца полыхали в вышине, а по мостику ползли тихие потусторонние звуки: это Марвин гудел себе под нос какую-то песню, обличавшую столь сильно ненавидимых им гуманоидов.

Форда, не отрываясь смотревшего на дивное светопредставление, тоже охватило сильное волнение, но это было обычное волнение от встречи с прекрасной неизвестной планетой, и ему этого было вполне достаточно. Его раздражало, что Зафоду обязательно надо было приплести сюда дурацкую легенду — а без этого, видите ли, и восторгаться нечем. Какие-то подростковые штучки. Как будто нельзя любоваться красивым садом, если в глубине его не скрываются сказочные существа.

Суета вокруг Магратеи была совершенно непостижима для Артура. Он пробрался к Триллиан и спросил ее, в чем дело.

— Я знаю только то, что рассказал мне Зафод, — шепотом объяснила она. — Магратея — древняя планета, в которую никто всерьез не верит. Как Атлантида на Земле, только на Магратее, по легенде, производили планеты на заказ.

Артур невидящим взглядом уставился на экраны, остро ощущая, что тут, кажется, не хватает чего-то очень существенного. Неожиданно до него дошло, чего именно.

— А есть тут где-нибудь чай? — спросил он.

По мере продвижения «Сердца Золота» по своему орбитальному курсу перед путешественниками открывался все более обширный вид. Солнца теперь висели высоко в черном небе, пиротехнические фокусы с восходом завершились, и при нормальном дневном свете поверхность планеты оказалась суровой и неинтересной — серой, пыльной, с невыразительным рельефом. Планета выглядела как склеп — мертвой и холодной. Время от времени далеко на горизонте появлялись многообещающие силуэты — ущелья, горы, может быть, даже города — но на более близком расстоянии контуры расплывались, разглаживались в общей неопознаваемости, и нельзя было ничего разглядеть. Поверхность планеты была истерта временем, да и разреженным спертым воздухом, медленно колыхавшимся над ней столетие за столетием.

С первого взгляда было ясно, что планета очень-очень старая.

Форд следил за уносившимся серым ландшафтом, и в его душу закрадывались сомнения. Величие прошедших веков давило на него, он физически ощущал присутствие Времени. Форд прочистил горло.

— Хорошо, даже если предположить, что это она…

— Она, она, — закивал Зафод.

— А это не она, — проигнорировал его слова Форд, — то что, собственно, ты от нее хочешь? На ней ничего нет.

— На поверхности нет, — подчеркнул Зафод.