Путеводитель по Шекспиру. Английские пьесы
Шрифт:
Король Иоанн и королева Элеонора верят этому на слово, не выслушав объяснений. Королева находит, что Филипп похож на ее покойного сына лицом и голосом, а король Иоанн говорит:
С него я глаз все время не спускал:
Он — Ричард вылитый.
Короче говоря, старшего сына признают бастардом Ричарда I. Элеонора с ликованием приветствует своего внука, а Иоанн — племянника. (В списке действующих лиц он значится как Филипп Бастард, и все его реплики озаглавлены как принадлежащие Бастарду.)
Кажется странным, что официальные члены царствующей семьи так охотно признают незаконного сына бывшего короля.
Чтобы понять это, необходимо учесть, что ситуация, описанная Шекспиром, вопиюще антиисторична. Краткое упоминание о человеке по имени Филипп, считавшемся незаконным сыном Ричарда I, есть у Холиншеда, однако наличие у короля какого бы то ни было сына, законного или незаконного, совершенно неправдоподобно.
Можно считать установленным, что, хотя Ричард был женат на Беренгарии Наваррской, у него никогда не было серьезных отношений с женщинами. Похоже, он был убежденным гомосексуалистом; этот факт тщательно затушевывался его позднейшими поклонниками, но современникам был прекрасно известен. Констанция не стала бы так тщательно подготавливать сына к восшествию на престол, если бы не была полностью уверена в том, что у Ричарда не будет детей, которым он сможет передать корону.
Но если забыть историю и согласиться с возможностью существования незаконного сына Ричарда, то зачем Шекспир включил его в пьесу, да еще уделил ему столь много места, если в других пьесах автор относится к бастардам крайне отрицательно (особенно в «Короле Лире»)? Однако Филипп Бастард и есть герой этой пьесы (если в «Короле Иоанне» вообще есть герой).
Во-первых, в истории имелся прецедент существования бастарда, близкого к королевской семье и искренне преданного ей. Это пресловутый Жан Дюнуа, незаконный сын Людовика Орлеанского и, следовательно, двоюродный брат короля Карла VII Французского.
Когда Карл был затравленным дофином во Франции, наводненной ликующими англичанами, он относился к Дюнуа с уважением, а Дюнуа честно сражался на его стороне. Именно Дюнуа с помощью Жанны д'Арк осадил Орлеан, так что имел право дважды называться «бастардом Орлеанским».
Во-вторых, Филипп Бастард необходим с точки зрения драматургии. Король Иоанн в герои не годится, а король Ричард, который мог бы представить Англию с лучшей стороны, мертв. Именно поэтому в пьесе появляется бастард, олицетворяющий собой лучшие черты покойного короля.
В-третьих, если признать существование Филиппа, это будет означать, что только незаконное происхождение мешает ему (а не Артуру или Иоанну) стать полноправным королем Англии. Можно рассчитывать, что в конце пьесы этот факт станет кульминационным моментом.
Иоанн готов передать наследство Фоконбриджа Филиппу (несмотря на его незаконное происхождение), но Элеонора убеждает Филиппа стать придворным, обменяв землю на возможность завоевать славу и почести.
Филипп делает это с радостью и жестоко (по современным понятиям даже слишком жестоко) насмехается над внешностью тощего и Неказистого брата, лишенного генов могучего короля Ричарда.
Король Иоанн возводит Филиппа в рыцари и дарует ему титул сэра Ричарда Плантагенета (хотя в пьесе это имя ни разу не используется). Потом Бастард остается на сцене один и произносит монолог о тщеславии с характерным для него насмешливым цинизмом. Монолог прерывает появление матери Филиппа. Она жаждет найти своего младшего сына, чтобы опровергнуть распространяемую им клевету, которая позорит ее честь (он заявляет, что его старший брат незаконнорожденный).
Она гневно спрашивает Филиппа, где его брат, и тот насмешливо отвечает:
Мой братец Роберт? Это он вам нужен?
Могучий витязь, Кольбранд-великан
И сэра Роберта законный сын?
Великан Кольбранд — персонаж очень популярного рыцарского романа «Ги Уорик». Этот роман был написан во времена Генриха II, и со временем его стали воспринимать как исторический источник, хотя ничего исторического в нем не было. Ги Уорик — странствующий рыцарь, совершающий подвиги по всей Европе, сражающийся с сарацинами и колдунами, освобождающий прекрасных дам и побеждающий чудовищ.
Вернувшись в Англию, Ги обнаруживает, что страна находится под игом датского великана Кольбранда, который возглавляет иноземное войско и облагает Англию огромной данью. (Это исторический факт. В X в. Англия жестоко страдала от постоянных набегов датчан и откупалась от них всем, чем могла.)
Сэр Ги Уорик вызывает Кольбранда на поединок в Уинчестере, убивает его и избавляет Англию от датского ига. Пока роман сохранял популярность, имя великана Кольбранда символизировало что- то огромное и ужасное. Конечно, здесь оно используется в ироническом смысле, потому что Роберт тощий и маленький.
«…Как Базилиско»
Леди Фоконбридж, сбитая с толку подчеркнуто насмешливым тоном Филиппа, тревожно спрашивает:
А ты, мальчишка, почему так дерзко
О сэре Роберте заговорил?
Сын, только что ставший рыцарем благодаря позору матёри, отвечает:
Я рыцарь, мать. Совсем как Базилиско.
Это намек на пьесу Томаса Кида (см. в гл. 3: «…Помчался к мести») «Трагедия о Солимане и Перседе» (1588), один из главных героев которой хвастливый рыцарь по имени Базилиско. Он очень гордится своим титулом, никому не позволяет о нем забыть, а когда кто-то называет его просто по имени, неизменно поправляет: «Рыцарь, рыцарь, мой добрый друг, рыцарь». После чего «добрый друг» повторяет ту же фразу ироническим тоном, намекая на то, что титул титулом, а характер остается все тот же.
У Шекспира же все наоборот: Бастард относится к своему новому титулу без всякого почтения. Драматург использует реплику, заимствованную у соперника, просто для увеселения публики.
Поняв, что Бастард спокойно относится к своему статусу незаконного сына, мать сдается и подтверждает, что его отцом действительно был Ричард.
Местом действия второго акта становится Франция, где начинается война между английским и французским королями. Решается вопрос о судьбе континентальной части Анжуйской империи. Останется ли она у Плантагенетов или перейдет в руки короля Франции? Претензии принца Артура на престол — всего лишь повод для войны, но мать Артура Констанция этого не понимает.
В ходе военных действий Филипп Французский оказывается у ворот одного из главных городов Анжуйской империи. Его первая фраза в пьесе звучит так:
У стен Анжера.
Анжер (на современном французском — Анже) — город примерно в 170 милях (270 км) к юго-западу от Парижа. Это столица графства Анжу, исторической родины Анжуйской династии.
Французский король прибыл не один. С ним Артур, права которого якобы защищает Филипп, и мать Артура Констанция. Кроме того, короля сопровождает союзник, к которому в первой реплике и обращается Филипп: