Чтение онлайн

Поблагодарив носильщика за помощь, сержант вернулся в свою машину. Сверившись с расписанием, он отметил, что перед Эром поезд останавливался только на одной станции – в Мейболе. Стоило заехать туда и выяснить, не сошел ли подозрительный пассажир там вместо Эра.

В Мейболе сержант побеседовал с начальником станции и узнал, что во вторник с поезда, следовавшего из Странрара, сошли всего два пассажира. Это были женщины. И ни у одной не было с собой велосипеда. Собственно, ничего иного Дэлзиел и не ожидал. Начальник станции добавил, что у пассажиров вышеозначенного поезда, следовавших до Эра, билеты собирались в Мейболе. Было сдано восемь билетов третьего класса, включая один, проданный в Герване. Эту информацию подтвердил кассир. Если возникает какое-либо несоответствие между количеством заявленных и сданных билетов, это выясняется в ревизионной конторе в Глазго, о чем в течение трех дней составляется отчет, который затем высылается на место. Если в данном случае произошли какие-то накладки, известно об этом станет на следующий день. Билеты на провоз велосипедов, принадлежавших пассажирам, следовавшим до Эра, в Мейболе не собирают, поскольку они нужны для того, чтобы получить багаж на конечной станции.

Дэлзиел попросил начальника станции сразу связаться с ним, если появятся какие-нибудь сомнения относительно билетов, после чего полицейские отправились в Эр.

Эр являлся довольно большой по размерам станцией, откуда расходилось сразу несколько железнодорожных веток. Основная, соединяющая Странрар и Глазго, была в непосредственной близости от станции. С западной стороны располагалась главная платформа с железнодорожными кассами, книжным киоском и выходом к поездам других направлений.

Здесь Дэлзиел вновь расспросил персонал о билете на провоз велосипеда. Сверившись с журналом учета, ему ответили, что билет, купленный в Герване, был, как и положено, сдан в Эре. Следующий вопрос касался того, кому именно сдали этот самый билет. Поскольку все билеты пассажиров были собраны в Мейболе, на выходе с платформы в Эре контролера не было. Билет на провоз багажа был предположительно сдан носильщику, достававшему велосипед из багажного отделения.

Дэлзиел и Росс по очереди опросили носильщиков, но все утверждали, что не доставали велосипед из багажного отделения поезда, прибывшего из Странрара во вторник, зато один припомнил кое-что насчет билета. После того как из поезда вышли несколько пассажиров, он отправился к последнему вагону, чтобы выгрузить багаж. Тогда-то проводник и передал ему билет на провоз велосипеда, объяснив, что он принадлежит джентльмену, забравшему велосипед самостоятельно. Носильщик счел, что пассажир решил таким образом уклониться от уплаты чаевых, а может, просто спешил. Проводник видел, как он быстро покатил велосипед к выходу. Люди частенько скупятся на чаевые, особенно велосипедисты. Теперь, когда наступили тяжелые времена, даже и двухпенсовика не получишь там, где раньше давали шесть пенсов или даже шиллинг. И виновато во всем правительство. И без того нелегкая жизнь рабочего человека становится еще труднее. А что касается Джимми Томаса, так он с потрохами продался капиталистам. Если бы с ним, носильщиком, обращались должным образом, то он, не исключено, стал бы кем-то совсем другим, но когда на тебя постоянно нападают со всех сторон, то…

Дэлзиел прервал эту жалобную тираду и поинтересовался, работает ли сегодня тот же самый проводник. Носильщик кивнул, и сержант решил дождаться прибытия поезда и поговорить с проводником. А пока они с Россом могли бы перекусить, а после ленча попытаться найти того, кто видел, как велосипедист покидал станцию.

Наскоро отобедав в местном буфете, полицейские обсудили, что делать дальше. Потребуется время, чтобы отследить передвижения загадочного пассажира, после того как он покинул здание вокзала в Эре. Значит, Дэлзиелу необходимо скорее вернуться в Ньютон-Стюарт и связаться с Макферсоном. К тому же следовало опросить людей в Глазго и запастись фотографиями всех подозреваемых на случай, если кто-нибудь запомнил внешность велосипедиста. Поскольку все подозреваемые были известными художниками, их фотографии наверняка отыщутся в ведущих новостных агентствах Глазго. Да, не надо разыскивать фотографии художников в Гейтхаусе и Керкубри. Ведь это может спугнуть убийцу. В общем, было решено, что Дэлзиел сядет в поезд из Странрара и отправится в Глазго. По дороге он побеседует с проводником. Машина останется в распоряжении Росса. Он продолжит расследование, время от времени отправляя рапорты в Ньютон-Стюарт. Если обнаружится след велосипедиста, Россу надлежит следовать за ним и, если придется, задержать его.

В 13.48 на станцию прибыл поезд. Дэлзиел зашел в вагон, предварительно убедившись, что его обслуживает тот же проводник, что и во вторник. Поезд тронулся, и Дэлзиел увидел в окно, что Росс беседует с продавцом из книжного киоска. Констебль слыл весьма энергичным и деятельным человеком, поэтому Дэлзиел был уверен, что оплошностей при расследовании он не допустит. Более того, сержанту хотелось, чтобы Росс понял, что на его долю выпала более интересная и запутанная часть расследования. И все же он не слишком-то верил в то, что неуловимый велосипедист имеет какое-то отношение к преступлению, и считал, что человеку его положения не следует тратить время впустую, гоняясь за химерами. Рассуждая подобным образом, Дэлзиел отправился на поиски проводника.

Тот прекрасно помнил инцидент с велосипедом. Не успел поезд затормозить, как один из пассажиров – моложавый мужчина в клетчатом кепи, сером фланелевом костюме и солнцезащитных очках «крукс» – спрыгнул на перрон и поспешил к последнему вагону. Он обратился к проводнику с просьбой незамедлительно выдать ему велосипед, поскольку не может терять ни минуты. Все носильщики находились в голове состава, поэтому проводник открыл багажное отделение и отдал пассажиру велосипед, предварительно сверив бирку с билетом. В качестве станции назначения был указан Эр, и проводник припомнил, что велосипед поместили в багажное отделение в Герване. Пассажир отдал ему билет вместе с шиллингом чаевых и сразу направился к выходу. Проводник заметил, что в руках у мужчины был небольшой чемоданчик. Он не видел, как тот покинул станцию, поскольку должен был проследить за присоединением пульмановского вагона-ресторана, что всегда происходило в Эре. Прежде чем поезд снова тронулся в путь, проводник отдал багажный билет носильщику, чтобы тот, как и полагается, отправил его в Главное управление железной дороги.

Дэлзиел попросил свидетеля описать того путешественника, только получить подобного рода информацию оказалось не так-то просто. Проводник видел пассажира лишь полминуты, однако припомнил, что тот был среднего роста, тридцати – сорока лет, чисто выбрит или же с небольшими светлыми усиками. Точно не темными, иначе проводник непременно запомнил бы их. Разглядеть волосы пассажира под кепи не представлялось возможным, но у проводника сложилось впечатление, что это светловолосый человек со свежим цветом лица. Да, волосы были мышиного или соломенного цвета. Глаза под солнцезащитными очками не слишком темные. Голубые, серые или ореховые. Проводник, как и носильщик в Герване, обратил внимание на высокий взволнованный голос пассажира и английский выговор. Он, пожалуй, сумеет узнать мужчину по фотографии, но не уверен. В пассажире не было ничего примечательного, если не принимать во внимание своеобразный голос и то обстоятельство, что он всю дорогу не снимал солнцезащитных очков. Велосипед тоже обычный – старый и поцарапанный. Проводник не обратил внимания на марку, однако заметил сравнительно новые шины.

Дэлзиел кивнул. Он и не ждал, что получит детальное описание внешности человека в кепи и очках, которого весьма занятой сотрудник поезда видел всего несколько секунд. Сержант вернулся в свое купе и провел остаток пути, делая заметки в блокноте. После короткой остановки в Пейсли поезд прибыл на станцию Сент-Инок.

Здесь ему нечего было делать, кроме как узнать, все ли билеты, собранные во вторник, отправлены в ревизионное ведомство. Убедившись, что это так, Дэлзиел отправился в это самое ведомство, и вскоре уже сидел в кабинете начальника.

В ведомстве задача сержанта заключалась в том, чтобы проверить билеты, купленные и сданные во вторник между станциями Гейтсхаус и Сент-Инок и Керкубри и Сент-Инок. В ведомстве уже произвели все подсчеты, не обнаружив при этом расхождения в числе проданных и собранных билетов. Похоже, предположение лорда Уимзи о том, что Уотерс сел в Керкубри в поезд до Глазго, но так и не доехал до конечного пункта, скрывшись по дороге, было ошибочным. Если же он, не замеченный ни железнодорожными служащими, ни мисс Селби или мисс Кохран, действительно сел в поезд, отправляющийся из Керкубри в 08.45, то им был куплен билет до какой-то промежуточной станции. Но с чего они вообще решили, будто Уотерс воспользовался поездом? Он просто пропал и прихватил с собой велосипед. Только вот этот ли велосипед добрался до Эра? Сержант помнил о том, что юный Эндрю поставил на свой велосипед новые шины, и поэтому был склонен думать, что это и есть велосипед из гостиницы «Энвос». Впрочем, он ничего не знал о состоянии шин велосипеда Уотерса.

Дэлзиел поинтересовался билетом Фергюсона, и ему сразу дали ответ, поскольку это был единственный билет первого класса до Глазго, купленный в тот день в Гейтхаусе. Его должным образом прокомпостировали в Максвеллтауне, что располагается между Гейтхаусом и Дамфрисом, а затем еще раз в Герлфорде и Моклайне, между Дамфрисом и Сент-Иноком. Из этого можно было заключить, что Фергюсон действительно проделал путь от дома до Глазго.

Однако, не удовлетворившись полученной информацией, Дэлзиел запросил сведения обо всех билетах, на все направления в радиусе пятидесяти миль от Ньютон-Стюарта, проданных во вторник. Это было сделано на случай, если вдруг выяснится какое-нибудь несовпадение. После этого сержант отправился в Главное полицейское управление Глазго.

Там он организовал поиски велосипедиста, путешествовавшего во вторник по дороге между Багреннаном и Герваном между 11.00 и 13.11. Его также интересовали все велосипедисты, замеченные во вторник во второй половине дня в окрестностях Эра, как и те, что садились на поезда, отправлявшиеся из Эра или с близлежащих станций во вторник вечером или в среду утром. Внезапно Дэлзиел сообразил, что таинственный велосипедист мог доехать поездом из Эра до любой близлежащей станции, купить там другой билет, возможно, как-то изменив при этом внешность. Но потом он подумал о том, что такую приметную деталь, как велосипед, вполне можно где-нибудь оставить. Дэлзиел отправил запросы на все станции с просьбой проверить камеры хранения на предмет невостребованного велосипеда. Он попросил также проинформировать его, если вдруг в окрестностях Эра обнаружится какой-нибудь бесхозный велосипед. К своему запросу он приложил описания трех пропавших в Гейтхаусе велосипедов, отметив при этом, что не следует ограничиваться поиском машин только двух марок. Его интересовали все подозрительные велосипеды, найденные в обозначенный промежуток времени.