Чтение онлайн

Дэниел распахнул дверь. На его лице отразилась целая гамма чувств: безмерное удивление перешло в восторг от увиденного, а его в свою очередь сменил испуг.

— Анна! Что-то случилось? Ты попала в какую-то историю? Нет, наверное, какое-то осложнение с ногой… Где именно болит?

Дэниел Глэдисон был истинным врачом, просто-таки до мозга костей. Спасти, помочь, облегчить страдания — к этому он стремился каждую минуту своей жизни.

Анна же продолжала молча улыбаться, стоя перед ним, только в глазах появилось комично-озабоченное выражение. А не солгать ли? Ну… во спасение своего образа умной особы? — философски подумала она. Нет, не солгать. Никогда не скажу ему неправду!

— Господи, что же я, заходи, заходи быстрее!

Шаг через порог получился довольно неловким. Поэтому Дэниел тут же уверился, что здоровье его драгоценной пациентки в неимоверной опасности.

— Больно наступить на ногу? На которую: ту, которая с вывихом, или ту, что обожжена?

Эти вопросы были заданы уже тогда, когда он подхватил ее на руки и понес в гостиную. Анна хотела было запротестовать, но находиться во власти этих рук было невыразимо приятно. Так что объяснения она решила отложить до того момента, когда придется вернуться с небес на землю.

Он нес ее бережно, словно ноши драгоценнее не существовало. Обоим путь по коридору в небольшой квартирке одинаково показался длиннее, будто они двигались в ином пространстве и времени. И им очень хотелось, чтобы эти мгновения длились еще дольше.

Дэниел осторожно опустил Анну в кресло, а сам встал рядом на колени. Естественно, убрать забытую газету он не успел. Неожиданный хруст мнущейся бумаги рассеял наваждение. Пришла пора признаваться. Анна так и начала:

— Знаешь, я должна тебе кое-что сказать…

Брови Дэниела, прежде нахмуренные, поползли вверх.

— Ничего у меня не болит, — сказала Анна чуть ли не с сожалением. — Как ты понимаешь, я вполне благополучно дошла до твоего дома. Но до этого я поссорилась с Питером, и теперь мне некуда идти. — Все это было произнесено на одном дыхании.

Так ему и надо! — злорадно подумал Дэниел.

Ой, как же глупо это звучит, оказывается! — ужаснулась Анна. Как будто на дворе девятнадцатый век и я сбежала от мужа к любовнику! Я же самостоятельный, взрослый человек в конце концов!

— Я сейчас уже понимаю, как это глупо с моей стороны — ввалиться ночью в вашу квартиру, доктор Глэдисон. — От смущения Анна сбивалась с извиняющегося на деловой тон.

— Ну что ты, Анна, не стоит так официально, для этого уже слишком поздно. — Дэниел попытался пошутить, и вышло это у него довольно-таки неловко, потому что из-за напоминания о времени своего «визита» нарушительница спокойствия покраснела.

— Я уже ухожу! Еще раз извините, я поняла свою ошибку. Мне, правда, очень неловко.

Анна порывисто встала. Теперь она смотрела на Дэниела сверху вниз. Красиво ведь: рыцарь перед дамой сердца… — подумала она.

На самом деле, хотя Анна и ощущала нелепость ситуации, уходить ей вовсе не хотелось. Потому что если она уйдет сейчас, то больше никогда не решится встретиться с этим человеком. Дэниел, как и подобает мужчине в подобной ситуации, сделал решающий ход. Быстро встал в полный рост, властно и в то же время мягко положил руки на плечи Анны.

— Останься… — сказал он тихо, нежно, просительно.

Именно такие слова, звучащие из уст мужественного человека, способны сильнее всего повлиять на решение женщины.

— И что тогда? — Анна попыталась разрядить наэлектризованную атмосферу, придав своей реплике шутливо-дерзкий характер.

— Ну… Пожалуй, тогда я угощу тебя английским фастфудом! — с гордостью за национальную кухню пообещал Дэниел.

— О, надо же, он бывает еще и национальным? — поразилась Анна.

Об этом она еще не знала, хотя по праву считала себя специалистом по продуктам быстрого приготовления.

— Сейчас покажу, — обнадежил Дэниел с улыбкой. В дверях обернулся. — А будешь хорошо себя вести — отведаешь этот «деликатес»!

Анна освободила себе место среди газет и с видом пай-девочки устроилась в кресле, сложив руки на коленях.

«Английским фастфудом» Дэниел назвал треску в тесте и чипсы. Это нехитрое блюдо — самое лучшее, что продается в бистро на углу — чаще всего и составляло его холостяцкий ужин. Благословенна будь, микроволновая печь!

Мужчине, привыкшему к одиночеству, очень нравилось почему-то, что эта непосредственная, яркая рыжеволосая девушка сегодня прикасается к его жизни. А может быть, она даже согласится занять в этой жизни именно ей предназначенное место?.. Мысль эта, не до конца еще оформившаяся, смутно тревожила его. Странно, но у Дэниела даже не возникло вопроса — почему все-таки Анна пришла к нему в столь поздний час? Словно это было самым естественным ее шагом. И в глубине души он ликовал: понимал, что Анна почувствовала его силу и потянулась к ней. Этот чудный вечер он проведет в обществе самой необыкновенной и красивой девушки, которую когда-либо встречал!.. Ее непредсказуемость не позволяла Дэниелу думать о том, что может произойти через четверть часа. Ну что ж… Рыжей Ведьме не нужно прилагать усилий, чтобы заколдовать его, а он почти с радостью готов был отдаться во власть ее чар… Дэниел почувствовал, что губы его тронула легкая мечтательная полуулыбка.

Эти раздумья были прерваны услужливым писком микроволновки.

— Господи, ну не могла бы ты как-нибудь поприятнее сообщать о своей выполненной миссии! — высказал Дэниел свое недовольство.

Что поделаешь, от одинокой жизни появятся и не такие привычки, как с микроволновками разговаривать…

— Слушаю, сэр! Есть проблема, сэр! Миссия «хорошо себя вести» оказалась невыполнимой! Дольше трех минут в состоянии бездействия находиться не могу!

Дэниел изумленно посмотрел на Анну, стоящую в дверях кухни навытяжку. Понял, к чему это она, и рассмеялся. От этого смеха, искреннего и глубокого, по телу Анны прошла легкая дрожь.

Ужин проходил в «походной» обстановке. Более-менее приличная тарелка у мистера Глэдисона нашлась лишь в единственном экземпляре. Так что хозяину пришлось довольствоваться одноразовой пластиковой тарелкой. Рыба в тесте чувствовала себя на ней как дома.

Было весело. Анна быстро избавилась от чувства неловкости. Девушка уже совсем не думала, как сложилось, что она находится в этой квартире. И напрочь забыла о существовании Питера. Для нее существовал только магнетически притягательный мужчина, сидящий напротив, — со строгим овалом лица и улыбающимися глазами. Он не отводил от своей собеседницы взгляда — ни на миг, чуть ли не жадно следил за каждым ее жестом, выражением лица, думал лишь о том, что она совершенство и что он по-настоящему счастлив сейчас — на маленькой кухне, за скромным ужином, но рядом с самой чудесной девушкой, рожденной на этой планете.

Вина не было — пили абрикосовый сок. Никогда его вкус не казался Анне столь мягким и волнующим. Удивительно, но пьянил он не хуже шампанского. Или искорки забегали в крови от чего-то другого?

Надо ли говорить, какое наслаждение испытала Анна, глядя на то, как мужчина в демонстративно надетом переднике не менее демонстративно моет посуду!

Было уже за полночь. Анна зевнула.

— Я постелю тебе в гостиной, согласна? — просто спросил Дэниел.

Было что-то невероятное в том, что в его доме будет ночевать женщина, приехавшая в этот город с другим мужчиной, женщина, которую три дня назад он не знал… и без которой теперь не мог представить свое бытие на этой планете. Как просто пришла эта мысль. Продолжение фразы — «а завтра ты вернешься к своему другу и помиришься с ним» — Дэниел решил оставить при себе. Завтра ведь еще не наступило!