Путеводитель по Шекспиру. Английские пьесы
Шрифт:
Фальстаф утешает себя тем, что сам царь богов Юпитер (Зевс) не гнушался ради любви превращаться в животных. (когда-то той же мыслью утешался и принц Хэл в гл. 8: «Так было с Юпитером»), Фальстаф говорит:
Вспомни, старый Юпитер, тот день, когда ты сделался быком ради своей Европы. Любовь украсила и твою голову рогами. О могущественная любовь! Зверя она превращает иной раз в человека, а человека — в зверя. Ты, Юпитер, превратился однажды в лебедя — помнишь, когда ты влюбился в Леду?
Миф о том, как Юпитер превратился в быка, чтобы похитить финикийскую царевну Европу и уплыть с ней на остров Крит, Шекспир использует неоднократно.
Миф о том, как Юпитер соблазнил царицу Спарты Леду, известен не меньше. Он приблизился к Леде в образе лебедя и овладел ею. После этого Леда снесла два яйца, из которых в общей сложности вылупилось четверо детей. Самой знаменитой из этих четверых была не кто иная, как Елена Троянская.
Приходит миссис Форд; Фальстаф счастлив. Затем появляется миссис Пейдж, но Фальстафа это не смущает, он готов любить обеих. Однако внезапно раздается какой-то шум, и женщины убегают.
Надежды Фальстафа не сбываются и в третий раз: входят «феи» во главе с Эвансом, переодетым сатиром, а также Пистоль в образе хоб-гоблина (он же Робин Добрый Малый, или Пэк — см.: Шекспир У. Сон в летнюю ночь. Акт И, сцена 1). Пистоль обращается к одной из фей и в совсем не свойственном ему стиле говорит:
Сверчок, в дома виндзорские скачи!
Где не метен очаг, зола в печи, —
До черных синяков щипли хозяек.
Царица Фей не жалует лентяек.
147
В оригинале: «Наша лучезарная Королева не любит нерях и неопрятность». — Е. К.
Можно больше не притворяться, что действие пьесы относится к 1400–м гг. и что Фентон товарищ беспутного принца Хэла. «Наша лучезарная Королева» — это Елизавета I, которая сидит в зале и улыбается, услышав намек на собственную любовь к чистоте и порядку.
Затем наступает очередь царицы фей, но в этой роли выступает не Анна Пейдж, а миссис Куикли, которая тоже дает феям задания по уборке дворца:
Пускай цветы сладчайшие струят
На кресла ордена свой аромат.
148
В русском переводе эту фразу произносит Анна Пейдж, а не миссис Куикли. — Е. К.
Имеются в виду особые кресла в часовне Святого Георгия (Виндзор), которые предназначались для рыцарей ордена Подвязки; упоминание «кресел ордена» недвусмысленно указывает на то, что пьеса действительно входила в «культурную программу» (выражаясь современным языком), сопровождавшую собрание рыцарей ордена в честь приема новых членов.
Это становится окончательно ясно, когда миссис Куикли говорит:
А из цветов сложите вы слова
«Honi soit qui mal у pense», окраски
Такой же, как на ордене Подвязки.
Пусть зеленеют буквы этих слов
Меж красных, синих, белых лепестков…
149
В русском переводе эту фразу тоже произносит Анна Пейдж. — Е. К
«Honi soit qui mal у pense» (буквально: «Да будет стыдно тому, кто дурно об этом подумает») — девиз ордена Подвязки. Согласно легенде, история происхождения этого девиза такова: около 1348 г. король Эдуард III давал придворный бал, на котором Джоанна, графиня Солсбери, умудрилась потерять подвязку. Это поставило ее в смешное и неловкое положение, но галантный король отвлек от графини всеобщее внимание, подняв подвязку и надев ее на собственную ногу. А на случай, если кто-нибудь сделал бы из этого непристойный вывод, добавил: «Honi soit qui mal у pense».
Эдуард III считал, что поступил как настоящий рыцарь (с его стороны это действительно было высшим проявлением куртуазности), и в честь этого случая основал рыцарский орден, официально называвшийся Благороднейшим орденом Подвязки. В него входили только избранные — члены королевской семьи, некоторые иностранные монархи и их ближайшие родственники, а также двадцать пять рыцарей из знатнейших родов Англии. Это самый аристократический рыцарский орден в мире, и количество принятых в него лиц незнатного происхождения можно пересчитать по пальцам. В 1953 г. его членом стал Уинстон Черчилль.
Все это время Фальстаф, испугавшийся, что феи и эльфы заколдуют его, лежит на животе, закрыв глаза. Феи делают вид, что обнаружили Фальстафа, и начинают щипать, щекотать и бить его.
Под шумок Слендер убегает с феей в белом платье, но это не Анна Пейдж; Каюс убегает с феей в зеленом платье, но это тоже не Анна Пейдж; с Анной убегает Фентон.
Приходит Форд, склоняется над Фальстафом, и тут наконец старый рыцарь начинает что-то понимать. Он говорит:
Я вижу, что из меня уже сделали осла!
Фальстаф из пьес о короле Генрихе разобрался бы во всем намного раньше.
Все от души потешаются над Фальстафом, но потом отпускают с миром. В конце концов, это комедия, в финале которой недовольных быть не должно. Пейдж говорит:
А впрочем, не унывай, рыцарь! Сегодня ночью я угощу тебя славным кубком вина за свадебным ужином…
150
В оригинале: «Угощу тебя поссетом». — Е. К.
Поссет — стакан горячего молока, щедро приправленного каким- нибудь крепким алкогольным напитком. Пейдж собирается подшутить над женой, рассказав ей, как он устроил брак Анны со Слендером.
Но тут приходит Слендер, ведя за собой мальчика в белом платье. Он похитил вовсе не Анну. Миссис Пейдж объясняет, что она перехитрила мужа и велела Анне надеть не белое, а зеленое платье, в котором Анна только что обвенчалась с доктором Каюсом. Но она спотыкается на полуслове, когда появляется Каюс и тоже говорит, что убежал с мальчиком.
Затем входят Фентон и Анна. Они поженились; Фальстаф ехидно улыбается и утешает себя тем, что в дураках остался не он один.
Но мистер и миссис Пейдж ведут себя достойно, принимают все как должное, и все идут к Пейджам праздновать «победу жен виндзорских», так что обиженным не остается никто.
Глава 10 «Генрих V»
В 1599 г., сразу после завершения второй части «Генриха IV», Шекспир взялся за «Генриха V».