Чтение онлайн

Два дня я пыталась попасть к Паше в реанимацию, но меня не пускали, потому что по документам я для него никто. Только когда его стабилизировали и перевели в общую терапию, в одиночную палату, я впервые его увидела после происшедшего.

В тот день, я всю ночь не могла уснуть, а утром, встала за час до открытия больницы, закрыла тональным кремом синяки, которые проявились после ударов Андрея, покормила Филиппа и отправилась к Паше.

Сперва меня не хотели пускать, я вновь спорила, возмущалась, но сдерживала слезы. Крестный Паши, который заехал ко мне на следующий день после похищения, сказал, что я могу в любой момент к нему обратиться за помощью. И эти дня, я была уверена, что справлюсь сама. Но я устала, что из-за юридических факторов, не могу попасть к человеку, который рисковал жизнью ради меня. На часас было почти девять утра, когда я набрала номер Валерия Семёновича и со стыдом в голосе попросила помочь мне навестить Пашу. Через десять минут, я стояла напротив белоснежной двери и с волнением держалась за дверную ручку.

Медленно открыв дверь, я вошла в небольшую палату. Практически все стены были белоснежные, только одна изумрудного цвета. В углу, светлый кожаный диван, телевизор, который без звука показывал какую-то развлекательную программу. Прикроватная тумбочка с корзиной, где лежали стандартный фрукты для пациентов больницы и кровать с белыми простынями. Паша спал. Его грудь медленно вздымалась, из под белой футболки виднелись повязки, голова также была перебинтована. Возле кровати стоял стул, поэтому я тихо подошла и сев на него стала наблюдать за спящим парнем. Одна за одной слезы стали стекать по щекам, в голове снова промелькнули воспоминания того вечера. Возможно, если бы я сразу подписала все документы, то Паша был бы в порядке.

О судьбе Зуев мне практически ничего не известно, одно точно знаю, их задержали на трассе. Что будет дальше, никому неизвестно. В душе теплилась надежда, что они получат справедливое наказание. Одно радовала, весь кошмар, связанный с ними, наконец-то закончился.

— Хватит плакать, мышка.

От неожиданности я подскочила и прильнула к руке Паши лежащей на краю кровати.

— Паша! — воскликнула я. — я так волновалась. Прости меня пожалуйста!

— Тебе не за что извиняться. — улыбнулся Паша глядя на меня. — у меня все было под контролем?

— Реанимация и тяжёлое состояние, это контроль? — возмущенно спросила я.

— Ну, это был план Б. — пожал плечами Паша.

— Боюсь узнать какой был план А. — скрестила я руки на груди, слегка надув губы.

— Стать супергероем. — широко улыбнулся Паша обнажив белоснежные зубы.

— Ну это у тебя получилось. Ты стал супергероем новостей. Все только и говорят о тебе последние несколько дней.

Это была полная правда. По телевизору все новости о бесстрашном военном, который спас похищенную девушку. Только имена не разглашаются и на этом спасибо. А вот фамилию Зуй никто не скрывает. В общем, все как в книгах: злодеи, девушка в беде и принц на белом коне. Только мой принц с винтовкой в руках и перебинтованной головой.

— Ты в порядке? — беспокоясь спросил Паша, так как я вновь ушла в мысли и он это заметил.

— Это я во всём виновата. — опустив глаза ответила я.

— Эй. — позвал меня Паша, аккуратно дотронувшись до моей руки. — никогда не думай за это извиняться. Здесь нет твоей вины, даже моей нет. Эти говнюк получат по полной. Главное, что теперь все позади.

Его голос, как тогда на мосту, обволакивал и поглощал каждую клеточку моего тела. От его спокойствием хотелось укрыться, в нем хотелось утонуть.

— Иди сюда. — тихо произнес Паша и потянув мою руку к себе сократил расстояния между нашими губами, а после нежно, но настойчиво поцеловал. Поцелуй был нежный, но очень чуткий. В нем читалось то, что мы скучали друг по другу и то, что нам страшно снова друг друга потерять.

— Кх-кх. — раздалась имитация кашля со стороны дверей. Оторвавшись друг от друга, мы вместе посмотрели туда, где стоял Макс и улыбнулись. — прости что отрываю, голубки.

— Макс! — воскликнул Паша. — я бы удивился, если бы ты не пришел в этот момент. Поцелуя на тебя действуют как призывное заклинание. — засмеялся Паша, держась за ребра и ойкая.

— Больно? — стала я переживать.

— Излишки сломанных ребер, все в порядке. — заверил меня Паша.

Максим подошёл к другу, они пожали друг другу руку, а после активно начали обсуждать каждый синяк Паши. Слушая все это, я приходила в ужас, а парни наоборот, сравнивали эти побои с теми, что уже когда-то получали и ставили им оценку по десятибалльной. Оказалось, что один раз Паша получил пулю в ногу и та боль была сильнее, чем удары огромных охранников. К сожалению, я так и не видела шрамы Паши, потому что пока что между нами больше не было близости и не намечалась, пока не срослись сломанные ребра.

Я и Максим были рядом с Пашей больше часа, пока в палату не вошла медсестра предупредив нас, что через несколько минут будет обход. На прощание, Паша подал руку Максу и попросил его выйти первым. Мы целовались еще несколько секунд, наслаждаясь друг другом. После, еле отпустив друг друга я направилась к выходу. У самих дверей Паша меня окликнул.

— Эй, мышь. — улыбаясь сказал Паша, я развернулась и посмотрела на него лежащего на кровати в центре палаты. Через секунду он стал более серьезный, но в глазах что-то читалось. Как-будто он решался что-то сказал, но боялся. Но через мгновение, это исчезло и он просто вновь широко улыбаясь сказал — покорми Филиппа.

— Кто-кто, а вот он точно не голодает. — ответила я. Слегка настроившись, но не подавая вида. Потому что я знала, что он хотел сказать, но у нас будет ещё время друг другу признаться в любви.

— Увидимся. — сказал Паша и послал воздушный поцелуй. Кивнув, я скрылась за дверью. Шагая погруженная в своих мыслях навстречу стоящему Максу в конце коридора, я не сразу заметила, как иду прямо на мужчину быстро идущего по коридору. Столкновение было неизбежно и я случайно зацепила его плечом.

— Простите. — быстро проговорила я мужчине, лет шестидесяти, в дорогом костюме, с аккуратной стрижкой. Он был хмурым, с холодным взглядом. Не отреагировав на мои извинения, он как бы с отвращением смахнул с себя несуществующую грязь с места, где я до него дотронулась, поправил пиджак и дальше пошел по коридору. Только дойдя до Максима,бы вновь посмотрела в сторону, где шел мужчина и удивилась, так как он свернул прямо в палату где был Паша.

Максим стоял напряженный, руки в кармане и смотрел туда, где скрылся незнакомец.

— Кто это? — обратилась я к Максиму, так как поняла, что он его знал. — на врача не похож.

Парень молчал какое-то время, а после глубоко вздохнув ответил:

— Отец Паши.

— Они же не общаются. — удивленно проговорила я.

— Не общаются. — подтвердил Макс. — ладно, идём.

Сказал Максим и начал идти к выходу. Я поборола себя, чтобы не развернуться и не зайти в палату, и не поинтересоваться, что забыл отец Паши, особенно после того, как его предал. Я очень сомневалась, что в нем проснулись отцовские чувства. Однако, я решила, что Паша сам должен в этом разобраться и он этого бы хотел.