Чтение онлайн

Неделя прошла спокойно. Марат не тревожил, вообще ни одной буквы от него не было. Я радовалась, неужели он наконец понял, что у нас ничего не может быть? Или это тишина перед бурей? Отгоняю от себя плохие мысли и иду к маме, она на крыльце, как всегда, чем-то занята. Вот и сейчас возится с цветами, пересаживает их, землю меняет.

— Куколка моя, — радушно, как всегда, встречает меня мама.

— Я помогу, — хватаю за перчатки, не успеваю одеть.

— Нет, нет. Не надо, ты лучше съездий в центр за продуктами. Я никак не успею, а папа будет поздно. Нам надо ужин приготовить, и я хочу пирожки испечь с собой на дорогу, — от этой фразы я цвету, завтра мы едем в столицу, подавать документы в институт, моя мечта сбудется, — а цветы не хочу оставлять, они завянут.

— Хорошо, я вызову такси. А что надо купить?

— Муку! Овощи и фрукты, как обычно. Как закончишь, созвонись с папой, может он тебя заберет, если нет, то на такси.

— Хорошо, я переоденусь, — быстро иду в дом, переодеваюсь как раз к тому моменту, когда приложение в телефоне оповещает, что такси уже ждет.

— Пока мамуль, — посылаю ей воздушный поцелуй, бегу к воротам.

Набрав полную корзину продуктов иду к кассе. Выкладываю продукты на ленту, когда слышу знакомый голос сзади.

— Помочь? — тело покрывается мурашками от этого голоса, нахально смеется. Я поворачиваюсь на голос Марата.

— Ты следишь за мной?

— Откуда такие плохие мысли обо мне? — он отходит от меня на другой конец кассы, ловит все, что я выкладываю на ленту, после того, как кассир пробивает, складывает в пакет, потом расплачивается своей картой, игнорируя мои возмущения, берет пакет, и мою руку.

— Я отвезу тебя, — по пути к машине я не раз пыталась оторвать свою руку от его, но все безуспешно, — расслабься, я не съем тебя.

— Кто сказал, что я поеду с тобой? — он отпускает мою руку на парковке, открывает багажник, ставит туда пакет с продуктами.

— Я сказал! — подмигивает, закрывает багажник и идет в мою сторону, — боишься меня?

— Чего это мне боятся? — сама еще и как боюсь, — отдай мне мой пакет, или вези его сам, я поеду на такси, — разворачиваюсь уйти, но не успеваю и шагу сделать. Он хватает меня под локоть, резко разворачивает, открывает дверь машины, толкает меня на сиденье, блокируя дверь. Обходит машину, садится на свое место, — Бортников, совсем с катушек слетел?

— Слетел Стрельцова! С ума свела! — заводит машину и давит на газ, мы со свистом трогаемся с места.

И едем мы не в сторону дома, а на старый, заброшенный стадион, где уже стоит черная иномарка. Увидев нашу машину оттуда выходят несколько парней.

— Куда мы приехали? — я начинаю дрожать от волнения.

— Не бойся, они все свои, — смеется, выходит, идет в мою сторону, открывает дверь, — мы пересаживаемся в другую машину.

— Зачем? Я не хочу! Куда ты меня привез? — кричу, когда он вытаскивает меня за руку из машины, закидывает на плечо и несет в сторону другой машины. Я щипаю его за зад, бью кулаками, бестолку. На мои крики о помощи никто не реагирует. Марат сажает меня в машину на заднее сиденье, сам садится рядом. Двое парней садятся к нам в машину, один за руль, другой на пассажирское сиденье. Мы срываемся с места, едем на бешенной скорости. Мой телефон звонит, я достаю из кармана. Мама. Слава Богу, выдыхаю, но ответить не успеваю. Марат хватает у меня из рук телефон и выкидывает его в окно машины, — что ты делаешь? Куда меня везешь? — он крепко держит меня за талию, повернув к себе спиной, и теперь дышит мне в шею.

— Сиди спокойно, не кричи, — вдыхает мой запах, зарывшись в волосы, — скоро приедем. Смысла кричать, дергаться, биться-нет. Для тебя лучший вариант-сидеть спокойно.

И тут меня накрывает, я впадаю в панику. Кричу что есть силы, зову на помощь, бью его по рукам, прошу чтобы отпустил. Слезы ручьем, я задыхаюсь не могу дышать.

— Маленькая моя, перестань плакать. Прошу тебя, — зацеловывает меня всю, где достает.

— Не трогай меня…… пожалуйста, ты мне противен, — голос срывается, — отпусти. Я ненавижу тебя, слышишь!??? НЕНАВИЖУ!

Он отпускает, я двигаюсь подальше от него. Тихо плачу, уже сил кричать нету. В горле першит, в глазах режет. Голова начала гудеть. Не знаю сколько по времени мы едем, но когда доезжаем, на улице уже прилично темно. Парни и Марат быстро выходят из машины, один из них подает мне руку, я выхожу, открываю рот кричать, но меня кто-то хватает сзади, прикладывает влажную салфетку к лицу. Темнота.

Открываю глаза на кровати в спальне. В чужой спальне. Быстро сажусь.

— Ты? — предо мной сидит Марат, который двигается ко мне поближе, — где мы? Куда ты меня привез?

— Туда, где ты станешь моей, — он нависает надо мной, смотрит прямо в глаза.

— Ты ненормальный! Отвези меня сейчас домой! — при каждом слово, произнесённой мной, по голове будто молотком бьют.

— Только не кричи, хуже будет болеть голова, да и никто не услышит, зря не старайся, — я отталкиваю его, но сил никаких нет, чувствую себя резиновой куклой.

— Что ты сделал со мной? — у меня начинается истерика, из-за которой он встает с меня, садится рядом.

— Ты кричала и плакала, не хотели привлекать внимание посторонних, пришлось ненадолго отключать тебя, прости, ты должна успокоится и покушать, а то голова не перестанет болеть.

— Кушать? В жизни не стану есть, то что ты принесёшь, понятно! Сейчас же меня отпусти, — встаю на ноги и падаю на кровать, ноги не держат, трясутся, голова кружится, — ты не понимаешь и не представляешь как я тебя ненавижу! — в ответ Марат только ухмыляется.

Слезы тихо катятся по щекам, сердце бешено стучит, готово вырваться наружу. Я боюсь. Очень боюсь Марата и его голодного взгляда, глаза блестят как у бешеного пса. Господи, где моя мамочка, где папа? Почему не ищут меня, не находят? Не забирают отсюда? Я хочу домой, пусть кто-нибудь придёт, спасет меня. Умоляю, чего раньше никогда не делала, щас я обещаю, Господи, каждый день буду молиться, благодарить тебя, только спаси меня Боже, спаси.

Стук в дверь вырывает меня из мыслей, Марат спешит открыть. А я уже мысленно благодарю Бога, что услышал мои молитвы.

Но как же я разочаровываюсь, когда слышу чужие мужские голоса..

— Ну что птичка проснулась? — спрашивает незнакомый голос, я не вижу кто, он стоит за дверью, который придерживает Марат.

— Проснулась, ведет себя тихо, наверно действие лекарства, — смеётся, а тот в ответ.

— Сегодня сделай, то что должен. Сам понимаешь, о чем я?!

— Бля, братан, только не учи, сам знаю!

— Завтра твои родаки пойдут к ее родакам мериться, я это, чтобы к тому времени…

— Не нервируй! Идите уже, забирай седого и поезжайте, только до завтрашнего дня дома не появляйтесь! — он захлопывает дверь, идёт ко мне.

— Не подходи ко мне!

— Только без истерик! Пойми ты уже, ты моя, и тебе некуда бежать!

— Только посмей ко мне прикоснуться! Я подам на тебя в полицию! — громкий хохот звоном отдаётся в уши, Боже, я руками закрываю уши, закрываю глаза, голова гудит от звона его смеха, он расстёгивает ремень брюк, скрип растягивающейся молнии заставляет открыть глаза, я кричу, со слезами на глазах.