Пятьсот первый
Шрифт:
– - Я не знаю, где Тиа, но ее можно вызвать излучателем.
– - Отлично, вставай!--не убирая скальпель от ее горла, я заломил за спину ее руку и подтолкнул к излучателю.--Как ее вызвать?
– - Я покажу,-- Луя попыталась взять излучатель, но я рукой, державшей скальпель, треснул ее по подбородку. Клацнули зубы, Луя все поняла без слов, приятно работать с такими девочками,--На второй грани табло цифр. Надо нажать номер 500, раздел и мой номер.
– - И все? Тиа придет?
– - Она обязана подчиниться.
В этот момент с жужжанием раскрылась дверь операционной. Привыкший подчиняться жестким правилам улицы и не рассуждать в критических ситуациях, я отбросил свою пленницу и, схватив излучатель, повернулся к возможной опасности. В дверях стояла Тиа.
– - Маэстро!
– - Закрой дверь и отойди от нее, быстро! Тиа повиновалась.
– - Сама пришла, теперь я разберусь с вами обоими. Сейчас я...
– - Маэстро, сзади!
Я отскочил в сторону и скальпель в руке Луи пролетел мимо. Сгорая от ненависти и, не посмотрев на регулятор давления, я перевел излучатель и нажал нужную кнопку. Безжалостная сила, словно мячик, отбросила Лую назад, она грохнулась о столик с инструментами, перевернулась вместе с ним и в веере разлетающихся осколков и хромированных железок влетела в лабиринт хромированных труб, застряв там в странной неестественной позе.
– - Ну что Тиа, теперь ты?
– - Маэстро, ты ничего не понял. Прости меня, тысячу раз прости. Я подчинилась Четвертому автоматически, с послушанием робота, словно затмение нашло на меня. Неимоверными трудностями я узнала, что они хотят с тобой сделать и решила помешать, отсрочить хоть на время это страшное событие. Поверь, мое появление здесь, в секторе первой сотни, не санкционированное ни кем, уже само по себе является нарушением правил, а моя помощь тебе, по сути дела ставит меня вне закона.
– - Положи излучатель и отойди, вот так. Как мне вырваться с корабля?
– - Отсюда вырваться невозможно.
– - Ты хочешь сказать, что решила погибнуть вместе со мной?
– - Да!
– - Ни верю ни единому слову.
– - Но как мне доказать?
– - Отрежь ей ухо,-- я кивнул на Лую, по прежнему бессознательно лежащую между трубами.
– - Ты... я не смогу.
– - Тогда я не верю.
– - Но нельзя так поступать, тем более с девушкой.
– - Она хотела разобрать меня по частям, как кролика, без обезболивания и наркоза.
– - Такого не может быть! Мне сказали, что предварительно тебя усыпят.
– - Смотри,-- я указал на операционный стол.-- Где ты видишь обезболивающие препараты или что-либо подобное? А вот на груди разрез от скальпеля. Какого? Как после этого я могу верить тебе? Верить любому из вас? Великий народ! Да вы обыкновенные фашисты. Тиа закрыла лицо руками и замотала головой.
– - Я не предполагала, что Четвертый способен на такое, его ненавидят все на корабле, но он Четвертый,
– - Тиа вдруг решительно подошла к Луе и, подняв с пола скальпель, склонилась над ней.
– - Тиа, не надо.
Она поднялась со слезами на глазах, кончик скальпеля тускло светился красным.
– - Ты что, правда отрезала?
– - Я не успела...
– - Но отрезала бы?
– - Да.
– - Так, так, так,-- я наконец поднял простыню и прикрылся,-- Ты знаешь, мне бы не мешало одеться, неуютно что-то, и ракетка с мячами пропала...
– - Я принесу одежду, но мы не сможем скрываться долго.
– - Неси пока, я подумаю. Безвыходных положений не бывает, есть люди, которые не могут из них выйти.
Тиа ушла, забрав свой излучатель, я не сомневался, что она вернется. Подойдя к Луе я вытащил ее из сплетения трубок и положил на операционный стол. Потом я крепко прикрутил ее ножными ремнями, а руки связал под столом обычной веревкой. Пройдясь вдоль ряда настенных шкафов и открывая все по очереди, я покопался в их недрах и наконец нашел мазь с таким отвратительным запахом, что мои внутренности чуть не вывернулись наизнанку. Мазь произвела великолепное тонизирующее действие, Луя очень изумилась, обнаружив себя на операционном столе.
– - Ну вот и все, девочка, сейчас моя очередь произвести препарацию живьем.
Ее глаза открылись от животного ужаса, я, наслаждаясь своим положением, сорвал с нее респиратор. Да, личико у Луи оказалось действительно миловидным. Миленькая такая девочка-садист. Конечно, я ни в коей мере не собирался делать то, что говорил, мне хотелось, чтобы Луя испытала аналогичные со мной ощущения, но не успел. В операционной появилась Тиа.
– - Одевайся, быстро. Вот твоя одежда, а вот ракетка и мяч, я нашла только один, времени мало, да и не особенно хочется копаться в утилизаторе.
– - Тебе повезло, Луя, но возможно мы еще встретимся. Признаться, девочка, ты вела себя не должным образом и рассердила меня, а в моем районе знают, сердить Маэстро опасно, оттого и уважение, А те, кто. рассердил меня, носят мою метку, пожизненно. Я ставлю им шрам на лбу, вот так!
– - Я провел лезвием скальпеля наискось по лбу Луи, она вскрикнула, алая кровь потекла но ее вискам.--Когда будешь смотреть в зеркало, я тебе вспомнюсь и ты подумаешь, что высший номер еще не однозначно сулит безопасность. А ежели благородство снова забудется тобой, отдавая предпочтение слепому послушанию и садистским наклонностям, я достану тебя везде и прочерчу вторую полосу крестом.
Теперь Луя громко рыдала, с красотой расставаться тяжело. Но я жил по своим, давно устоявшимся законам и, между прочим, имел полное право наплевать на законы корабля. Я мог показывать чудеса благородства, но не переносил подобной подлости. Я никогда не бил ногами лежачего в драке, но не терпел такого и от других. Если оно совершалось, я устраивал на обидчика настоящую охоту и не успокаивался, пока его лоб не пересекал мой шрам. Мою тактику знали и не только в моем районе, а далеко за его пределами и меня уважали. Теперь станут уважать на корабле. Я начал молча одеваться, Тиа, дрожа смотрела на изуродованный лоб Луи, но я ни сколько не жалел ту. Напротив, я получил громадное удовольствие, заставив подлизу Четвертого содрогаться в рыданиях. Закончив, наконец, с одеванием, я взял ракетку, заснул мяч в карман и, взяв Тиа за руку, повлек к двери.
– - Идем,-- я заодно прихватил излучатель Луи.
– - Куда? Нам некуда идти, к тому же оставь излучатель, по нему нас быстро найдут.
– - А твой?
– - Я спрятала его н надежном месте. Нам остается скрываться, но вечно быть незамеченными невозможно, я затрудняюсь, не предполагаю что нам делать дальше.
– - Ты приведешь меня к тому месту, где мы высаживались из этого, как его... ага, процессора.
– - Ты наивен, Маэстро. Процессор настолько сложная и дорогая машина, что завладеть им несанкционированно невозможно.