Путеводитель по жизни Элис К.
Шрифт:
— Ты просто не в курсе, Эллиот М., — отвечает Элис К. — Если бы у тебя были менструации, был бы другой разговор, но это невозможно, потому ты так и удивляешься.
Конечно, такой ответ ничего не объяснил Эллиоту М., и Элис К. пришлось потратить пятнадцать минут на изложения своей Теории: размер сумки зависит от менструации. Объяснение: чтобы избежать катастрофы, среднестатистическая женщина обычно носит с собой в среднем сорок два тампона. Тампоны находятся там многие месяцы, свернутые и сморщенные, засунутые в дальние углы сумки. Но женщины все равно их носят с собой, потому что тут вступает в силу другая Теория: женщина зависит от количества тампонов, поскольку чем их больше, тем вероятнее, что в случае необходимости какие-то из них окажутся пригодны для использования.
— Поэтому, — объяснила Элис К., — мы ненавидим выбрасывать тампоны, и нам нужна большая сумка, чтобы повсюду таскать их с собой. — Она сделала небольшую паузу, затем продолжила: — Еще у вас нет грудей.
Эллиот М. опять оказался в тупике, и пришлось Элис К. изложить еще одну свою Теорию взаимозависимости величины сумки и размера груди (размер груди = величина сумки):
— Если бы у тебя была грудь, — объяснила она Эллиоту М., — ты бы понял, что значит шагать по улице, когда твои руки болтаются по бокам, а твои груди выставлены на осмеяние безмозглых водителей грузовиков. Большая сумка бывает очень кстати: зажатая под мышкой или висящая на ремне, она дает женщине определенное ощущение физической безопасности. Ею можно прикрыться. Или, если понадобится, ее используют как оружие защиты.
Эллиот М. все еще не понимал.
— Ладно. Сумка должна быть большая и вмещать в себя кучу тампонов. Но почему в ней множество других вещей?
Элис К. вздохнула.
— Разве ты сам не знаешь? Ты не слышал о «лице в конце рабочего дня»?
А потом подумала: «Конечно, он не слышал». Это еще одно отличие: у мужчин не бывает такого лица, потому что в любое время они выглядят одинаково вне зависимости от того, чем занимались. А у женщин такое лицо бывает очень часто, и из-за него они очень расстраиваются. «Лицо в конце рабочего дня» покрыто красными пятнами, оно бледное и лоснящееся. Веснушки от потекшей туши и смазанная подводка для глаз, а также потрескавшиеся губы многим портят жизнь. Когда в конце рабочего дня женщина видит такое отражение в зеркале, она, естественно, хватается за свою сумку, в которой найдется по крайней мере восемь (а может, и больше) необходимых вещей: тоник, увлажняющий лосьон, пудра, румяна, крем-пудра, помада, карандаш для глаз, подводка для глаз, тени (от одного до пяти оттенков), тушь, лак для волос, косметическая кисточка, щетка для волос и кисточка для губ.
— Очень много вещей, — объясняет Элис К. — Нужна большая сумка, чтобы все уместилось.
Конечно, всего Элис К. Эллиоту М. не рассказывает. Вообще-то в этих сумках гораздо больше предметов. Кошелек. Чековая книжка. Ключи. Несколько ручек. Гигиеническая помада. Крем для рук Книга на случай, если придется чего-то ждать. Мятные пастилки для свежести дыхания. Аспирин. Солнечные очки. Марки.
И еще. Листы бумаги. Записки с номерами телефонов и с другой важной информацией. В настоящий момент, например, у Элис К. спрятаны три квитанции на штрафы за неправильную парковку, просроченный счет от ее психотерапевта доктора И., а также уведомление, присланное в 1992 году компанией «Хонда» по поводу ее машины.
Она не может — и не станет — объяснять это Эллиоту М. Ей будет очень неудобно и стыдно. Дело в том, что Эллиот М. на ее месте оплатил бы штрафы и счет за лечение и безотлагательно отогнал бы «хонду» прямо к дилеру.
А Элис К.? Нет! Когда она пришла домой после работы и обнаружила в почтовом ящике это уведомление от «Хонды», ее посетили следующие мысли: «Черт, нужно позвонить дилеру, а потом отогнать к нему машину, а это значит, что придется выкроить на это время. А я ненавижу возиться с машинами, мне бы хотелось, чтобы кто-нибудь сделал это за меня, терпеть не могу отвечать за что-то, НЕНАВИЖУ...»
И она быстро засунула уведомление поглубже в сумку, в ее дальний угол — ей не удастся совсем о нем забыть (было бы слишком безответственно), но можно им пока не заниматься (не вести себя по-взрослому).
Видите? Сумка — очень удобная вещь!
Кстати, Элис К. пыталась без нее обойтись. Как-то после долгих разглагольствований мистера Жестокого о размере ее сумки она присмотрела маленькую кожаную сумку в одном магазине в центре, компактную вещь размером с мужскую туфлю. Она сказала себе: «Я уверенная в себе, взрослая, зрелая женщина, и мне вовсе не нужно носить с собой семь разных помад, три расчески и сорок два тампона, я могу без них обойтись».
Потом она купила сумку и положила в нее самое необходимое. Кошелек, чековую книжку, ключи. Одну помаду. Одну расческу. Один тампон.
Сумка одиноко болталась у ее бедра. Идя по улице, Элис К. чувствовала себя голой, выставленной напоказ, незащищенной.
Она была несчастна.
Мужчина ее никогда бы не понял.
Комплименты
Человеческая особь мужского пола попыталась быть любезной с Элис К.
— Ты сегодня хорошо выглядишь, — небрежно заявил он.
Потом на его лице появился страх, и он начал объяснять:
— Э, я хотел сказать, что ты всегда хорошо выглядишь! Дело не в том, что обычно с тобой что-то не в порядке... Просто сегодня ты особенно... я хочу сказать...
Элис К. стало его жалко. Бедняга. Ему явно не удавались комплименты. Жертва женской жестокости и грубого обращения.
Да, так оно и есть, и Элис К. это знает. Когда-то давно мужчина делал женщине комплимент, а та благодарно улыбалась, возможно, немного краснела и скромно говорила «спасибо». В наши дни комплименты как таковые исчезли. Они воспринимаются как оскорбление или притворство.
«Я хорошо сегодня выгляжу? Значит, обычно я выгляжу кошмарно? Какой смысл в таком заявлении?»
Позже Элис К. поделилась своими соображениями с Рут Е., и та согласно закивала.
— Это особенно часто случается, если мы делаем стрижку, — сказала она. — К тебе подходит парень и говорит: «О, ты подстриглась», а у тебя начинается ЯВД.
Элис К. кивнула. Кстати, ЯВД — это яростный внутренний диалог. Мужчина замечает стрижку. Женщина вежливо улыбается. В итоге — ЯВД.
«Что значит: «О, ты подстриглась»? Да, я обрезала волосы, разве и так не ясно? Конечно ясно. Значит, стрижка получилась плохой, верно? Если бы была хорошей, он бы произнес: «Эй, у тебя отличная прическа!» Но он этого не сказал. Он был вынужден заметить новую стрижку из вежливости, но не мог солгать, что прическа ему нравится, а из этого следует, что я выгляжу кошмарно и мне не стоит показываться с такими волосами на людях».
ЯВД продолжается около десяти секунд, а когда заканчивается, женщина уже испытывает отвращение и ненависть к мужчине, который все это начал.
У Элис К. на этот счет свое мнение: женщины привыкли не доверять комплиментам и обычно видят в них скрытый смысл.
А дело в том, что все взрослые женщины когда-то были противными маленькими девочками. Эти злобные и коварные создания обычно собирались в школьном туалете и врали друг другу. Пример диалога:
Девочка А, стоя перед зеркалом и изучая прыщик на носу величиной с «фольксваген»:
— О боже, посмотри на этот прыщик!
Девочка Б:
— Ничего страшного! Честно! Я бы даже не заметила, если бы ты не сказала.
Девочка А:
— Правда? Ты серьезно говоришь?
Девочка Б:
— Честное слово.
Девочка А ни на минуту не верит Девочке Б, но у нее нет выбора, и приходится делать вид, что она не сомневается в словах подруги, иначе ей придется остаться в туалете на две недели, пока не исчезнет прыщ. А тем временем Девочка Б втайне радуется несчастью своей подруги. «Так-так, — думает она, — у Элис К. на носу прыщ величиной с «фольксваген», а значит, я симпатичнее ее».