Пятый пункт
Шрифт:
– Не бойся – это всего лишь наша стюардесса, – успокоил я ее.
– Да я не о том, – ответила Лиза, – Я английский знаю на уровне «My name is Lisa»!
– Это плохо! Надо учить! Но ничего, со мной не пропадешь.
– Ладно. Я надеюсь.
– She has bad English, Chris. And she’s a bit scared of all of this, – ответил я стюардессе.
– It’s ok. Everything will be fine! – вежливо улыбнулась Кристина
Пока грузили наш багаж, мы зашли в самолет. Первой вошла Лиза, которая никак не ожидала увидеть капитана в салоне, который приветствовал пассажиров.
– Good evening, miss! Nice to see you on board! My name is Jacob! I’m your captain! – подал Лизе руку для приветствия. Лиза испугалась и попятилась.
– Все хорошо, Лиза! Это Джейкоб, наш капитан.
– Ааа. Ладно, – прерывисто ответила Лиза и подала руку в ответ.
– Hi, Jacob! She's a bit bad in English, – теперь капитана поприветствовал уже я.
– Oh! That’s ok! I’ve made a flight plan to Toulon. We’ll be there in three hours and a half approximately.
– That’s nice. But no word with her about our destination, ok? – ответил я капитану. Мне повезло, что Лиза ничего не поняла.
Джейкоб в ответ поднял большой палец и пошел в кабину.
– Знаешь, я никогда раньше на самолетах не летала, – с небольшой дрожью в голосе сказала Лиза.
– Отлично! Значит, я знаю, где ты будешь сидеть!
Я провел ее на место, откуда открывался самый сногсшибательный вид из этого самолета. Собственно, на нем обычно сижу я, но в этот раз я решил уступить место своей женщине.
– Может, хочешь, попить? Или конфетку пососать? – Лиза вопросительно на меня посмотрела, так что я сразу добавил: – В смысле чтоб не тошнило – карамельку.
– А, в этом смысле. Ну, можно конфетку.
– Chris, give Lisa a candy, please, – сказал я стюардессе.
– Ok, sir. One moment, – ответила Крис и ушла на бортовую кухню.
Когда она вернулась, я добавил:
– And please help her with seat belt.
– Ok, – ответила она мне и повернулась к Лизе, – Lisa, you take this part of seat belt and put it inside of another, this one. Ok?
– Окей, – ответила Лиза и затянула ремень.
– Пока горит вон то табло, – я ткнул пальцем в экранчик в начале салона, – ремень должен быть пристегнут, поняла?
– Ага, поняла.
По Лизе было явно видно, что она сильно нервничает. Еще бы: первый раз в самолете, еще и в роскошном бизнес-джете сразу. Да еще и с парнем, с которым несколько часов назад только познакомилась. Поводов для нервов было более чем достаточно.
– Так а куда мы летим все-таки? – спросила Лиза.
– Слушай, давай я тебе на этот вопрос отвечу тогда, когда будет нужно. Рано тебе еще знать, – ответил я и погладил большим пальцем ее по щеке.
– Ну ладно, так уж и быть, – Лиза начала успокаиваться.
– А знаешь что, давай на левую сторону пересядем, – я показал пальцем на сдвоенное кресло на другой стороне, – там сможем вместе сидеть.
– Ну, давай. Мне все время кажется, что должен еще кто-то зайти. Мы же не одни летим?
– Одни. В нашем самолете сегодня два пассажира.
– Прикольно, – сказала Лиза, усаживаясь.
Я помог ей еще раз пристегнуться и положил руку на колено.
– Не нервничай. Я рядом, если что.
В это время заговорил динамик в салоне:
– Dear sir and miss, I greet you on board. We’re now ready to taxi to the runway. Our engines are running, so in a minute we’ll start to move. Our flight will be performed on the altitude of 40 000 feet above sea. The flight to the… khm… another airport will be about three hours and forty minutes. Temperature at the destination airport is 25 degrees Celsius above zero. Your flight team will do its best for your comfort flight.
– Что он сказал? А то я так, через слово поняла. Какие-то три часа и такси, – спросила Лиза.
– Сказал, что в аэропорту назначения 25 градусов тепла, и мы через три часа сорок минут будем там.
– О! Круто! После наших плюс пятнадцать тепло.
Через минуту самолет двинулся с места, и Лиза немного занервничала, вцепившись в подлокотник с одной стороны и в мою руку на ее колене – с другой. На улице было уже темно и ничего не было видно. Только вдалеке были видны огни парковки и большой светильник над самолетом Turkish Airlines. Затем самолет повернул в обратную сторону от терминала, и кроме полумесяца в иллюминаторах больше ничего не было. По Лизе было видно, что ее немного напрягают стробирующие огни, но с ними ничего не поделаешь – так нужно.
Примерно через две минуты мы добрались до взлетной полосы, остановились перед ней на миг, а затем выехали на нее и тихо поплелись в ее конец. Добравшись до красных огней в торце полосы, наш самолет сделал разворот на 180 градусов и остановился.
«Ready for takeoff» прозвучало из динамиков, а через пару секунд звук двигателей сзади начал нарастать. Шасси стучали по бетонным плитам полосы все быстрее и быстрее. Лиза внимательно смотрела на огни полосы в ожидании того, что они вот-вот начнут от нее удаляться. Через секунд пятнадцать нос начал приподниматься, стук от шасси стал чуть тише, а еще через мгновение и вовсе стих. Оторвавшись от земли метров на десять, в полу зажужжал механизм складывания шасси и нос задрался еще выше вверх. В иллюминаторе стало вообще темно, и Лиза повернулась ко мне.
– Это невероятно круто! – воскликнула она.
– Согласен. Хотя посадка мне нравится больше.
– Миша, ты супер! – крикнула она и схватила меня ладонями за скулы, притянула к себе и поцеловала.
В это время наш самолет набрал достаточную высоту и начал разворачиваться. Мы наконец-то увидели огни города.
– Так красиво, – прошептала Лиза, – просто безумно. Даже не хочется моргать, чтобы ничего не пропустить.
В иллюминаторе еще можно было различить маленькие машинки, которые ехали по улицам. Кое-где можно было различить светофоры. Но наш самолет с каждой секундой забирался все выше и детали становились мельче, пока их совсем не перестало быть видно.
Лиза откинулась в кресле и выдохнула.
– Это прямо так круто, что я не могу даже описать словами. Не хватает словарного запаса.
– Это только начало, – тихо сказал я ей на ухо.
Лиза повернулась ко мне, погладила по щеке и снова поцеловала.
– Я не знаю что это, но мне так с тобой хорошо и спокойно. Как-то очень надежно. Не знаю, почему я тебе так доверяю. Может, я совершаю самую большую ошибку в своей жизни, а может действительно я все правильно сделала, что согласилась.
– Думаю, ты приняла верное решение. Я сделаю все, чтобы тебе все понравилось.
– Хорошо, договорились, – сказала Лиза с нежной улыбкой.
Через несколько минут наш самолет уже перестал так интенсивно набирать высоту и табло «Пристегните ремни» погасло. Практически сразу я услышал щелчок расстегивающегося ремня с кухни, и через секунду к нам вошла Кристина.
– Would you like to eat or drink something? – спросила она.
Лиза вопросительно посмотрела на меня.
– Ты ужинала? – спросил я.