Чтение онлайн

В нашем в институте работы по реализации первого этапа этой экспедиции были начаты в 1964 году. Я официально был назначен руководителем всех работ по обоснованию состава средств управления полётом и по разработке «инструментария» для обеспечения управления полетом Л-1. А эти работы пришлись на самый напряженный период, когда шла отработка посадочного варианта лунного объекта Е-6, сопровождаемая целой серией неудачных пусков. Однако наш богатый опыт работ по объекту Е-6 и достаточно эффективный способ организации работ по созданию требуемого для управления полётом «инструментария» позволили нам в очень короткие сроки решить все проблемы, связанные с обоснованием состава и размещения средств командно — измерительного комплекса для Л-1, а затем и с разработкой, отладкой, сверкой с двумя дублирующими центрами ЦНИИ МАШ и ИПМ (наш центр был головным), и довести все три центра до полной готовности к началу испытаний Л-1.

Схема полета космического аппарата «Зонд-6»

Отработка лунного корабля Л-1 (получившего индекс «Зонд») проводилась в беспилотном варианте. Проведенные пять пусков («Зонд-4» — 02 марта 1968 года; «Зонд-5» — 15 сентября 1968 года; «Зонд-6» — 10 ноября 1968 года; «Зонд-7» — 08 августа 1969 и «Зонд-8» — 20 октября 1970 года) фактически полностью выполнили отработку всех систем корабля и подготовили его к пуску в пилотируемом варианте.

Однако обстоятельства сложились так, что уже после пуска корабля «Зонд-6» наши надежды на приоритет в осуществлении экспедиции на Луну постепенно исчезали. Американцы уже побывали на орбите спутника Луны, а мы только собирались осуществить первый испытательный полёт своего носителя Н-1. Он состоялся 21 февраля 1969 года. Правда, полетом его можно назвать лишь условно, двигатель проработал лишь 70 секунд, пуск завершился аварией. Американцы тем временем в 1969 году осуществили ещё два облета Луны пилотируемыми кораблями «Аполлон-9» и «Аполлон-10», на которых отрабатывались операции по перестройке на орбите искусственного спутника Луны блоков корабля — отделение и стыковка блоков лунного корабля без посадки на Луну.

Медленное, хорошо спланированное и рассчитанное приближение к цели увенчалось блистательным успехом: 21 июля 1969 года в 5 часов 56 минут Нейл Армстронг и Эдвин Олдрин высадились на Луну! Прибыли они в район Луны на космическом корабле «Аполлон-11» вместе с астронавтом Майклом Коллинзом, который остался в основном блоке корабля на орбите искусственного спутника Луны. Пробыв на Луне 21 час 36 минут, астронавты возвратились на орбиту искусственного спутника Луны и, после стыковки с основным блоком корабля, отбыли к Земле. Продолжавшийся более восьми суток полет завершился успешным приводнением в Атлантическом океане 24 июля 1969 года!

Первая в истории человечества экспедиция на Луну состоялась! Луна покорена! Этот великий подвиг науки и техники землян по своей значимости можно сравнить лишь с запуском в космос первого человека Юрия Алексеевича Гагарина.

Как же мы реагировали на выдающееся достижение американцев? Очень своеобразно. У нас в Союзе ограничились лишь краткими сообщениями об этом уникальном событии, представив его рядовым эпизодом в развитии космических полетов. Процесс прилунения посадочного модуля «Аполлон-11» передавался американцами по телевидению на весь мир. Наша страна оказалась, чуть ли не единственной в цивилизованном мире с развитой системой телевидения, где не была показана прямая телевизионная передача прилунения американских астронавтов, их посадка и выход на поверхность Луны! А ведь американцы, высадившись на Луну, водрузили на её поверхности флаг своей страны, а среди флагов других стран — членов Организации Объединённых Наций был и наш советский красный флаг!

«Группа Тихонравова» и руководство 50 ЦНИИ КС, 1976 г.

Сидят (слева направо): генерал — майор И. А. Панкратов, Л. Н. Солдатова, генерал — майор Г. П. Мельников, И. М. Яцунский, генерал — майор И. В. Мещеряков;

стоят: И. К. Бажинов, О. В. Гурко, Я. И. Колтунов,

Г. Ю. Максимов, Г. М. Москаленко, А. В. Брыков

Что бы там ни было, а освоение человеком ближнего к Земле небесного тела — Луны началось! Сергей Павлович Королёв, так жаждавший осуществить эту экспедицию, не дожил до её реализации. Мы никогда не узнаем, какова была бы его реакция на это выдающееся событие. Его соавтор по разработке этих планов, Михаил Клавдиевич Тихонравов, воспринял это событие как образец организации работ по решению сложнейших научно — технических проблем. Однако Михаил Клавдиевич, как и все мы, его ученики, а также многие участники подготовки и проведения работ по программе Н-1, Л-1, Л-3, были огорчены. Правда, мы давно уже чувствовали, что нам не удастся решить задачу высадки экспедиции на Луну в намеченные сроки, хотя долгое время и питали надежду на какое?то чудо. Но чуда не произошло. А после ещё нескольких неудачных пусков Н-1 и успешных посещений американцами Луны отработка носителя Н-1 была приостановлена, и работы по лунной программе с пилотируемыми аппаратами у нас в стране были прекращены. Это пожалуй, было самым тяжелым огорчением для многих советских специалистов, так много своих душевных сил и труда вложивших в разработку напряженнейшей космической программы.

Разумность этого решения вызывала сомнение не только у непосредственных участников реализации пилотируемой лунной программы. Ведь программа Л-1 шла к завершению. Уже практически отработан автоматический вариант («Зонд-7» и «Зонд-8» полностью выполнили намеченную для них программу). Успешно шла подготовка пилотируемых полётов на объекте Л-1 (готовились космонавты и службы обеспечения управления полетом). Наметился прогресс и в отработке носителя, четвертый запуск Н-1 в ноябре 1972 года вселял надежду (все системы первой ступени проработали 107 секунд). Была подготовлена огромная «армия» обслуживающих служб. И вдруг — прекращение программы! И это при двух уже подготовленных к испытаниям ракетах Н-1!

Может быть, потеря престижа в реализации экспедиции на Луну «испугала» наших руководителей и потребовалось скрыть от широкой общественности сам факт нашей подготовки пилотируемых полётов на Луну? На эту мысль наводило появление в нашей печати статей, где достаточно убедительно обосновывались преимущества в решении задач освоения Луны автоматическими космическими аппаратами. Так как наши космические программы были засекречены, а все предыдущие пуски были беспилотные, то создавалось впечатление, как будто мы не готовили высадки экспедиции на Луну.

Итак, на моём творческом пути «остановка». Прекращение работ по лунной пилотируемой программе для меня было не просто огорчением, это же была моя основная работа. Я стоял у её истоков и имел все основания надеяться успешно её завершить. Теперь даже блестящее завершение отработки беспилотного варианта лунного корабля Л-1 («Зонд-7» и «Зонд-8») не приносили полного удовлетворения. Да и продолжавшиеся до 1976 года (последний пуск в августе 1976 года — «Луна-24») исследования Луны с помощью автоматических лунных космических аппаратов теперь потеряли свою актуальность. Единственным утешением было то, что при моём участии в институте за прошедшее 25 лет был создан дружный высококвалифицированный коллектив космических баллистиков, в котором сложились самые доброжелательные деловые отношения со всеми соисполнителями этой уникальной космической программы, и который теперь был способен перестроиться на проведение других актуальных исследований.

А пока мы работали над реализацией лунной программы, наш коллектив претерпел ряд преобразований. В 1968 году у НИИ-4 образовался филиал (в/ч 73790), в задачу которого входило проведение всех исследований и оперативных работ по комической тематике. В этом же году совместным решением Министра Общего машиностроения, Президента АН СССР и Главнокомандующего РВСН была создана Межведомственная Главная баллистическая группа (МГБГ) по подготовке и баллистическому обеспечению запусков КА на этапе ЛКИ под председательством начальника филиала генерал — майора Г. П. Мельникова, которая в дальнейшем координировала деятельность ряда организаций по баллистическому обеспечению управления полетом КА различного назначения. В МГБГ вошли все ведущие баллистики, работавшие в области космонавтики. В сформированный Мельниковым Президиум МГБГ вошли руководители баллистики перечисленных выше организаций, Наш филиал было поручено представлять мне.