Чтение онлайн

Когда кровавые бурбоны обустроились на трибунах, стало заметно, что все их внимание приковано именно к родезийцам. Почему, мне неизвестно – наверняка что-то личное. Ведь что-то же побудило кровавых тварей напасть на людской форпост или отряд. Британский форпост или отряд, вернее.

Несмотря на продолжающийся в чаше арены поединок, все внимание остальных зрителей, не только новоприбывших бурбонов, обратилось к родезийцам. И немногочисленные демоны-инферналы, и остальные группы бурбонов разглядывали делегацию под черно-зеленым знаменем. Всем было совершенно ясно – прибывшие кровавые бурбоны откровенно бросают вызов людям.

Бронзовая кожа лихорадочно размышляющей Саманты даже посветлела – была бы она не такой смуглой, сейчас вовсе побледнела бы как мел, думаю. Неудивительно – выбор перед принцессой сложный. Ей сейчас предстоит принять решение, и хороших вариантов определенно нет.

Можно попробовать освободить пленников и уничтожить плод трудов не одного года, если не десятилетия – не думаю, что прийти и укрепиться в чужой мир под своим флагом простая задача. К тому же эвакуация, даже бегство, вряд ли пройдет без помех – если попробовать освободить пленных, для родезийской миссии вполне может случиться уже упомянутая мною Ночь Печали, и жертвы могут исчисляться десятками.

Но проигнорировать столь наглый вызов, оставив в чужих руках подданных своего короля, обрекая их на смерть, решение тоже плохое. Тем более, что происходит это на глазах и своих, и чужих – делегация Европейского союза в серых мундирах ведь никуда не делась.

Но как оказалось, кровавые бурбоны еще не закончили, и все еще сами вели эту партию. Как только пара поединщиков, о которых все почти забыли, закончили – раненый в самом начале мутант упал на песок с пробитым горлом, предводитель прибывшей делегации вышел вперед и встал на парапете.

Это был широкоплечий мутант с приметными татуировками – ярче чем у остальных подсвеченная изнутри красным сиянием вязь обтекала его предплечья, шею и практически весь торс. Кроме места слева, где темнел отпечаток кровавой ладони.

Широко расставив руки, бурбон-вождь устрашающе оскалился. Одновременно с утробным рычанием у него поднялись костяные пластины на плечах, затылке и по позвоночнику – расправляясь как плавник у рыбы, или как гребень у петуха. Вот почему все бурбоны голые по пояс – подумал я, машинально отметив, что ремни в перехлест через грудь специально лежат так, чтобы не мешать расправленному гребню.

Выступление предводителя словно дало сигнал – один из его бойцов, судя по длине гребня и яркой татуировке, военный вождь, выдернул из группы пленников женщину. Сдернув с несчастной змеевидную плетку, он схватил ее за шею, поднимая. Пленница даже не вскрикнула – она была настолько избита и истощена, что и так находилась на грани жизни и смерти. Не вскрикнула пленница даже тогда, когда бурбон начал ее резать. Снизу.

Мне смотреть на это было необязательно, поэтому я отвернулся.

Саманта отворачиваться не стала. Она стояла, наблюдая, как бурбон напротив убивает пленницу, соблюдая принятый ритуал своего племени. Который, благодаря переданным недавно Мархосиасом мыслеобразам, я и так примерно представлял. И наблюдая за принцессой, вдруг заметил капельку крови, бегущую у нее по подбородку из прокушенной губы.

– Готовьте эвакуацию, – едва слышно произнесла Саманта, обращаясь к мастеру-наставнику.

В глубине глаз принцессы уже клубился мрак, и она сейчас явно желала одного – убивать. При этом холодный рассудок Саманта, несомненно, сохраняла: пытаться атаковать кровавых бурбонов сейчас сродни самоубийству. Немцы вряд ли придут на помощь, он инферналов хорошо если можно ожидать нейтралитет, а вот все пять – вместе с новоприбывшими, групп бурбонов, противник серьезный. Учитывая количество замеченных мной среди них шаманов – которые управляют стихийной силой гораздо медленнее одаренных, но наверняка прибыли сюда с домашними заготовками.

Вот только кровавые бурбоны первый акт еще не доиграли, и сюрпризы не закончились. Убивший пленницу мутант только начал действовать показательно медленно – вдумчиво неторопливо совершая ритуальные надрезы. Завершил убийство он очень быстро, показав в этом явную сноровку. Прямо за казнью пленницы я не наблюдал, но отмечал движения палача краем глаза.

А бурбон-воин, последний раз взмахнув костяным клинком, уже загоревшемся алым, стремительно спрыгнул на песок арены, держа в руке отрубленную голову пленницы. Зачем он взял ее с собой, стало понятно в следующий миг – разбрызгивая капли крови, брошенная голова по пологой дуге пролетела поперек через арену и приземлилась совсем рядом с Самантой. Прокатившись, собирая кровью пыль, страшный снаряд остановился у ног принцессы.

Сэр Галлахер при этом практически беззвучно, но очень емко выругался.

Уот так уот, ребята, – даже с некоторой долей восхищения подумал я, наблюдая за реакцией Саманты и ее наставника. На каждую хитрую… стратегию, как говорится, всегда найдется гениальный тактик или весьма неудобная импровизация.

В племени кровавых бурбонов видимо просчитали манеру людей (возможно не только британцев) выбирать себе удобных противников, и решили таким образом вызвать на поединок принцессу, как предводительницу родезийцев.

Если Саманта сейчас откажется – это серьезный удар по ее репутации. Но соглашаться тоже нельзя – ясно, что ожидающий на песке мутант сильный боец, усиленный ритуалом Магии Крови. Глаза его уже не просто сияют, а горят алым, а тонкие змеящиеся лоскуты оплетают лысый череп.

Саманта, кстати, перспективы сразиться с ним не боялась. Принцесса собралась было шагнуть вперед, но сэр Галлахер, подавшись вперед, преградил ей дорогу.

– Он сильнее, – только и произнес магистр темных искусств, глянув на ученицу из-под надвинутого капюшона.

– Я не могу…

«Он сильнее!» – эхом стегануло мне по ушам мысленным окриком магистра.

Будь я менее подготовленный к ментальным атакам, и контузить могло бы. Причем обращение сэра Галлахера задело меня лишь краем – а вот принцессу серьезно приземлило. Она даже чуть отшатнулась и сейчас беззвучно, как выброшенная на берег рыба, открывала рот.

– Я арбитр, и не могу сейчас выйти на ринг, – произнес между тем магистр, глядя мне в глаза.

Арбитр. Член совета города, собираемого на время длинной ночи. Вот почему он в форменном плотном коричневом плаще, а не в привычном кантри-стиле вышедшего на прогулку в лес английского аристократа.

Сэр Галлахер – арбитр. Первый в истории арбитр в мирах Инферно от человеческой расы. И это отлично. Вот только мне зачем это знать?

– Можешь ее спасти? – спросил магистр, отвечая на невысказанный вопрос.

Саманта между тем после слов наставника даже сбросила с себя оцепенение – от осознания того, о чем идет речь. У нее на лице отлично читалось злое раздражение, и даже ярость от слов магистра темных искусств.

– Он сильнее тебя! – снова вслух произнес сэр Галлахер, посмотрев на принцессу взглядом ставших полностью черных глаз. Его ставший инфернальным голос опять сильно ударил по ушам, заставив принцессу осечься за миг до того, чтобы что-то сказать.