Чтение онлайн

К счастью, это, по крайней мере, мне легко даётся».

Затем он меня спросил:

«Я увидел у тебя татуировку, впрочем, ты сама заставила меня её увидеть, разве не так?»

Она обернулась, отодвинула пеньюар и ответила:

«Это небольшой племенной знак, означающий <Бесконечная любовь!>»

«Очень красивый, и когда ты его сделала?»

«Когда мне было двадцать лет, и я была глупенькой, в этом меня убедили мои подруги, хотя теперь я, безусловно, сожалею о данном поступке».

«Я таких и не видел никогда, но твоя такая маленькая и сделана вовсе не плохо, кроме того, её можно заметить только тогда, когда ты обнажена, так что не бери в голову.

Знаешь, сколько ошибок я совершил по молодости, которые хотел бы забыть, я бы раскаялся за них тысячу раз, но, к счастью, я никогда не совершал серьёзных проступков, к каковым также и не относится твоя татуировка.

И вдобавок она у тебя спрятана на этой чудесной пятой точке, так похожая на некое произведение живописи, оформленное в рамку».

«Оформленное в рамку произведение живописи – это откровенное преувеличение, да и вообще, брось ты, не подшучивай надо мной, сама прекрасно знаю, что там нет такого красивого зада, напротив, он слишком вытянут и слишком мал, чтобы считаться красивым».

«Но вот ты уже и шутишь, и это прекрасно, мне так хочется съесть твою попу».

И шутя он начал её нежно покусывать.

Эрика, продолжая смеяться, неожиданно повернулась и, сжав Валерио за плечи, сказала:

«Не очень-то там уж всё и хорошо, прекрати меня обманывать».

«А ты знаешь, кто ты?!

Ты очень хитрая девушка, и из тех, кто хорошо разбирается в женщинах, ты поняла, что, нарываясь на комплименты, можно получить всё, что захочешь, и ты не остановишься даже впредь, хотя теперь у тебя уже был я, поэтому не стоит разыгрывать комедию».

«Что за характер?!

Почему же ты думаешь обо мне подобным образом!? Возможно, я тоже хитрец, хотя если ты была бы дурна собой или же неполноценна, вряд ли я привёл бы тебя сюда, и ты сама можешь в этом поклясться.

Я думаю, что ты просто очень красивый человек а, помимо этого, ещё и обворожительный, который обладает некой таинственностью, что побуждает людей лишний раз обернуться и лучше присмотреться, отметив себе детали, позволяющие тебе выглядеть, точно Богиня.

Ты и повседневность – просто несравнимые понятия.

И, пожалуйста, не говори, будто я общаюсь с тобой в подобном тоне только затем, что мне хочется тебе польстить; да, ты красивая женщина, причём и сама знаешь прекрасно, почему я говорю именно так.

Поверь мне, я никогда не говорил того, чего я лично не чувствовал к кому-либо!»

«Да что ты, ведь сейчас ты меня описал, словно я Венера Милосская, я себе даже и не представляла, что кто-то сможет подумать обо мне в таком духе.

Спасибо!»

«Да брось ты, ведь знаешь, что сама из тех, кто приятен людям, держу пари, что ты привлекаешь к себе, правда, теперь, возможно, ты так не поступила. И так случилось потому, что, находясь в лёгкой депрессии, позволила себе пустить всё на самотёк, хотя если бы я встретил тебя в несколько иной момент, то даже бы не клюнул на такую дрянь!»

«Ошибаешься, ты красивый мужчина!

У тебя симпатичное лицо, тело настоящего атлета, ты высокий, загорелый, одеваешься с большим вкусом, и стоило тебе лишь войти, как я тут же обратила на тебя внимание.

А ещё у тебя просто замечательный дом, очень тёплый во всех смыслах этого слова и к тому же меблирован со вкусом.

У тебя не слишком много мебели, но вся имеющаяся старательно выбиралась, и это видно. Также я заметила у тебя практически идеальный порядок, чего как раз не скажешь обо мне, потому что я, скорее, человек безалаберный.

Порой, я не могу пригласить к себе домой даже своих подруг, до того бывает стыдно за царящий беспорядок.

Я заметила, что у тебя вообще нет фотографий, как же так?»

«Я снял их все; они создавали мне одни проблемы».

«Проблемы, ты говоришь? И какого плана?»

«Воспоминания, о которых мне хотелось бы забыть».

«Ты был безумно влюблён, правда?»

«Ой, к сожалению, да!»

«Отчего же к сожалению?»

«Потому что состояние влюблённости причиняет человеку одну лишь боль!

Это заставляет тебя страдать по-настоящему, и пусть даже в некоторые моменты ты чувствуешь себя превосходно, но когда чувствуешь себя каждый раз по-разному, можно уловить детали собственных ощущений!»

«Но это же произошло в вашем доме?»

«Нет!

Мы продали его пару месяцев назад, и в настоящее время я снимаю это жильё».

«А всю эту мебель вы купили ещё в браке?»

«Из неё я не захотел ничего, поэтому и оставил бывшей практически всё, включая и полученные от своих друзей и родственников подарки».

«А что можно сказать насчёт тебя! У тебя что-то осталось?»

«Да! Я взяла всё своё, когда он уже жил в другом месте, вот почему я ушла, ни о чём не спрашивая.

Но я чувствую, что звонит чей-то мобильный телефон?!

Это точно не мой, потому что у меня совершенно другой сигнал вызова.

Однако ж, который час, не поздновато ли случайно для телефонных звонков вообще?»

«Уже, между прочим, ближе к часу ночи, возможно, это кто-то из моих друзей».

Он поднялся и прошёл в прихожую, где из кармана пиджака достал свой сотовый телефон, внимательно его изучая, пока тот всё звонил, а потом просто сбросил звонок.

Затем, не беря в голову данный инцидент, положил свой сотовый туда, откуда и взял, и как только снова вошёл было в спальню, аппарат опять зазвонил.

Фыркнув, он повернулся, взяв его ещё раз, выключая окончательно.

Вернувшись в спальню, молодой человек сказал:

«Есть люди, которым до сих пор охота звонить анонимно, и они по-прежнему не понимают, что, если номер телефона не отображается на экране, то я не отвечаю».

«Я, напротив, всегда отвечаю, правда, раньше поступала так же, как и ты, хотя однажды, когда мне позвонили из больницы и сообщили, что мою мать экстренно туда привезли, я пришла в себя и немного успокоилась лишь на следующий день. И тогда я поняла, что хочу как следует стукнуться головой, потому что всерьёз рисковала тем, что, на самом-то деле, могу её больше не увидеть».