Чтение онлайн

«Это кассир придумал», – подумал Левон, проваливаясь в пустоту.

Я не смог забрать его с собой. Я хотел дать ему то, к чему душа этого человека стремилась большую часть жизни: возможность убрать пятно, цвета тёмной морской волны, с его души. Оно не давало ему принять свою смерть окончательно. Он понял, что умер, но это пятно тянуло его обратно на землю в неизвестном направлении. Но я-то знал, куда именно оно его тянет. Оно и никогда не переставало его тянуть туда. Просто раньше физическое тело не давало душе той свободы, которую он почувствовал, когда покинул его. Все материальные заботы были позади, осталось лишь то, что действительно важно для него. Ну не могу я принять душу, пока она сама полностью не захочет этого. А он и не хотел.

Глаза Левона не могли привыкнуть к той белизне, которая яркой вспышкой возникла вокруг. Тишина постепенно стала заполняться неясными звуками, а ослепительный свет рассеивался, раскрывая темные очертания мебели.

Левон оказался посреди маленькой комнаты. Свет слабо проникал сквозь сломанные жалюзи. Пахло табаком и еще чем-то кислым. Комната была грязная и серая. Все было старое, а обои местами отклеивались. Во всю стену стоял громоздкий шкаф. Ковра и вовсе не было. На полу был старый линолеум с дырами, в которых забились пыль и грязь. А в углу стояла обшарпанная детская кроватка.

Левон только сейчас заметил, что был не один в комнате. На холодном полу сидел мальчик. На вид ему было около четырех лет. Он сосредоточенно переставлял фигурки маленьких пластмассовых роботов. Ребёнок издавал звуки, имитирующие то ли взрывы, то ли выстрелы. Это занятие полностью поглотило его. Именно их он слышал словно вдали, когда свет стал рассеиваться.

Левон обратил внимание на открытое окно. На улице была поздняя осень. На ребенке были только синие колготки да хлопковая майка. У него бегали мурашки по всему телу, но он не замечал этого из-за своей очень интересной игры. Левон двинулся к окну, чтобы закрыть его, но рука остановилась в паре сантиметров от створки. Левон посмотрел на свою руку, развернул ее ладонью вверх, медленно пошевелил пальцами. Ему не нужны были объяснения – он все вспомнил. Левон снова протянул руку к створке и дотронулся до нее. Он чувствовал холодное дерево у себя под пальцами. Но когда он попробовал толкнуть ее, чтобы закрыть, рука прошла сквозь деревянную раму. Он ни капли не испугался. Левон медленно повернулся к сидящему на полу ребенку. Он не спускал с него глаз. Подойдя к нему, он присел на корточки и попытался разглядеть лицо мальчика. Ребёнок был смуглый. Глаза в таком свете казались черными, хотя Левон был уверен, что они должны быть карими, такими же, как и у его матери. Волосы у мальчишки были кудрявые и темные, а нос с едва заметной горбинкой. Он был копией Наны – у него были такие же веснушки на лице.

Левон сел на пол рядом с ребенком. Он смотрел на мальчика широко раскрытыми глазами.

– А я и не знал даже, – прошептал Левон. – Вот, оказывается, как.

Мальчик не слышал его. Для ребенка в этой комнате никого не существовало, кроме него самого. Он спокойно продолжал играть, не замечая ни холодного ветра, гуляющего по комнате, ни мужчины, наблюдающего за ним.

Спустя какое-то время Левон удивился, что ребенок так долго находится совсем один, да еще и с открытыми окнами. Дверь в комнату была закрыта, за ней ничего не было слышно. Он встал с пола и подошел к двери. Левон с первого раза понял, как все устроено, поэтому вытянул руку и стал давить на дверь. Рука после легкого давления на дерево прошла насквозь. Не останавливаясь, он неуверенно прошел следом за рукой. Оказался он в такого же убогого вида коридоре. Запах сигаретного дыма усилился. Из соседней комнаты послышался негромкий храп. Левон подошел и остановился на пороге этой комнаты. Он увидел спящего мужчину на старом диване. На полу стояла бутылка водки, а на маленьком столике были тарелка с куском колбасы и грязная рюмка. Левона передернуло от отвращения. Он медленно подошел к этому человеку и стал рассматривать его: высокий худощавый мужчина, брюнет, небольшой шрам на левой скуле. На вид ему не дашь больше тридцати пяти лет. Он лежал на спине, закинув руку на грудь. Из приоткрытого рта был слышен тот самый храп.

– Свинья, – произнес Левон.

Злость подкатила к его горлу. Нельзя было это так оставлять. Левон попробовал дотронуться до лба спящего мужчины, чтобы разбудить его. Его пальцы ощутили тепло кожи этого человека. Он попытался надавить рукой на него, но она тут же прошла насквозь.

– Вставай, скотина! – закричал Левон, закипая от злости. – Как ты можешь спать тут, когда твой ребенок в соседней комнате совсем один! Еще и с открытым окном!

Левон было пнул диван, но его нога прошла сквозь него, и он повалился на пол.

– Черт, – прорычал он, поднимаясь на ноги.

Через пару часов после этого Левон услышал звук открывающейся входной двери. За это время он успел осмотреть всю квартиру. Это была двухкомнатная квартирка на втором этаже старого пятиэтажного дома. Он даже выходил на улицу, чтобы понять, в каком городе находится, и это открытие не удивило его. Это был его город, там, где он жил большую часть своей жизни. Они, оказывается, с Наной жили в одном городе, только район этот был весьма беден, в отличие от его частного сектора.

«И не такие совпадения в жизни бывают», – подумал он тогда.

Все оставшееся время Левон находился в комнате со своим племянником. Он, нахмурившись, сосредоточенно наблюдал, как маленький мальчик играет: лезет в шкафы, достает не очень безопасные предметы для маленького ребенка, копошится в опасной близости с розеткой и сует себе в рот всякий мусор, попадающийся ему на глаза. Левон все время неосознанно поглядывал на окно, боясь, что ребенок вдруг захочет залезть на подоконник. Но самого мальчика, похоже, не особо интересовало ни окно, ни то, что находилось за ним.

Левон резко встал с кресла, когда входная дверь открылась. Он в нерешительности замер на месте. За дверью послышался вздох и шелест снимаемой с себя куртки. Дверь в комнату медленно открылась. На пороге была Нана. Она выглядела измученной и уставшей. Лицо ее осунулось, а сама она пополнела. Ей было уже тридцать четыре года, но из-за морщин под глазами и уставшего взгляда она выглядела старше. Ее длинные черные волосы были заплетены в тугую косу, а сама она была одета в старый джемпер черного цвета и неприглядного вида джинсы.

Нана встревоженно посмотрела на сына, который уже сидел в кресле всё с теми же роботами. Он стащил голубое одеяльце из своей кроватки и накрылся им.

– Боже мой! – испуганно сказала Нана, направившись прямиком к окну. – Марсель! – закричала она. – Марсель! – еще громче позвала она спящего мужчину. Никто не ответил.

– Мама! – пролепетал мальчик.

Нана быстро открыла один из шкафов и достала из груды одежды теплую водолазку для сына. Подойдя к ребенку, она ловко подняла его на руки и поцеловала. Ребенок к тому времени уже что-то рассказывал маме на своем детском языке. Он энергично жестикулировал, показывая маме роботов, пока та натягивала на него теплую одежду. Нана улыбалась и кивала ему в ответ.

Левон испуганно наблюдал за сестрой. Он как будто смотрел на незнакомого ему человека. Ее лицо было только отголоском прошлой живости и счастья, которое он помнил. Он даже не задумывался о том, какой она стала спустя столько лет. Левон и представить себе не мог, что она могла так измениться. Ему стало больно. На ее лице отображались все те трудности, с которыми она столкнулась в жизни. Только сейчас он стал задумываться о том, как она жила все эти годы. Его сестра осталась совершенно одна, когда он ушел. В один день она потеряла и мать, и брата. Ей было тогда всего шестнадцать. Он мог только догадываться о том, через что ей предстояло пройти после этого.

Нана посадила сына в кроватку и накрыла одеялом, а сама быстро вышла из комнаты. Левон увидел, как Нана прошла сквозь такую же сущность, как и он сам. В дверях стояла Мариам. Все это время она была там и разглядывала его самого, пока он рассматривал Нану. Мать ласково улыбнулась ему. В ее глазах поблескивали слезы.

– Мама, – на выдохе произнес он и двинулся в ее сторону.

Левон крепко обнял ее и уткнулся лицом в плечо. Он тихо плакал, а она гладила его голову своей рукой.

– Вот и ты тут,– тихо произнесла Мариам, отодвигая его от себя. Она хотела лучше рассмотреть его. – Какой ты стал старый, – с улыбкой сказала она, качая головой из стороны в сторону.