Чтение онлайн

Чернеет лазурь над тобой,

Топазами бездну исторкав,

А Лилии бледной толпой

Сопят, как клистиры восторгов!

Век саго растит из зерна

Не грезу – крахмал и глюкозу,

А Лилии выпьют до дна

И высосут всю твою Прозу!

Они у Кердреля в груди!

Они в образцовом сонете

Тридцатого года; гляди —

И у Менестреля в букете

Они же! Все Лилии! Сплошь!

Как грешницу в белой сорочке,

И ты сладострастно введешь

Дрожащую Лилию в строчки!

Когда же сойдешь поутру,

Белея рубахою потной,

Наполнит ее на ветру

Душок Незабудки болотной.

Но стих твой одной лишь открыт

Сирени – о вымысел жалкий! —

Да сладким плевкам Альсеид,

Духмяным соцветьям Фиалки!..

Поэты, вам хочется Роз,

Раздувшихся, дышащих, алых,

Чтоб лавр их до неба вознес

На стеблях октав небывалых!

Чтоб, сдув их, как снежную пыль,

И вихрем подняв краснокрылым,

Пыльцою швырнулся БАНВИЛЬ

В глаза близоруким зоилам!

В лугах приминая былье,

На Флору тихоня фотограф

Глядит, многоликость ее,

Как винные пробки, одобрив.

И вот – что за немощный сброд

Растений, тщедушных и ломких!

Их такса и та перейдет,

Как мелкую заводь, в потемках!

И вот – что за пакостный вид

Рисунков, где Лотос синюшный

В елейном сюжете манит

Причастницы взор благодушный!

Цветистая ода – точь-в-точь

Окошко цветущей девицы;

А на Маргаритку не прочь

Любой махаон испражниться.

– Тряпья! Подходите! Репья!..

Цветы по отжившим Салонам

Ползут, от натуги скрипя!

Отдать их жукам искушенным,

Всех этих уродцев нагих,

Убогих питомцев Гранвиля!

Светила бессильные их

Мерцанием млечным вспоили.

О, ваших свирелей напев —

Сусальные, сладкие слезы!..

Да все эти Лилии – блеф,

Сирень, и Фиалки, и Розы!

Чистюля охотник! Ты снял

Чулки и сигаешь по травке.

Ты страху на Флору нагнал —

Навел бы в ботанике справки!

Вдруг примешь сверчка среди трав

За шпанскую мушку – по сути ж

Ты, Рио на Рейн поменяв,

Флориду в Норвегию сунешь.

Однако Искусство не в том —

Ты это, любезный, осмысли, —

Чтоб на эвкалипте любом

Гекзаметры змеями висли;

Как будто нужны акажу,

Растущие в дебрях Гвианы,

Всего лишь прыжкам сапажу

Да тяжкому бреду лианы!

Нет, мертвый цветок иль живой —

Признаться, не стоит он даже

Слезинки на свечке простой!

Помета он птичьего гаже!

О том и твержу, что порыв

Бесплоден, что, даже утроив

Старанья, но ставни закрыв

И пялясь на зелень обоев,

Цветение диких Уаз

Ты сводишь к их копиям нищим!..

И в этом, любезный, как раз

Ты столь же смешон, сколь напыщен.

Итак, не пампасы весной,

Кишащие Флорой мятежной, —

Табак и хлопчатник воспой!

Поведай о жатве безбрежной!

О том, как дает миллион

В Гаване Веласкесу рента;

Твой лоб Аполлоном дублен —

Наплюй же на море в Сорренто

С его лебедями! Твой стих

Обязан твердить неустанно

О вырубке манглий густых

И сборе плодов мангустана!

Пускай, точно лезвие, вмиг

Он чащу пронзает, кровавясь,

Ища, как камедь и тростник,

Сюжетов сокрытую завязь!

Открой нам, что охра снегов

На пиках тропических – это

Цвет микроскопических мхов,

Личинок бесчисленных мета!

Найди нам марену и крапп,

Охотник! Воспой нам широты,

Где влиться Природа могла б

В ряды красноштанной пехоты!

Найди на опушке лесной

Соцветья в звериных обличьях,

Чьи зевы целебной слюной

Исходят на пастбищах бычьих!

Найди на лугах заливных,

В серебряной дрожи затонов,

Кипенье эссенций, а в них —

Пунцовые яйца бутонов!

Найди нам хлопчатый Волчец,

Чью нить вереницею длинной

Тянули б ослы! Наконец,

Найди нам цветы с древесиной!

А в черной утробе руды —

Соцветья, всех прочих дороже,

Чьи бледные рыльца тверды

И перлы таит цветоложе!..

К застолью, насмешник пиит,

Подай, не жалея усилий,

Грызущую наш альфенид

Приправу из паточных Лилий!

Пусть нам говорят, что Амур

Спасает сердца от Печали, —

Но даже Ренан и кот Мурр

Его наяву не встречали.

А ты в мировой немоте,

Открыв аромат истерии,

Веди нас к такой чистоте,