Пыль на губах
Шрифт:
Кэль вспомнил, что Ланте угрожал этот самый Мардегор. Он покачал головой.
– Мы не идем туда.
– Идем, - неожиданно вмешалась Джоль.
– Я помогу тебе помириться с Лантой.
– Ты уже помогла, - с неожиданной злостью сказал Кэль.
– Кэль, прекрати!
– твердым тоном сказал дочь лекарки и села рядом с юношей.
– Мы тебе поможем.
– Девушка положила руку ему на плечо и Кэль с трудом удержался от желания сбросить её кисть.
– Я тоже не против пойти в Астарию, - сказал Мейт.
– Я туда не пойду, - возразил Кэль.
Риэтта засмеялась.
– А если я попрошу?
– она посмотрела на него и улыбнулась, как и тогда на рынке.
Кэль моргнул, эта улыбка показалась ему до больного знакомой. В белокурой волшебнице было что-то от Ланты и это растопило сердце юноши. "Может там мое предназначение как рыцаря Единого, не зря же все так уговаривают меня туда идти. И... и я смогу... смогу посетить могилу Ланты. Моя минталента... Прости, Брет. Я должен. И я снова тебя обманул".
Взгляд юноши остановился на шкатулке Риэтты, перевернутой волшебницей в гневе. Из нее высыпались гранулы сайрона, они блестели, отражая свет масляной лампы над столом. Кэль вспомнил слова Мейта: "Пыль помогает забыться. Забыть боль. Забыть утрату. Я потерял маму и из-за этого стал принимать сайрон".
Кэль зажмурился. "Как жаль, что он на меня не действует".
– Хорошо, - юноша кивнул, не открывая глаз.
– Пойдем в Астарию.
Черемшан, 2022