Чтение онлайн

"Как зовут тебя отец? Откуда родом? Воюешь давно?"

"Зовут меня, товарищ сержант, Василий. Родом с Тамбовщины, с Кирсановского района с деревни Шиновка. В 42 году призвали, ну как призвали – сам от военкома добился. Хоть мне и 52, но винтовку держать умею"

"Так я сам деревенский, из деревни Парфениха, Подмосковье. А ты, я вижу в царской армии служил?"

"Так точно. 195 Оровайский полк. Я с ним в этих местах, тридцать лет назад в 14- м наступал, в 15- м отступал, а в 16 – м в Брусиловском прорыве участвовал полковым разведчиком" – с гордостью ответил усач.

Авторское отступление: в 213-м Оровайском резервном батальоне – предтече полка неудачно служил будущий писатель Александр Грин. 195 Оровайский Полк Русской императорской армии прошел всю Первую Мировую на Юго – Западном, Западном и Румынском фронтах.

Михаил вспомнил как в его бывшей части служил такой же седоусый старшина, с двумя Георгиевскими крестами на гимнастерке. С ним полковники уважительно за руку здоровались, корреспонденты фотографировали, а замполит постоянно привлекал на беседы про славу русского оружия в качестве наглядного примера.

"А крест у тебя за германскую есть?"

"Георгия не имею. Поручик, за то что взял "языка", писал ходатайство на меня, да потом царя скинули, началась революция. Не до наград стало"

"Вот ты уже здесь воевал, как себя местные тогда вели?"

"По разному. Были за нас, были и против. Тех кто австриякам служил мазепинцами звали. Они сперва тихо сидели. Но вот что я тебе скажу – когда германец в 15 году на нас насел и стали мы отходить, эти мазепинцы своих же немцу выдавали и сами казнили. Всех, кто был за Россию извели. Сынки у них Гитлеру служат, как отцы Вильгельму – одна порода. И потому ты здесь от деревенских добра не жди" – сурово подытожил ветеран.

Началась служба на посту. Как опытный командир, Михаил сделал "деда" своим заместителем. Тот рьяно взялся "приучать к уставчику" молодых. Парни взвыли, так как старый солдат гонял их до седьмого пота и за каждое упущение в форме, в строевой и в карауле "жучил", заставляя все повторять и исправлять десятки раз. Однако возразить ветерану было невозможно – по его внешнему виду можно было писать картину "Образцовый красноармеец", по строевой хоть сейчас на московский парад , из мосинки спокойно выбивал десять десяток, а выйти против него на штыках не рискнул бы и сержант, несмотря на 20 лет разницы.

Правда старый вояка читал по складам, не любил ППШ, а в технике был откровенно слаб. Но это не мешало ему держать молодежь в узде – "сопляки" отучились курить по ночам и в карауле. Больше всего 18 – летних воинов злило то, что "старый черт" отвадил от поста местных красунь, которые первое время крутились рядом и кидали ласковые взгляды на пялившихся и глупо улыбавшихся "советов". О самоволке ночью к "дивчатам" можно было забыть – "тамбовский хрыч" дежурил на вышке поста в темное время суток. У него оказалось еще одно ценное качество – ночное зрение.

Авторское отступление: важнейшей частью агентуры УПА на Западной Украине были женщины, выполнявшие роль связных и разведчиц. Даже у главаря УПА Романа Шухевича, были девушки – личные связные Дарья Гусяк (псевдо "Черная") и Екатерина Зарицкая (псевдо "Орыся")

Сам сержант взял на себя организацию службы и наладил связь с соседней погранзаставой, договорившись с ее командиром о подмоге в случае нападения. Но время шло а нападения не происходило. На других постах все " как у людей" – обстрелы, засады, налеты, ночные бои. А здесь в Верхнове – тишь, ни единого выстрела. Отряды УПА обходили это пограничное село как заколдованное. Было спокойно. Было слишком спокойно. И это спокойствие Михаилу категорически не нравилось.....

"Вот и всё кому медаль, кому орден новый,

кто-то Свет увидит в даль, а кому крест сосновый!

Эх, ребята, жить бы поживать

Да Россию защищать...."

Непонятная тишина вокруг пограничного села Верхнова не давала покоя сержанту. Старый солдат Василий был с ним солидарен:

" Немцы село не жгли, хозяйства справные, а здоровых парней и мужиков нет. В армию никого тут не забирали, значит где они? В банде местной шастают. Девки постоянно в лес шлындают, а обратно без всяких ягод- грибов идут – значит лесным еду носят и про нас докладывают. Это первое. А второе, товарищ сержант – давно бы уже бандеры нас пощупали, но не трогают, а остальные посты воюют с ними постоянно. Значит что? Значит здесь у них поблизости интерес имеется и они его по здешнему ховают, то есть прячут."

"А что за интерес?" – сержант внимательно смотрел на ветерана.

"Пока сказать трудно, но думаю так – мы же всегда за лесом смотрим – чтобы внезапно не подошли. Банда о том знает. Надо ночью за селом наблюдение вести. А я в темноте вижу хорошо."

У Михаила уже давно рождались смутные подозрения насчет прошлого старого вояки – много рассказывая про германскую войну, Василий очень неохотно упоминал про Гражданскую, отделываясь общими фразами. Что вкупе с его хорошим знанием тактики бандподполья, беспартийностью и местом жизни заставляло думать, что "тамбовский волк" побывал в отрядах Антонова.

С другой стороны 32 – летний сержант в жизни повидал всякого – и знал что люди могут меняться в разную сторону. Вон Власов и генералом был и коммунистом – а кем стал? Зато многих попов сейчас хвалят за советский патриотизм и даже награждают государственными наградами. Ветеран честно отвоевал два года, показал себя толковым заместителем, бандеровцев на дух не переносил и командир поста ВНОС был в нем уверен. А об остальном пусть у замполита голова болит.

Спокойный август 44 года закончился, пошел не менее спокойный сентябрь, но Михаила не оставляло ощущение что развязка этого спокойствия вот вот произойдет…

Было 19 сентября, девять вечера и уже стемнело, когда с вышки тихо спустился Василий. Он нарочито не спеша подошел к командиру и только глаза выдавали волнение. Спокойным голосом доложил:

"Ближайший дом от нас, в клуню зашло 17, и еще трое на пороге стоят, за нами наблюдают. Сбор у них здесь, думают что мы не видим. Здорово придумали, гады, под носом у нас собраться."

Вот теперь Михаил понял тайну спокойной службы здесь. Да, задумка бандеровцев была весьма толковой, только одного они не просчитали – кошачьего зрения ветерана царской армии....

Авторское отступление: излюбленным приемом националистов было устройство схронов, и проведение совещаний буквально под носом у Советской власти – рядом со зданиями сельсоветов, армейскими постами, райотделами НКВД -МГБ, домами где жили офицерские семьи. Сам главарь УПА – Роман Шухевич выезжал отдыхать на курорты Одессы, пока спецгруппы госбезопасности разыскивали его по всей Западной Украине.

Сержант связался по телефону с погранзаставой.

"Пятерых пришлю тебе, больше не могу, у самого бойцов мало. Но там ребята отборные, справятся" – сообщил ему командир заставы.