Чтение онлайн

Наконец, надев свои старые парадные сапоги, он покинул комнату и направился к пункту назначения, а именно к центральной башне Академии, где в просторном и светлом кабинете жил и работал Архимаг Вингевельд, маг воздуха и воды, руководивший Академией вот уже почти пятнадцать лет. Вингевельд был фигурой таинственной, вызывающей уважение у всех жителей Вальморы, так или иначе связанных с Академией.

Идя по длинному коридору, Маркус размышлял над причиной его вызова. Быть может, меня хотят вознаградить за годы работы с этими оболтусами и предоставить более просторное жильё, а то в этой комнатушке и развернуться то негде! Ещё шкаф бы новый мне не помешал. И сапоги! Да, неплохо бы. Маг пустился в пространные размышления о том, чего ему не хватает для полного счастья. Список необходимых вещей начинался с вышеупомянутых сапог. Непременно красного, хотя можно и чёрного цвета, а заканчивался отдельной башней с чердаком и подвалом и освобождением от работы хотя бы на месяц. «Может, хоть высплюсь чуток…» зевая, подумал Маркус, проходя мимо настенной картины, изображавшей архимага Элиморуса, известного алхимика, погибшего от собственного изобретения, эликсира сна. Постоянно мучимый бессонницей маг создал сильное снотворное, но, выпив его, уснул навеки. Только бы не очередной разнос, пронеслось в голове мага, когда он увидел портрет Йоруса Дикого, архимага, известного своим вспыльчивым нравом, выпученными глазами глядевшего с холста.

Наконец, пройдя длинный коридор, Маркус остановился перед дверью, на которой красовалась золотая табличка с выгравированной надписью: «Глава Академии Вальморы, магистр воды и воздуха, маг одиннадцатой ступени, Архимаг Вингевельд». Аронтил не раз и не два вот так стоял перед этой дверью, глядя на золотую гравировку. Так повелось, что маг-приверженец определённой стихии приобретает черты характера связанные с ней. Так маги огня являются самыми неспокойными и активными, если не сказать большего. Посему студенты огня являются головной болью Академии в целом и декана Огня в частности. Отвечать за их «шалости» (вроде локальных пожаров и несанкционированных магических дуэлей) приходилось, естественно, Маркусу. Вот и теперь, находясь перед злополучной дверью, Аронтил слышал биение своего сердца и вытирал потные ладони о мантию. Наконец, минуту простояв в нерешительности, маг трижды постучался. Ответа не последовало. Тогда Маркус приоткрыл дверь и, просунув голову в проём, окинул взглядом помещение. Стены просторной светлой комнаты покрывали старинные картины и портреты великих архимагов прошлого, а через большое окно в помещение проникал яркий утренний свет. В центре стоял красивый письменный стол на украшенных затейливым орнаментом ножках. На нём покоилась аккуратная стопка бумаги и чернильница с лежащим рядом пером. Кресло в мягкой обивке, находившееся подле стола было пусто. В комнате не было ни души, и лишь камин слабо потрескивал холодным магическим огнём. Недолго подумав, Маркус решил дождаться Архимага в его кабинете. «Если он вызвал меня, то должен скоро появиться» — думал Маркус, садясь в гостевое кресло у окна. Уже через минуту сидения на одном месте декан Огня заскучал и стал разглядывать шкаф слева от двери, ранее им не замеченный. За стеклянными дверцами лежали книги: старинные фолианты, бестиарии, рецепты… Авторов многих из них уже давно нет в живых, но их знания до сих пор хранятся на ветхих страницах. Маркус тоже хотел когда-нибудь написать книгу. Ему было не особо важно содержание, количество страниц или качество бумаги: для него имел значения сам факт, что после его ухода о нём будут помнить. Взять хотя бы эти картины — Маркус охватил взглядом портреты на стенах — Половина студентов даже не знают, кто изображён на них, потому, что им лень прочитать надпись под рамкой. А книга — дело другое. Ежели её кто решит прочитать, а маг надеялся, что таких будет немало, то обязательно посмотрит, кто автор и помянет добрым словом. Или недобрым. Главное — помянет! И Маркус ярко представил себе переплёт книги «Ошибки при использовании огненной магии» или «Маркус Аронтил. Собрание сочинений».

Маг снова пустился, было, в пространные размышления, как услышал негромкие и неспешные шаги в коридоре. Маркус напрягся всем телом и стал ждать. Шаги медленно, но верно приближались и для мага они были сродни поступи рока. Должно быть это Архимаг. Что-то он не спешит, здесь же уснуть можно! А ещё говорил «срочно» — с негодованием подумал Аронтил. Наконец, дверь распахнулась, и в кабинет вошел седовласый человек в серебристой мантии до пола. Аронтил сразу же узнал в вошедшем Вингевельда. Прикрыв за собой дверь, он сел за письменный стол, словно бы не заметив Маркуса. Уже сидя старик глубоко вздохнул и перевёл взгляд на недоумевающего декана Огня.

— Ты вовремя, Аронтил. — Негромко и спокойно произнёс Архимаг. — Можешь предположить, зачем ты здесь?

— Вероятно потому, что вы послали за мной? — Неуверенно ответил Маркус.

— Это следствие, а не причина… А всё таки? — Хитро прищурившись правым глазом, Архимаг скривил краешек губы. Вообще он был человеком незаурядной внешности: на вид — лет шестьдесят, продолговатое худое лицо, единственное, что делало его похожим на коллег по искусству магии, широкий прямой нос, глубокие морщины на лбу. Лицо обрамляли седые волосы, ниспадавшие на плечи, а также длинная седая борода, всегда аккуратно стриженная и причёсанная. Но самым удивительным в нём были глаза: они как бы источали свет и вместе с тем были холодны и беспристрастны. Эти глаза придавали ледяную невозмутимость лицу Архимага, и, казалось, даже при встрече с драконом остались бы невозмутимы. Маркус очень не любил смотреть в эти бездонные ледяные колодцы, будто заставляющие говорить правду и только правду.

— Это как-то связано с моими студентами? — Осторожно предположил Маркус, пытаясь понять, что могло произойти. — Кто на этот раз? Эрнхольц? Сарион?

— Успокойся, Аронтил. — взгляд Архимага по-прежнему был спокоен. — Да, это связано с одним из студентов, а также с тобой, Маркус. Но сначала скажи, хотел бы ты поменять обстановку или, например, отправиться в путешествие?

Вопрос Архимага, мягко говоря, поставил Маркуса в тупик. Он дважды поменялся в лице и побледнел, не зная, как правильно понять эти слова. Неужели меня в кои то веки оценили по достоинству и хотят предоставить отдых! — просветлел маг, но настроение тут же сменилось мрачным, стоило ему подумать. А может быть это вежливое предложение покинуть Академию в кратчайшие сроки? От волнения его мысли мешались и путались, маг вымолвил «Да, я бы с радостью, в интересах Академии…» и приготовился к худшему.

— Отлично, — Продолжал Архимаг. — Теперь я могу объяснить тебе причину твоего нахождения здесь. Один из твоих студентов совершил кражу.

— Почему-то я не слишком удивлён. — Печально вздохнул Маркус. — От этих оболтусов всего можно ожидать…

— Не суди их строго, Аронтил, они — дети и от них можно ждать лишь того, на что способны дети. К тому же сила огня накладывает определённые… следы на их психику. Но, безусловно, сам студент до такого додуматься не мог. Ему помогли.

Маркус съёжился в кресле. Он понимал, что Архимаг имеет в виду его, но не мог понять, кто мог оказаться преступником и каким образом он, декан огня, мог ему помочь. Под пронзительным взглядом Архимага ему становилось не по себе: казалось, он видит декана насквозь.

— Я не понимаю, о чём вы говорите. Я не мог допустить и мысли о том, чтобы помочь студенту преступить закон. — Дрожащим голосом проговорил Маркус и после короткого молчания добавил — Нет такого студента, ради которого я пошел бы на такое!

— Разве? — Архимаг приподнял бровь — Не думал, что ты так скоро забудешь того, кто был тебе почти сыном… Ведь прошло пять лет. Всего пять лет, а ты уже стёр из памяти самого, насколько мне известно, близкого тебе человека?

Маркус стал бледнее прежнего. Воспоминания, которые он столь долгое время пытался стереть из памяти, нахлынули на него штормовой волной. И он вспомнил, как подобрал нищего мальчика со способностями к магии в городе Дракенталь. Как приютил его в Академии, стал ему наставником и другом. Как провожал его на корабль, когда он покидал Академию. Да, его вышвырнули после семи лет обучения, лишив магии. «За учинение беспорядков и отсутствие дисциплины» — именно так гласил приказ об отчислении, подписанный Архимагом. Но Маркус знал — у мальчика огромный потенциал: после года обучения он владел магией огня на уровне среднего курса, но это было единственное, что он мог делать по-настоящему хорошо. Прочие дисциплины давались ему с трудом — он смог изучить только азы алхимии и стихийной магии. Мальчик словно испытывал особую, физическую неприязнь к магии воды, а из заклинаний земли и воздуха мог творить лишь самые простые.

— Я… я помню. Я понял, о ком вы говорите, но мне не ясно, причём здесь он? Ведь он покинул Академию очень давно. И он… — Маркус запнулся — Он не мог ничего украсть! Возможно, он был проказником, но вором — никогда.

— Проказником?! — Архимаг резко поднял обе брови вверх и заговорил громче — То, что он творил было слишком даже для студентов огня! Насколько мне известно, после его последней «проказы» Академия лишилась нескольких бесценных гобеленов, а гостевую комнату ремонтировали два месяца! Я уже не говорю о многочисленных ожогах, полученных студентами, которым «посчастливилось» стать свидетелями его выходки! Пойми, Аронтил, он был опасен для Академии.

— Я верил, что он научится управлять эмоциями. Он научился бы… Если бы его не вышвырнули как никчёмную вещь. Быть может, вы считаете, что, живя в одиночестве во внешнем мире, у него получится лучше справляться с собой? Или, что он станет менее опасен для окружающих? — голос Маркуса стал твёрже и уверенней.

— Во всяком случае, Академии он не навредит. Да и после исключения его сил может хватить только на разжигание свечки, не более.

— Но как же люди? И он сам? Простой люд и так не жалует магов, а он не всегда может контролировать себя! Его могут посадить или даже убить!

— Это уже не наше дело, Маркус. Я — глава Академии и меня заботит только судьба Академии. Если он попадёт в беду, то винить ему стоит, прежде всего, себя. Но вернёмся к делу, Аронтил. Раз тебя так волнует его судьба — верни его обратно!

— Сначала вы говорили о его опасности для Академии, а теперь желаете вернуть его? Я не понимаю.

— Да. Именно так. — Архимаг снова заговорил своим ледяным тоном. — Но я хочу вернуть не его лично, а ту вещь, которую он имел неосторожность прихватить с собой.

— И что же это за вещь? — с недоверием спросил Аронтил.

— Пропажа была обнаружена недавно. Это посох. Но не обыкновенный. Он единственный в своём роде. Это посох «Бушующее пламя», реликвия, ценный предмет, владеть которым может далеко не каждый, а тем более неуравновешенный недоучка, который может натворить всё что угодно! Хоть эта вещь и не имеет магической силы, но это собственность Академии, которая должна храниться в архиве и нигде больше. Его необходимо вернуть. И сделаешь это ты, Маркус. Ты знаешь, почему я принял такое решение, не так ли? — Архимаг прищурил глаза и пронзительно посмотрел на декана Огня.